Насколько видел глаз, внизу перед нами простирались широкие долины, зеленые и пышные, с узором редких темных и желтоватых клочков. Долины и холмы были усеяны плотными грабовыми и дубовыми зарослями, а разноцветные полевые цветы весело трепыхались в легком ветерке. Зеленое полотно земли окропилось овечьими стадами как крупицами белоснежной соли; то тут, то там с крыш крестьянских построек, к небу вились ленты ароматного дыма. Всю равнину красной, широкой лентой пересекал Южный Тракт. Здесь он упирался в Ходатск и сталкивался с не менее широкой Заротской дорогой, петлявшей на юго-запад, соединяющей Великие Имперские Южный и Западный Тракты.

— Все будет хорошо, тебе нечего бояться, ну давай я схожу и посмотрю есть ли у них те татуировки… — снова начала я, в ответ яростный взгляд миндалевидных глаз, отвлекшись на меня, Рем поскользнулся, нелепо взмахнул руками, но в последний момент удержал равновесие, мелкие камешки с веселым шелестом посыпались по сухой, плотной земле.

— Ты. Никуда. Не. Пойдешь!

Я надулась. Раскричался тут. Я тут госпожа или нет. Либо мне удастся установить свои правила, либо сила его личности раздавит меня.

— Все равно пойду, тебе целитель нужен! — буркнула я;

Рем устало вздохнул, — перекину через коленку и отшлепаю!

— Рем, ну как ты не понимаешь, мир полон добрых людей, но замечаешь это, лишь когда оказываешься в беде. Надо просто поверить. Отправь меня — я всего лишь мальчик, грибы вот собираю. Зачем тому целителю нарушать свое обещание?

— Ты намного моложе меня, — напомнил он. Помолчал, — и наивнее и чище. Не пойдешь! Ардорец продолжил, — это не обсуждается.

— Но…

Его лицо застыло.

— Никаких споров, Мира, — сказал Рем.

Ах, вот и установила свои правила. Тиран! Посмотрела как он морщится от головной боли — глупый, твердолобый тиран!

Странный звук слабо раздался в отдалении. Мы замерли. Спереди, вдалеке, доносился рокот, заставивший ардорца, побывавшего на войне, вздрогнуть и напрячь слух.

— Дальнобойные креландские орудия, — пробормотал он, прислушавшись к ровному, спокойно прокатывающемуся гулу на низкой, сдержанной ноте. — Война что ли у них там началась с Мирией. Только этого нам не хватало…

Ноябрьское солнышко припекает, идти легче, мы вошли в сосновый лес. Я иду чуть впереди Рема, ведущего лошадей, собираю грибы на обед.

Толстая, полосатая змея лежала у большого камня, пригревшись на солнышке, она не услышала меня, весело подскочившей к грибу-красавцу. Я наклонилась сорвать гриб и взглядом натолкнулась на ядовитую тварь, лежавшую в нескольких сантиметрах от моей вытянутой руки. Потревоженная змея яростно зашипела, приподнимая плоскую голову, испуганная я, обалдев от ужаса, застыла. Мы обе замерли на секунду, вылупившись друг на друга и бросились в разные стороны. Змея в кусты, а я, как обезьяна, с пронзительными визгами взлетела на обалдевшего Рема.

— Змея, там змея! Аааа! — Верещала я, сидя у Рема на руках. — Там. Там!

Рем подержал меня, грозным взглядом осмотрел окрестности, поцеловал в макушку и аккуратно поставил на землю;

— Знаешь, Госпожа, — ядовито сказал мой раб наконец, — там, в имперском дворце, я наблюдал, что некоторые господа были прикреплены к своим рабам цепочками, изумительное, по моему мнению, изобретение, надо тебя ко мне прицепить цепью, да потолще, да покороче, чтобы не бегала по сторонам и не пугала бедного раба этими первобытными звуками…

— Ну ты, гад…

Из-за деревьев вышла группа вооруженных людей, очевидно привлеченная моими криками.

Бежать не было смысла. В руках у некоторых мужчин были арбалеты. Рем молниеносным движением задвинул меня за свою широкую спину и, обнажив длинный нож, немного согнув ноги в оборонительной стойке, приготовился защищать наши жизни. Я, выкатив глаза, задыхаясь от бешеной паники, стояла за спиной Рема, судорожно стискивая свой нож в руке.

— Когда все начнется, бегом на лошадь и скачи… — слышу его шепот;

Ну уж нет, упрямо мотнула головой. Мелкая дрожь прошла по его телу, когда он почувствовал мой ответ. Все — это конец! Я знала, что он не дастся им живьем. Я тоже туда не вернусь никогда. Никогда! Я не хочу, чтоб они меня поймали! Последний вздох Рема будет началом моего конца.

Все замерли напротив друг друга. Мужчины не стреляли, видимо у них был приказ захватить нас живыми. Рем, напряженный, был готов сражаться. Я, высунув нос из-за спины ардорца, насчитала восемь противников. Не солдаты, но держат мечи и арбалеты уверенно, знают как сражаться. Почувствовав меня сбоку, рука Рема задвинула меня обратно.