Господин Смит обладал неуклюжим обаянием представителя собачьей породы «мастино» и даже походил на такого вот пса: с виду — плюшка, а сунься — и хана тебе, руку отхватит.

— Штаны Святого Патрика, девочка! — Орал он на меня, закатывая глаза, брызгая слюной и всем видом показывая, какая я бестолочь. — Как ты двигаешься?! Легче, резче, расчётливей!

Поскольку штаны упоминались регулярно, и не один раз на дню, выражение очень быстро и прочно прилипло и к моему языку, за что мне периодически доставалось от Лоис.

— Самые доступные точки поражения противника — пальцы рук, запястья, предплечья, если ты не рассчитываешь на летальный результат, конечно. Но запомни, Пэнти: не переоценивай повреждения рук противника, никогда! После поверхностного разреза никто не истечёт кровью, не упадёт в обморок и не оставит тебя в покое — это всего лишь умножение агрессии нападавшего. Лучше будет, если ты сможешь удержать его на дистанции поражения… Есть точки, удар в которые может быть чреват смертью — шея, область печени, крупные артерии. Это на крайний случай…

Господин Смит ворчал, кричал, давал мне подзатыльники, от которых я училась уворачиваться с помощью его же собственных приёмов. Периодически он брал меня на занятия в разношёрстную группу мальчишек, и вскоре я стала получать гораздо меньше синяков и шишек, научившись грамотно управлять своим телом в коротких драках.

Смит подогнал под размер моего предплечья ножны особой конструкции, позволяющие рукояти ножа моментально «впрыгивать» в правую ладонь. Вторые ножны, без механических ухищрений, крепились на правой лодыжке.

Одной из любимых поговорок господина Смита было утверждение о том, что на «ноже любого ирландца должно быть хотя бы одно лезвие, что бы пырнуть ненавистного англичанина!». А шотландские ножи, добавлял он, сгодятся и для ирландцев тоже. Для меня он подобрал именно шотландский нож, как самый удобный.

На мой вопрос, что лично ему сделали англичане (сам же носит английскую фамилию!), Смит ответить не мог, уходил в какие — то сумбурные исторические воспоминания и вообще, как мне казалось, в своих воспоминаниях путал англичан и эльфов — особенно, после того, как пропустит стаканчик.

Но во всём, что касалось ножей и их применения, Смит знал толк.

— К таким коротким «дамским» ножам никогда не прицепится даже эльфийская полиция, чего уж говорит о нашей. — Пояснял он, напоминая о недавних временах, когда женщинам запрещалось владеть оружием вообще, в том числе и холодным. — В любом случае, мой совет — использовать нож только тогда, когда это действительно нужно. Как и любое оружие.

Полтора года регулярных занятий не прошли даром, и господин Смит явно был доволен, стараясь, правда, не демонстрировать позитивных эмоций. Я воспользовалась его уроками где — то на границе семнадцатилетнего возраста, когда один из дружков Кревана счёл меня достаточно взрослой, и от прозрачных намёков на секс попробовал перейти сразу к действию. Он и так не был красавцем, а после знакомства с моим скином, ему пришлось делать дорогостоящую пластику. По крайней мере, этот случай поставил точку в эротических поползновениях ближайшего окружения Кревана, а сам Бойл строжайше запретил меня трогать.

Прим. авт.: скин — версия шотландского ножа sgian achlais (гэльск. — скин окклс), подмышечный нож, который носили в левом рукаве, клинок прямой односторонней заточки, длиной 7 — 10 см.

К восемнадцати годам я получила права на байк, и с тех пор это средство передвижения для меня стало основным и самым удобным. А потом было первое дело с кражей уникальной фамильной камеи в Коннахте, и мой первый эльфийский сейф, и первый гонорар в размере трёх тысяч фунтов.

Прим. авт.: Коннахт — провинция, объединяющая графства западного побережья Ирландии.

После встречи с прекрасными местами для сёрфинга в графстве Слайго и их посетителями, у меня появилась мечта с большой буквы, которую я долгое время держала втайне даже от Лоис (пришлось сознаться после выполнения второго заказа, когда она спросила, что я собираюсь делать с вознаграждением). И ради этой Мечты я готова была и дальше участвовать в «процессе перераспределения ценностей», откладывая существенную часть денег, заработанных отнюдь не праведным путём. Для реализации Мечты нужны большие средства, поэтому перспектива её осуществления при нынешнем темпе моих накоплений и трат — годы.

В этой Мечте у меня была собственная гостиница на побережье, в красивом месте, гостиница для сёрферов (именно для людей, а не эльфов), и — никаких криминальных занятий больше! Сама я пока не созрела для того, чтобы встать на сёрф в прохладной водичке, но думаю, что смогу.

Каждый раз, обходя системы сигнализации, вскрывая сложные механизмы защиты сейфов и вынося камешки, я рискую жизнью и свободой. Кто — то получает свои драгоценные камни, а я — деньги, очень даже неплохие. Моя маленькая гостиница, номеров на десять, будет почти на берегу. Она будет светлой, уютной, как диковинная раковина, найденная в полосе прибоя после шторма, — и я стану хозяйкой, и заберу к себе Лоис — к тому времени, когда я скоплю хотя бы подобие нужной суммы, она уже отойдёт от дел по причине преклонного возраста и захочет покоя. У меня будут жить те, кто вечно движется в поисках волн и ветра — сёрферы. Особые люди, за которыми я имела удовольствие наблюдать на побережье, немного пообщаться и пропустить пивка в местных пабах. Лёгкие на подъём, всегда готовые рвануть туда, где можно оседлать волны. Возможно, я смогу когда — нибудь войти в их мир, стать своей. Мне кажется, это так здорово: общаться с интересными людьми и предоставлять им возможность комфортно организовать отдых, разделяя их увлечения. И не привязываться ни к кому. Пусть следуют за волнами, а моей надёжной пристанью будет берег.