— Вы это сейчас серьезно?

— Более чем. Давайте в выходные вместе куда-нибудь сходим.

Стало страшно — я не ожидала такого. Девчонки на работе намекали, что Игнат Эдуардович ко мне неровно дышит, только вот я их слова на веру не принимала. Вспомнились прежние слова директора о том, что он полгода ждал, когда я расстанусь со своим парнем, а когда это произошло, он подошел и сказал мне, что я ему нравлюсь. Только вот тогда я приняла его слова за шутку, возможно даже за флирт, но не более того, а потом я и вовсе решила, что он заодно с похитителями.

— Ты сразу не отвечай, подумай, до завтрашнего дня еще куча времени. — Наверное, у меня на лице что-то отразилось, потому что Игнат Эдуардович, поспешно вышел из моего кабинета.

Весь день я размышляла над предложением Игната Эдуардовича, но чем больше думала, тем явственней понимала, что настало время отказаться от услуг директора. Не надо ему больше меня встречать и провожать, теперь осталось дело за малым, убедить в этом его самого, а еще сказать, что на выходные я с ним никуда не пойду. — Игнат Эдуардович, — мы уже почти подъехали к Машиному дому.

— Если не хотите со мной встречаться, не надо, но в понедельник, я как обычно за вами заеду.

— Не надо. Вы же сами видите, меня никто не преследует, встречи со мной не ищет.

— В том-то и дело, что я сегодня все видел собственными глазами, про вас, Ирина Анатольевна, не забыли.

— Если вы про цветы, то это совершенно другое, — мы остановились, и я отстегнула ремень безопасности.

— В понедельник я поговорю с Василием Ивановичем, будьте уверены, цветов в вашем кабинете больше не будет. Ирина Анатольевна, неужели вы не понимаете, что принимая цветы, вы тем самым даете надежду.

— Никому я ничего не даю, — Выскочив из машины, громко стукнула дверцей и практически побежала к подъезду.

— Ир, ты, что такая всклокоченная? — от Маши не ускользнуло мое взвинченное состояние.

— Лезут тут разные всякие в душу, — сев на диван, подтянула к себе колени.

— Это ты сейчас о ком? — Маша устроилась рядышком.

— Да вот, Игнат Эдуардович, утром предложил принесенные Маратом цветы выбросить, после чего решил встретиться со мной в выходные.

— А ты что?

— А я ничего. Игнат Эдуардович, несомненно, мужчина видный и вон даже заботится обо мне, но я еще не готова к новым отношениям.

— Признайся, он тебе нравится, — Маша глядя на меня улыбалась, в то время когда мне было не по себе.

— Нравится, но в виде ухажера я его кандидатуру не рассматривала.

— Так рассмотри, а то "ушами прохлопаешь", его у тебя из-под носа и уведут. Ладно, давай рассказывай, из-за чего ты на него взъелась, и как он до твоей души добрался?

— Сказал, что в понедельник поговорит с Василием Ивановичем и пообещал, что больше я цветов в своем кабинете не увижу, а еще заявил, что принимая от Марата цветы, я его поощряю и даю надежду. Маш, я Марату звонила и не раз, но он не отвечает на мои звонки, на смс сообщения тоже, я ему писала и просила, чтобы он оставил меня в покое и чтобы перестал заваливать меня цветами, которые я все равно себе не оставляю. А что толку? Не идти же мне к нему домой?

— Ты Игнату Эдуардовичу это сказала?

— Нет, я от него сбежала.

— С тобой все ясно, диагноз очевиден, — подруга аж вся светилась. — Ты влюбилась.

— Скажешь тоже, — поднявшись с дивана, взяла со стола пульт от телевизора.

— Позвони ему, скажи, что согласна провести с ним время, — предложила подруга.

— Ни за что.

— Ну и зря.

В субботу мы с Машей ходили по магазинам, запаслись на неделю продуктами, а так же себе кое-что из одежды прикупили.

— Ирка пошли, сходим в кино. А после в кафе посидим, — в который раз за сегодняшний день уговаривала меня Маша.

— Нет, я лучше дома посижу, в интернете полазаю, — Максим пригласил Машу на свидание, а она вот решила прихватить меня с собой, я уже несколько часов от нее отбивалась, так как третий лишний и я была не вправе портить им вечер. — И не уговаривай, я все равно не передумаю.

— Как знаешь, потом не плачь.

Маша ушла, а потом позвонила и предупредила, что останется у Максима с ночевкой. В воскресение она так и не вернулась, сообщив мне, что задержится у Максима еще на одну ночь.

— Ирина Анатольевна, — окликнул меня утром в понедельник Василий Иванович. Игнат Эдуардович, как всегда довез меня до работы, а потом ему позвонили и он остался на улице, в то время как я зашла в помещение. — Простила бы ты уж парня-то, ведь измаялся весь, извелся. С кем не бывает, ну совершил он по глупости, да по молодости ошибку, так он же уже раскаялся.

— Василий Иванович, это Марат попросил вас со мной поговорить?

— Что ты, девонька, что ты, — замахал на меня руками вахтер. — Я же жизнь прожил, вижу.