— Не интересно. Ты должен тридцать Рину, немедленно. Есть или нет?

Страх Дерека сгустил воздух. Он осел на тыльной стороне языка Серас, густой и приторный, как мед. Она знала, что он думает. То, что, как он предполагал, она должна была взять. У Серас не было друзей, черт возьми, у нее даже не было знакомых. Никто не мог терпеть ее компанию больше нескольких минут, потому что они были слишком заняты, боясь того, что она могла сделать. Это, в сочетании с заметным отсутствием раскаяния, сделало то, что она собиралась сделать с Дереком, намного проще.

Движение было таким быстрым, что она схватила Дерека за запястье и прижала его руку к бильярдному столу. Возможно, она была всего лишь крошечной Фейри, но сила Серас превосходила даже самых стойких мужчин. Дерек вскрикнул, звук был пронзительным и громким.

— Не делай этого! — закричал он. — Я заплачу Рину завтра! Все до последнего цента! Не забирай мою гребаную душу!

Серас потянулась к кинжалу в ножнах на бедре. Одним плавным движением она вытащила лезвие из ножен и нанесла удар, отрубив Дереку фалангу на втором пальце. Она отпустила его руку, и он упал на пол. Он баюкал свою раненую руку, его неистовые, всхлипывающие вздохи долетали до ее ушей сквозь шум музыки девяностых. Ухмылка изогнула губы, когда она схватила отрубленную фалангу и сунула в карман. Ему чертовски повезло, что он ушел сегодня, потеряв только кусок пальца.

— Завтра. — Серас направила кинжал на Дерека, чтобы пригрозить, прежде чем убрать кровь о штаны и засунуть обратно в ножны. — Тридцать тысяч, доставка Рину, лично. Если ты не явишься к полуночи, то снова увидишь меня, и это определенно не будет приятным опытом.

Она восприняла бессвязные рыдания Дерека как позитивное подтверждение. Она бросила на него последний оценивающий взгляд, прежде чем повернуться на каблуках и уйти.

Серас остановилась у двери. Она ждала череды ругательств, гневных криков, угроз, которые неизбежно должны были последовать за ней. Но раздавались только звуки ретро танцевальных треков, гул голосов, когда она проходила мимо. Она с насмешливым фырканьем открыла дверь и вышла в прохладный весенний воздух. Запах дождя наполнил ее ноздри, когда она сделала глубокий вдох и задержала его в легких, прежде чем резко выдохнуть.

Однажды она хотела бы увидеть, как кто-то относится к ней с открытой враждебностью и презрением, а не прячется в страхе. Или, может быть, кто-то посмотрит на нее с любовью, предложит искреннюю улыбку или отнесется к ней как к другу без причины, кроме как насладиться ее обществом. За время своего существования Серас поняла, что нет ничего более опасного, чем страх. Но до тех пор, пока она остается собственностью Рина, она никогда не будет рассматриваться как нечто иное, чем существо прямо из кошмара.

Ловец душ.

Жнец.

И благодаря Рину, она заслужила все это.

Глава 2

— Вампир!

— Что он здесь делает?

— Они расширяют свою территорию.

— Михаил Аристов жаждет власти. Он не остановится, пока не будет контролировать все западное побережье.

— Он выглядит опасным. У него дикие глаза. Держись от него подальше, или он разорвет тебе глотку.

Саид прятал улыбку, прогуливаясь по Саммит Авеню и слушая разговоры на переполненных тротуарах Капитолийского холма. Этот район Сиэтла был населен сверхъестественными существами, хотя ни одно из них не было похоже на Саида. В его мире на него не таращились из-за цвета кожи, черт лица или национальности. В сверхъестественном мире Саид был темой разговора из-за своих двойных клыков. И жажды крови. Того факта, что он был лишь одним из горстки вампиров, ходивших по земле. Возможно, предубеждение было для него неизбежным, с кем бы он ни общался.

В течение десятилетий все население дампиров (включая Михаила Аристова, последнего вампира) было ограничено Лос-Анджелесом. Но восхождение Михаила к власти и его способность превращать дампиров в вампиров предоставили их виду возможность удалиться от эпицентра их населения. Что-то, чего они не могли делать уже более двух столетий. Их новообретенная свобода должна была вызывать переполох.

Прошло больше недели с тех пор, как Саид прибыл в город. Ему удалось снять квартиру недалеко от Капитолийского холма, и каждую ночь он проводил в поисках огневолосой фейри. Сухое тепло царапало ему горло. Не пройдет и пяти дней, как его сердце перестанет биться, легкие перестанут дышать, а жажда станет невыносимой. Саид отказался от любой вены, кроме ее. Никакая другая кровь не насытит его.

Если он не найдет ее в ближайшее время, то может совсем сойти с ума.

Коллектив толкнул сознание Саида. Голоса звали его, далекие воспоминания умоляли, соблазняли, молили присоединиться к их компании. Боги, его искушали. До сих пор он не мог найти фейри в городе, но он стал лучше отслеживать ее в Коллективе. Он мог остаться там навсегда, наблюдать за ней, желать ее. Но никогда не трогать. Никогда не пробовать. Это была бы пытка, которую невозможно пережить.

Покалывание магии привлекло внимание Саида, когда он прошел мимо открытой двери клуба. Мурашки побежали по его рукам, и он отмахнулся от ощущения, когда вошел в душное, переполненное пространство. Воздух был горячим. Он стискивал и, казалось, покрывал легкие. Тонкий блеск пота скользнул по его коже, когда он маневрировал мимо толпы людей и сверхъестественных существ, пробираясь к бару.

Ради покоя здешних обывателей он мог бы сойти за обычного человека в этом месте. Сможет ли он сойти за здравомыслящего, еще предстоит выяснить.

Саид добрался до бара и попросил у бармена стакан воды. Саид редко пил алкоголь, если не считать бокала вина. Его раздражало, что бары стали центральным местом сбора для тех, кто выходил ночью. Так многолюдно. Но если у Саида была хоть какая-то надежда найти фейри, то у него не было выбора, кроме как смириться с этим и задержаться в этих клубах, переполненных, душных горячих точках.