— Да! — рявкнули в ответ, спустя несколько секунд.

— Все еще люб… любишь меня? — прошептала, а точнее — прохрипела она в ответ.

— Джин? — голос Майкла стал мягче, но ненадолго. — Где тебя носит? Двое суток! Двое суток не могу до тебя дозвониться! Где ты?

— Я скажу, — проговорила она, облизывая пересохшие губы. — Только ты сначала реши, нужна ли я тебе, не смотря ни на что. Иначе, не приезжай.

— Где ты, моя девочка? — казалось, он все понял без слов.

Ройс подъехал с уже выключенными фарами. Первым делом снял пистолет с предохранителя и только после этого вышел из машины. Небольшой домик на берегу реки встретил его тишиной и темными окнами. Дверь оказалась открытой.

В маленькой прихожей темно и холодно. Северная часть штата не радовала теплом, не смотря на то, что только заканчивался сентябрь. Он двигался бесшумно и мягко, словно и не весил без малого сотню килограмм. Пройдя в очередную комнату, которая должна была выполнять роль зала, киллер остановился. У окна стоял небольшой торшер, который с трудом рассеивал насыщенный мрак. Оглядевшись, Ройс прислушался. Никаких звуков и запахов, кроме шума ветра и пыли. Здесь явно давно никого не было. Дом был заброшен много недель, если не месяцев. Убрав пистолет за пояс брюк, Майкл вернулся к двери и уже потянулся к выключателю.

— Не надо, — ее голос был немного хриплым и каким-то сухим. Так бывает, когда человек долго кричит, срывает голосовые связки и потом не говорит, а шепчет скрипучим шепотом. — Не включай свет.

— Джин? — вопреки ее просьбе, киллер нажал на выключатель.

Она сидела возле дивана. Точнее, что она была там, Майкл понял по ногам, что виднелись из-за мебели. Теплая тошнота подкатила к горлу мужчины, стоило взглянуть туда. На ней был почему-то только один чулок. Обнаженная ножка, согнутая в колене, перестала быть такой манящей и красивой, как раньше. Верх бедра покрывали продолговатые синяки. Под коленом виднелось аккуратное круглое пятно багрово-синего оттенка. Изощренный ублюдок! Знал, где самые нежные места.

Стараясь не дышать слишком громко, Ройс обошел старенький диванчик, чтобы увидеть ее. Не в силах выдержать это кошмарное зрелище, Майкл закрыл глаза. Сердце понеслось вскачь, дико зашлось, а затем резко остановилось, словно поднявшийся на дыбы конь. В горле запершило, на лбу выступили капли пота. Когда киллер снова взглянул на женщину, его дыхание было ровным, как и сердечный ритм. В той, кого он видел перед собой, трудно было узнать роковую красотку, какой всегда была подруга его сестренки. Бледная до синевы, она тряслась словно ведьма, увидевшая крест. Длинные волосы перепутаны и не везде одной длины. Ее остригли, но не полностью, а лишь в нескольких местах выхватили крупные пряди. Сделано с целью не просто испортить прическу, а наказать. Нежная шея захватана настолько, что кожа приобрела непонятный синевато-зеленый оттенок. Всегда нежные и аккуратно накрашенные губы сейчас были потрескавшимися, на них запеклась кровь. Огромные, лишенные всяческого смысла глаза, полны слез и такой нечеловеческой муки, что стало холодно.

— Хороша, не правда ли? — спросила она, раздвигая колени, чтобы податься вперед.

Джин уперлась ладонями в пол и наклонила голову к плечу, превращаясь в существо из самого отвратительного фильма ужасов. Лицо в запекшейся крови и следах туши, безумный пустой взгляд, минимум одежды на изуродованном израненном теле.

Майкл судорожно сглотнул внезапно ставшую горькой слюну.

— Нравлюсь? — сорвался с синих губ свистящий шепот. — Все еще хочешь, чтобы я вернулась к тебе? Возьмешь меня такую? — он понимал, что это шок и боль говорят ее словами.

Ройс спокойно подошел к ней и, ухватив за локоть, поднял на ноги. Она вскрикнула и принялась отталкивать его. В ответ Ройс просто сгреб бедняжку в охапку, прижимая к себе. Киллер понимал, что сейчас женщина просто дезориентирована. Ей трудно понять, где реальность, а где прошлое. Одной ногой Джин все еще там, с теми, кто это с ней сделал.

— Тише, моя девочка, — прошептал он, зарываясь лицом в волосы на макушке бьющейся в его руках женщины. — Все-все… Никто ничего не сделает. Никто ничего не сделает, — он легко удерживал ее, пока Джин силилась вырваться.

Она затихла так же неожиданно, как начала борьбу. Рыдания перешли в какой-то полузадушенный вой, когда женщина прижала руки к животу.

— Знаю, — прошептал Ройс, убирая волосы с лица любимой. — Знаю, моя девочка.

— Убей меня, — прошептала она, обнимая его за плечи. — Просто убей. Ты ведь… — он почувствовал ее холодные пальцы на спине под футболкой. — У тебя же принципы, верно? — она сделала шаг назад, держа в руках его пистолет.

Майкл почувствовал, как все внутри перевернулось. Вся жизнь пронеслась у него перед глазами, когда оружие оказалось в ее маленьких пальчиках с обломанными ногтями. Достаточно секунды и одного решения, чтобы он потерял все.

Покачиваясь, словно была пьяна, Джин поднесла пистолет к голове. Потемневшие глаза вспыхнули ненормальным огоньком, который не предвещал ничего хорошего.

— Стреляй, — тихо сказал киллер. — Он заряжен и снят с предохранителя. Стреляй, любовь моя…

Она зажмурилась, указательный палец на спусковом крючке дрогнул. В ужасе глядя на нее, он — бывалый наемник, жестокий и беспринципный киллер, готов был зарыдать, как ребенок. И лишь одно Майкл знал точно…

— А ты? — спросила она вдруг.