Пока Стефания с особой осторожностью надевала на себя платье, что казалось ей настоящим сокровищем, Серафим подлил вино в свой бокал и задумчиво ходил туда-сюда у двери её спальни.

– Стеш? – позвал он робким голосом.

– Ау?

– Всё это – бредовая идея, да?

– Есть такое…

– Прости меня.

– Сим! Хватит уже! Надоело говорить одно и то же. Если удастся продержаться хотя бы пару месяцев – будет замечательно. Выплатим кредит, что на маме. И я очень надеюсь, что ты поможешь мне!

– Конечно, Стеш! А знаешь, – с улыбкой воскликнул он, – ты же как самая настоящая Золушка! Прилетела добрая фея, подарила тебе наряд и отправила на бал! Бог мой, бывает же такое…

– Что скажешь? – спросила его сестра, резко распахнув дверь. – Кажется, оно и впрямь как ночнушка, Сим. Я не смогу. Нет…

– Ты шутишь? – ахнул парень. – Ты же просто…

Стефания резко взглянула на брата и, подняв длинную ткань кончиками пальцев, на носочках подошла к огромному зеркалу в прихожей.

Ей казалось, что тонкая ткань слишком уж облегала её маленькую грудь, осиную талию и аккуратные бедра. А дальше, до самого пола, струилась, как легкая дымка. Глубокий разрез демонстрировал стройные ноги, едва-едва пряча белье. Оглядывая свое отражение привычным взглядом сухого критика, Стефания чувствовала, как скользкий шелк ласкал её кожу. Ей нравилось это ощущение, как и большая часть того, что она видела в зеркале.

– Этому парню очень не повезло, – тихонько сказал Серафим, – потому что не влюбиться в тебя – просто невозможно.

Наташа ждала выходных всю неделю, и от её ежедневного нытья устала даже Анжела, которая работала уборщицей на шестьдесят девятом этаже. Никто не замечал, как пышногрудая шатенка с бронзовой кожей и сеткой глубоких морщин под глазами, сдержанно вздыхала всякий раз, когда слышала мольбу хамоватой женщины, которая если и удостаивала её коротким взглядом, то всегда придавала ему острейшее пренебрежение.

Высокомерная выскочка!

И вот, наконец, собираясь пятничным вечером на заслуженный выходной, Наташа с особым вниманием оглядела свой рабочий стол, проверила в кармане дорогого пальто сотовый, убедилась, что синяя ручка с кристаллами Swarovski находилась в мягком чехле и лежала в глубине закрываемого на ключ ящика.

– Идешь? – заглянула к ней Стефания, поправляя темный палантин на шее.

– Да, минутку! Кажется, я не взяла зарядное… Куда я его засунула?

Стефания с улыбкой закатила глаза и медленно направилась к лифтам, разглядывая за стеклянной стеной тех, кто так же, как и Наташа, что-то искали, или одевались. Все вокруг с приятной усталостью покидали свои рабочие места, отправляясь в бары, на встречи с друзьями или так же, как и Стефания – просто домой. Остановившись у лифтов, она со вздохом оглянулась. Наташи всё еще не было видно.

– Стеш, – вдруг обратился к ней Павел из отдела рекламы, поправляя кожаный ремешок своей модной коричневой сумки, – наши в бар собираются. Пойдем с нами?

– Да, идем? – весело присоединился Артем, его коллега. – Это тот, что за углом, с огромной сверкающей туфелькой над дверью.

– У меня завтра очень много дел, так что увы, – мягко улыбнулась им Стефания и пожала плечами, – вынуждена отказаться.

– Завтра же суббота! Какие могут быть дела? – усмехнулись оба.

«Самые невообразимые» – с волнующим раздражением подумала девушка и вошла с кучкой уставших трудяг в пустую кабину лифта.

Когда двери плавно закрылись, она бегло оглядела чужие макушки. Должно быть, Наташа так и не нашла зарядное для телефона, потому что здесь её не было.

– В понедельник тебя снова ждет гора работы, – тихонько сказала «Лариса-крыса», демонстративно медленно надевая на руки ярко-малиновые замшевые перчатки. Стефания с непониманием взглянула на нее и девушка пояснила: – Я слышала, как Ольга Владимировна разговаривала с организатором ежегодного благотворительного ужина, что завтра устраивает «ДельКо». Все материалы, фотографии, отчеты, анонсы и интервью отправят тебе в понедельник. А ты в самое короткое время, уж не знаю в какое именно, – усмехнулась она, – должна отобрать стоящие материалы и согласовать их с Ольгой Владимировной для публикации в СМИ. Не самая легкая работенка.

– Ничего, – сдержанно ответила Стефания, не отрывая глаз с медленно меняющихся цифр над стальными дверями, – это моя работа.

– Я бы, конечно, помогла тебе со всем этим, но у меня самой, знаешь, дел по горло. К тому же, помнится мне, что в прошлом году именно я занималась этой поганой работенкой, потому что тебя – только что принятую на должность помощницы маркетолога, отправили в трехдневную командировку, – с явным недовольством в голосе, напомнила Лариса.

– Несправедливость, – с сарказмом добавила Стефания.