— Чарльз Прессли, старший помощник и штурман «Нормандии», могу я узнать, что происходит?

— Можете. У нас приказ Совета: «доставить подозреваемую в Цитадель!», — отрезал турианец, — Так, где она?

Лысый мужчина внимательно прочитал приказ и показал им в мою сторону. Ко мне подошли двое из компании этого орущего.

Что-то произошло? Не успела я додумать, как один из них подошел ко мне и явно чего-то хотел. Я же ничего не успела сделать? Правда же? Или это я ничего не помню. Без чувствительности к Силе я на миг даже засомневалась в себе. А знает, я могла бы натворить делов.

— Простите, куда вы её ведёте? — вмешалась подошедшая доктор Чаквас.

— В Цитадель для дальнейших разъяснений. Пожалуйста, не вмешивайтесь. Верранис, что так долго? — спросил офицер СБЦ у своего подчинённого. Тот в ожидании стоял возле меня.

— Вы не понимаете, в её состоянии вы ничего не добьётесь! — повысила голос Карин Чаквас.

— Возможно, но у нас приказ.

Стальное изделие защёлкнулось на моих руках. В сопровождении тощих и высоких нелюдей я покинула знакомые места. Хорошо хоть попить успела.

Президиум. Конференц-зал посольства Альянса

Судя по кислой физиономии посла, переговоры шли не очень благоприятно. Дискуссия по поводу обвинения в сторону Сарена не возымела должной реакции. Судя по данным именно его подозревали Шепард и Андерсон. Детектив в отставке СБЦ Гаррус Вакариан опознал Сарена на видео фрагменте с Иден Прайм. Перед послом стояли голографии трёх представителей Совета Цитадели: советница-азари, турианец и представитель саларианцев.

— Слова рабочего и бывшего служителя СБЦ не имеют подтверждения кроме записи сомнительного качества, — усмехнулся Спаратус — советник Турианской Иерархии.

— Что? Вы это просто так оставите?! Это произвол! Совет вмешался бы, если бы была атакована одна из ваших колоний! — возмущался Удина.

— Мы не колонизируем планеты в системах Терминуса, посол. Мы вас предупреждали об опасности данной системы. Вы понимали риски, — нейтрально отозвалась советница-азари.

— А Сарен? Спектр вместе с гетами уничтожили нашу колонию, почти истребили всех её жителей!

— Это не подтверждено, посол.

— Мы требуем полного расследования! — перебил Спаратуса Удина, тем самым заслужив презрительную ухмылку турианца.

— Вы ничего не можете требовать, посол, — холодно отозвался турианец.

— Наши службы уже изучают все ваши переданные данные. И то, что мы увидели в записях, вызывают опасения, — так же спокойно продолжила азари.

— Ну, хоть что-то! — бросил Удина.

— Почему вы не сообщили об обнаруженном вами корабле? — задала вопрос советница-азари.

— О чем вы говорите?! Мы передали все рапорты, донесения и записи полёта с миссии, — не понял вопроса посол.

— Я говорю о взорвавшемся корабле с неизвестной технологией сверхсветового путешествия. Если вы намеренно скрыли сей факт, то мы вынуждены принять меры. Подобранного вами из этого корабля мы уже вызвали до выяснения правды. Все ваши действия мы обсудим на закрытом слушании. Ожидайте, — погасли голографические изображения трёх представителей Цитадели.

— Адмирал Андерсон, не объясните мне, что она сейчас сказала?! — медленно обернулся Удина к Андерсону и его людям.

— После Иден Прайма мы спасли человека из повреждённого дрейфующего корабля, — без подробностей ответил Андерсон.

— И почему вы это мне не сказали?

— Это к делу не относится, — выдержал раздражённый взгляд посла адмирал.

«Зачем им понадобилась Митра Сурик, неужели… Стойте, о какой технологии говорила эта советница азари?», — вспомнил слова последней Андерсон.

***

Меня притащили и усадили в тесную комнату похожую на огромный металлический ящик для транспортировки людей. Ядовито-зелёное освещение прямо перед глазами действовало бы на нервы, если бы меня это хоть как-то задевало. Оставив меня одну, они закрыли за собой дверь. Всё в тех же наручниках я сидела на привинченном к полу стуле. На потолке в углу висела камера.

И как они собирались допрашивать ту, кто их не понимает? Недоумевала я. Простите господа, без Силы, тут я бессильна. Хех, бессильна, усмехнулась игре слов. Я стала гадать, что они собирались сделать. Никогда не видела допрос на языке жестов. Будет даже интересно. Надеюсь, они ничего такого обо мне не подумают, ох, да пребудет со мною Сила. Радует одно, хоть что-то прояснится.

Всё еще не слишком понимая своё положение, я терпеливо ожидала момента просветления. То, что меня заковали, означало, что меня считают преступником или кем-то опасным. Но я же ничего не сделала, особенно этим длинноголовым. Ладно, не стоит пока форсировать события, особенно в моем случае. Скрестив пальцы в замок, я погрузилась в воспоминания; зелёный цвет лампы, как нельзя кстати, помогал вспомнить первые уроки на световых мечах.