Дан развернулся и ушёл, сделав знак жене, чтобы следовала за ним. Женщина обернулась, потом бросилась к дочери, обняла и порывисто поцеловала.

— Удачи, доченька.

Оставшись одни, сёстры некоторое время молчали, по опыту зная, что отец может внезапно вернуться. Шли минуты, а он всё не появлялся, но вместе с тем и таяло время, отпущенное Минире на сборы.

— Пора, — девушка в маске направилась к выходу. Молись за меня Первой богине, Триана, мне кажется, она благоволит тебе.

Когда от дома отъехала машина, младшая из сестёр Кирнит, быстро отправилась к себе, натужно кашляя. Все знали, если заболеть, отец на время оставит в покое из боязни заразиться, а именно это и было необходимо Триане в этот вечер. В шкафу, за старыми платьям было спрятано одно новое, не такое красивое, как у Миниры, но прекрасно оттеняющее светлые волосы её младшей сестры. Ярко-зелёное, простое и даже похожее на сарафан, оно служило лишь фоном, когда Триана распускала свои длинные волосы. Они были её гордостью и постоянно требовали ухода, но ради того, чтобы получить за дочь больше денег, отец был готов потакать ей. Именно поэтому Триана получала денег немного больше, чем остальные девочки, понемногу откладывала весь прошедший год и смогла купить необходимые для входа на праздник платье и маску.

Вздохнув, девушка заплела свои волосы цвета солнечного света и заколола их, чтобы пока не мешались. Одежда и маска были бережно упакованы в рюкзак, а сама Триана переоделась в спортивный костюм. Тихо распахнула окно и, убедившись в том, что никто не наблюдает, сбросила вниз заранее сплетённую верёвочную лестницу. Её спальня располагалась на втором этаже над помещением, где хранились принадлежности для уборки, поэтому никто не должен заметить болтающуюся верёвку за окном кладовки в столь поздний час.

Добравшись до земли, Триана пригнулась и скрылась за живой изгородью, обрамляющей все дорожки, что окружали дом. Добравшись до ворот, которые на её удачу ещё были открыты, она вышла на улицу и низко надвинула на лицо капюшон спортивной куртки, чтобы не быть случайно узнанной. Быстрым шагом направилась к выходу из города, туда, где вскоре начнётся главный праздник, обещающий свободу и счастье. Ни один из отцов не имеет права отказать тем, кто полюбил в ночь, когда над миром властвует Первая богиня, встретившая первых переселенцев и принявшая их на этой планете. Подобное считалось самым большим грехом, обязательно влекущим за собой беды, поэтому такого не случалось уже много лет. На это и рассчитывала юная беглянка, не желающая становится женой ненавистного мужчины.

Триана добралась до места лишь через два часа после выхода, но раньше ей было не успеть — слишком далеко располагался огромный шатёр, возводимый у подножия священной горы раз в году. Переодевшись в небольшой рощице и причесавшись, девушка вдруг охнула — как она могла забыть про обувь?! Хорошенькие туфельки были приготовлены, но остались дома, не в спортивной же обуви теперь идти… Триана почти впала в панику, но потом успокоилась, решив, что пойдёт на праздник даже босиком. Обратного пути у неё нет, как и у Миниры, эта ночь изменит жизни обеих сестёр. Девушка обратилась к богине, во имя которой сегодня состоится веселье на всей планете, и попросила обратить благословенный взор в первую очередь на Миниру, а уже потом на младшую из сестёр Кирнит. Совершив свою сумбурную от волнения, но искреннюю молитву, светловолосая беглянка направилась к светящемуся во мраке ночи сооружению.

Огромный шатёр, горящий изнутри словно лампа, влёк к себе, как праздничный торт, обещая, что сказка сможет сбыться.

С одной стороны надо входом веселилась, правда, скромно танцуя, голограмма девушки, с другой — мужчины, величественно взирающего на каждого входящего. И только внутри представители двух полов могли встретиться совершенно беспрепятственно в эту ночь. Триана приблизилась ко входу для женщин и сбросила спортивные туфли, чтобы не портить ими элегантный образ. Её маска была чёрной и должна была сочетаться с забытой дома обувью, но она казалась чем-то чужеродным на юном лице, хотя сама девушка не сомневалась в том, что сумеет привлечь внимание.

— Имя отца? — раздался вопрос в исполнении бесстрастного робота.

— Дан Кирнит.

— Ваше имя?

— Триана Кирнит, — ответ прозвучал быстро.

— Положите правую руку на устройство идентификации и не двигайтесь до появления зелёного сигнала о завершении процедуры.

Девушка исполнила всё в точности и, когда, наконец, ей пожелали приятного вечера, осмотрела руку. На запястье не было видно ровным счётом ничего, да и не почувствовала она, чтобы на кожу наносилась какая-либо надпись. Пожав плечами, Триана осторожно двинулась к ещё одним дверям, за которыми мелькали силуэты тех, кто пришёл встретить свою судьбу раньше, чем припозднившаяся беглянка.

Замерев от вдруг появившейся нерешительности, уроженка планеты Нуррин,

когда двери вдруг распахнулись и открыли ей совершенно иной мир, вошла не сразу. Яркое освещение позволяло разглядеть самые мелкие детали одежды танцующих пар или тех, кто просто угощался напитками или лёгкими закусками. И, рассматривая необычные, почти сказочные наряды, Триана почувствовала себя простушкой, случайно попавшей на бал богачей, хотя доходы отца ставили их семью на довольно высокую ступень социальной лестницы. Мелькали дорогие маски, некоторые, кажется, отделанные драгоценными камнями, перья, пышные бальные платья, оттеняемые элегантной простотой крыльев — черных или белых.