— Ты всегда их подвешивала сушиться в этой комнате, чтобы по утрам, я приносила их на кухню, для добавки в чай.

Вздохнув, убрала почти скатившуюся одинокую слезу, левой рукой нажимая на включатель. Свет, отозвавшийся мгновенно, слегка резанул по глазам, от этого пришлось слегка зажмуриться, выключая фонарик и улыбнуться. Ведь с последнего момента моего посещения деревни, в этой комнате всё так и осталось. Моя кровать по правую сторону с резными спинками и белым балдахином от мошкары. На нём, всё так же висели синие бабочки, красные птицы и яркие цветы. В ногах находился в той же тематике сундук, сделанный когда-то дедушкой, пропавшим без вести двадцать с лишним лет назад.

По стене, рядом со мной были навесные полки, там всегда хранились мои драгоценности, найденные на участке в виде осколка фарфора, части старинной вилки, поломанного украшения из меди и прочих мелочей. По левую сторону, стоял шкаф с моей одеждой, рядом с ним укромный посменный стол, опять-таки, сделанный дедушкой, где было множество тайников, о которых знала лишь я да бабушка. Стул со спинкой и тайником, далее шкаф для книг с моими детскими исследованиями и естественно моими личными дневниками об учёбе в школе, моей первой любви, переживаниями. Так же разглядела там мои любимые книги, дающие отдохнуть не только от этого мира, но и морально.

Улыбнувшись таким воспоминаниям, прошлась к окну, подмечая, что здесь пыли как таковой вообще нет. Что уж говорить, что я её вообще не ощущала в воздухе, словно комнату проветривали по несколько раз в день. А открыв окно, вздохнула слегка прохладный воздух, наполняющийся утренней естественной влажностью росы.

Передёрнув плечами прошлась к своей кровати подвязывая балдахин за алые ленты и тут же усаживаясь на невероятную мягкость. От такого чувства, захотелось немедленно лечь, что собственно я и сделала, правда вот почувствовав под подушкой что-то жёсткое, тут же вернулась в сидячее положение, откидывая её в сторону. Перед моим взором оказалась приличных размеров сундучок со скрытым замком, где требовалось нажать по цепочки на определенные точки плавно и медленно. После чего она спокойно открывалась, а если где-то оступиться, то требовалось повторить всё это заново раза два.

— Что она тут делает?

И действительно, что? Я ведь её оставляла в сундуке, как клад, но тут…

Поставив её себе на ноги, быстры нажала нужные точки слыша, как открываются замочки, а в конце и вовсе открыла крышку. Там, сверху лежало слегка пожелтевшее письмо с моим именем и непонятными символами. Вроде нужно было и насторожиться, но, моё любопытство и память о бабушке, что она оставила мне послание взяло вверх. Я взяла конверт, вынула оттуда листок, сложенный в четверо и стала медленно читать бабушкин ровный каллиграфический почерк:

«Здравствуй моя любимая внученька!

Я знаю, тебе сейчас не легко читать это письмо, даже приехать было сложно в этот дом, где ты бывала всё лето напролёт. Прости, Юлиана, я не хотела такого. Но что поделать, всему приходит конец, даже и в этой жизни. Ты не печалься, я тебя всегда любила и буду продолжать любить в другом мире! И раз ты сейчас всё-таки это читаешь, значит я, не зря его написала и положила тебе под подушку.

Юлиана, я прошу тебя принять все эти камни, лежащие у тебя на коленках в дар, принять их такими, какие они есть, но ни в коем случае не выбрасывать! Я их много лет копила, специально для тебя, для твоего начала, — начала? Камни? Я убрала в сторону письмо, убирая края алого шелковистого платка, видя там действительно обычные на первый взгляд камни. А взяв одно из них, удивилась его ровными граням, словно их специально шлифовали, а затем наносили непонятные символы поверх. — Возможно у тебя на пути будут трудности, но ты ведь справишься с ними, как я сама с этим всем справлялась. Маме ничего об этом не говори, она будет категорически против всего этого, ведь не зря всё это спрятала от её глаз.

Пользуйся ими лишь в добрых намерениях, моя Юли. Прощай!»

На этом её письмо заканчивалось, а по моим щекам телки жгучие слёзы. Именно сейчас, я как-никак нуждалась в бабушкиных словах и разъяснениях. Ведь то, о чём она написала — я совершенно не понимала. Какой такой дар и о каких камнях идёт речь. Камни как камни!

— Успокойся! Что же ты так расплакалась?! — действительно, с чего это я вдруг так сильно прослезилась?

Смахивая слёзы, убрала всё обратно в сундук, после чего поставила под кровать зачем-то ещё слегка погладив его. И стала расстилать себе кровать, решив, что на сегодня с меня хватит приключений и таких грустных воспоминаний.

«— Запомни внученька, чтобы дерево или нужное растение выздоровело и начало плодоносить, нужно положить рядом в небольшую лунку такой камень.

— Зачем бабушка?

— Смотри.

Бабушка делает небольшую лунку рядом со стволом больного дерева, решившего сбросить все листья и засохнуть, прямо посреди лета с яблоками! Она аккуратно положила камень в цвет листьев интересным узором вниз, подмигнула мне и мигом засыпала землёй, начиная что-то шептать.

— После этого, нужно прочесть небольшой заговор или оговор, как тебе будет удобно здесь.

— Оговор? — склоняю голову на бок, поднося указательный палец к нижней губе и переводя свой взгляд на голубое небо.

— Да, обычное четверостишья состоящие из пожеланий, рифмы или же чтения определённым тоном. И спустя пару минут или же часов, всё это зависит от твоей силы, оно начинает поправляться.

Она указывает на соседнее вишнёвое дерево, которое держит на своих ветках крупные плоды, уже практически созревшие.