— Это я, — Ринельгер вытянулся.

— Тебя ждёт леди Ветер, — легионер отошёл от двери. — Накинь плащ, — он швырнул его на койку Ирмы. — Поторапливайся.

«Леди Ветер?» — слегка опешил Ринельгер. Слухи не врали, она всё-таки жива. Пережила битву в Верховье, когда её легионы были разбиты Первым паладином Ланаридом. Кассия пропала тогда же, после сражения. Во всяком случае, это был один из вариантов, потому что последнее письмо от неё, прибывшее в Анхаел, написано за шесть месяцев до. Ринельгер, хромая, добрался до койки, накинул на плечи меховой плащ и направился на выход.

Снова в объятия алой ночи. Лагерь Мёртвого Легиона раскинулся на бывших укреплениях Каменщика, Ринельгер сразу узнал улицу. Камень в некоторых местах был окровавлен, но все тела давно убраны. Чародей оглянулся в сторону башни, но во тьме, если от неё каким-то чудом что-то осталось, строения не было видно. Некоторые дома, особенно разрушенные, были накрыты толстыми кусками брезента, вся улица занималась легионом. Скорее всего, лагерь Каменщика стал частью куда более обширной территории. В воздухе стоял запах гари, обгорелого мяса — мертвецов жгли до сих пор.

Легионер-рунариец повёл Ринельгера к площади с башней. От неё, действительно, ничего не осталось, только фундамент да зубчик от стены. Вместо неё на всю площадь был разбит шатёр пурпурного цвета, окружённый магическими оберегами.

— Будь учтивей, кровавый чародей, — произнёс легионер у самого входа. — Госпожа добра, что оставила вам жизни несколько дней назад, но её приказ может измениться.

— Понятно, — буркнул Ринельгер. Ему не терпелось увидеть магистра.

История скудна фактами о магистрах Мощи: всего их к началу войны Века Слёз насчитывалось десять чародеев, их настоящие имена скрывались по политическим соображениям ещё со времён гражданской войны в Век Раскола, когда именно чародейского сообщество больше всех тонуло в интригах и крови. Все магистры носили маски, скрывая лица, опознать их по другим признакам было невозможно, ибо одевались они неприметно, действовали через своих доверенных лиц — адъютантов, вместо имён использовали клички, связанные с их магическими предпочтениями. А ещё все магистры являлись мастерами различных ветвей магии.

Леди Ветер — могущественная чародейка, адепт бури. В Анхаеле как-то ходила байка, что в страшном гневе она ветрами уничтожила флот дегаримских варваров, отрезавших остров с анклавом Цэльда от материка. Ринельгер ни разу не видел Ветер, лишь припоминал неприятную встречу с её адъютантом, и уже не надеялся увидеть эту могущественную женщину, выбившую себе место среди сильнейших чародеев Цинмара. Но она выжила, вопреки всем кошмарам войны и алой ночи. Может быть, выжила и Кассия?

Шатёр магистра обставлен скромно: застеленная кровать, пара сундуков рядом, по центру расположился стол и несколько стульев. В углу из земли торчал посох леди, набалдашник которого был выполнен в форме причудливой руны: от окружности в центре тянулись, словно искажённые лучи солнца, линии.

Сама Ветер полностью оправдала ожидания Ринельгера: статная женщина с выразительной осанкой и властными манерами. Истинная госпожа, несомненно. Поверх её красной мантии, лежали пластинчатые латы ригальтерийского легиона. Её голову покрывал капюшон, лицо, за исключением рта, скрывала маска, поверхность которой переливалась серым, от чего казалось, будто в ней заключён ураган, отчаянно пытающийся вырваться.

Магистр сидела за столом, за её спиной вальяжно расхаживал гном, поглаживая светлую и до того роскошную бороду, что ему мог бы позавидовать любой норзлин. Связанный по рукам Фирдос-Сар оглянулся — напряжение на его костяном лице, когда внутрь зашёл Ринельгер, несколько ослабло.

— Леди Ветер, — поклонился легионер, — кровавый чародей очнулся.

— Хорошо, Энард, — ответила та голосом, волнующим воображение. — Вольно, я прикажу тебя пригласить, когда закончу.

Легионер поднёс кулак к сердцу и покинул шатёр.

— Итак, — Ветер внимательно осмотрела Ринельгера, — ты кровавый чародей, Ринельгер, так?

Он кивнул.

— Присядь, Ринельгер, — говорила она властно, не оставляя шансов для возражения. — Лекарь… из легиона Скрытого, да пусть боги-прародители хранят его прах.

— Да, госпожа, — сказал чародей, садясь. — До конца тридцать шестого года Века Слёз состоял в третьем сводном легионе Альтерии под командованием магистра Скрытого. Откуда вам это известно?

Ветер хлопнула книжкой в кожаном переплёте по столу. Это был дневник Ринельгера, куда он записывал не только заметки о кровавых чарах, но и личное. «Проклятие, — подумал он, — теперь меня точно повесят».

— Хорошо, — её глаза блеснули. — Объясните мне, кровавый чародей Ринельгер, как так случилось, что вы оказались здесь, в одном из логовищ картеля Триумвират?

— Я наёмник, — осторожно сказал он. — С недавних пор. Наш отряд служил под началом Каменщика, выполняя работу по охоте на чудовищ и сбора ресурсов с Пустынного берега. Против Мёртвого Легиона не сражались.

— Да неужели? — фыркнул гном. — Вас нашли у остатков проклятой башни, троих снаружи, и на груде обломков ещё двух, и больше никого. Где Каменщик, выродок?!

— Заткнись, Вилас, — отрезала Ветер. — Что случилось в башне?

— Каменщик с кем-то связался, госпожа, — Ринельгер зло посмотрел на гнома. — Я и моя соратница Сенетра пришли за его головой.