– Отцу не понравится мужское присутствие в твоей комнате, - опять проигнорировав колкость в свой адрес, вынесла матушка вердикт после минутной паузы.

Ха! Это Тоха, что ли, «мужское присутствие»?

– Слушай, что тебе от меня надо, а?
– не выдержала я.
– Вы можете хотя бы в день рождения оставить меня в покое?

– Вот я расскажу отцу, как ты со мной разговариваешь!
– пригрозила мама, на что я только закатила глаза. Скучно. Никакой собственной инициативы. Самое большее, на что она способна, это нажаловаться на меня отцу. Иногда мне самой непонятно, как этот скучный, предсказуемый человек мог стать моей матерью.

– Ну и что? – огрызнулась я, запуская ещё один самолётик - на сей раз в окно.
– Какого ещё наказания я, по-твоему, заслуживаю? Порезать одежду на лоскутки? Или достать ремень?

– Значит так.

Похоже на этот раз матушка решила продемонстрировать твёрдость характера. Она ещё раз с пренебрежением осмотрела мой внешний вид:

– Приводи себя в порядок и спускайся к гостям. Антон, а вам пора уходить.

– Сиди, - останавливаю я Тоху - тот при словах матери уже было неуверенно поднялся со своего места.

– Никуда он не пойдёт, и я тоже к вашим гостям спускаться не собираюсь. Будь добра, закрой дверь с другой стороны.

Мама поджала искусно подкрашенные губы и наконец-то величественно удалилась.

– Ась, мне, наверное, действительно лучше уйти, - подал голос друг.

– Тоха, как думаешь, что за сабантуй устроил мой папаша внизу? Что-то мне это всё не нравится…

Не прошло и пары минут после маминого ухода, как дверь снова открылась, и в комнату вошёл отец. Чёртов замок он вчера собственноручно снял с этой самой двери! Теперь не комната, а проходной двор.

– Прощайся с Антоном и спускайся к гостям, - без лишних предисловий сказал он как отрезал.

– Антон и есть мой гость. А твоих гостей я не приглашала и спускаться к ним не собираюсь! Сядь, Тоха, - пригвоздила я его снова к своей кровати.

– Нет, ты спустишься.
– Спокойный тон отца, лично меня не смог ввести в заблуждение. Папа был зол.
– Ты спустишься и поговоришь со своим женихом!

– Он мне не жених!

– Антон, будьте добры, поднимитесь с постели моей дочери и отправляйтесь домой. Не заставляйте меня звать охрану. Анастасия, - обратился он уже ко мне, - тебе я запрещаю видеться с этим молодым человеком.

– Не имеешь права! Я совершеннолетняя с сегодняшнего дня.

Тоха тем временем послушно вышел за двери.

– Трус!
– крикнула я ему вдогонку и злобно уставилась на папочку.

– Пока ты живёшь в моём доме и на мои деньги, я имею право на всё. Ты зачем мать обидела?

Ну вот, начинается…

– Пап, а ты меня вообще любишь хоть немного? Зачем отдаёшь этому старику?

– Аскольд Бестужев не старик. Ему тридцать, и это сейчас самый лучший для тебя вариант. Мы с матерью желаем тебе только добра. – Надо же, кажется сейчас в его голосе даже мелькнули человеческие нотки. Совсем для него не типичные.

– Я жду тебя внизу. И приведи уже, наконец, себя в порядок! – Вот сейчас было типично и вполне в его манере! Пренебрежение, которое он выказал моему внешнему виду перед тем как уйти, захлестнуло так, как будто меня помоями окатили с ног до головы.

Мне добра, как же! Своему бизнесу они добра желают! Хоть мать и была далека от дел отца, собственный комфорт и устойчивое положение в обществе были для неё превыше всего. По этой причине она полностью его поддерживала в вопросе моего замужества.

Я, конечно, понимаю, что все родители хотят, чтобы их дочь жила в достатке, но почему именно Аскольд Бестужев??

Мой папа, кроме всего прочего, активно занимался игорным и гостиничным бизнесом, а также являлся главным акционером «ТрастингСтрой». В сферу его других инвестиционных интересов входили нефтяная, лесопромышленная отрасли, цветная металлургия, автобизнес и даже общепит. Видимо, пришло наконец-то время выйти на международный уровень, что для его бизнеса означало совсем другие горизонты. И для этого ему, оказывается, позарез понадобилось моё замужество с сыном того, кто ему эти горизонты обеспечит.

С Аскольдом Бестужевым меня познакомили примерно месяц назад. Наглый, самоуверенный тип произвёл на меня отталкивающее впечатление практически сразу. А его слава ловеласа и бабника, запечатленная в поисковике заголовками его любовных похождений, только укрепила мою антипатию.

Ладно, сейчас скажу этому донжуану недоделанному «здравствуй и прощай». Заодно посмотрю на творение рук своих, точнее Тохиных. Сама я из тех стрелков, которые косят обеими глазами.

Воодушевлённая идеей, я открыла гардероб и осмотрела его содержимое. Платье, купленное мною ко дню рождения, отвергла сразу. Слишком красивое. Вообще-то я платья ношу редко. Не то чтобы не люблю, скорее - некуда. Помимо частной гимназии с его неизменной формой, я, в общем-то, никуда и не ходила. За исключением последних пары месяцев, когда отец вдруг усиленно начал меня таскать на всякие скучные встречи с коллегами в неформальной обстановке. Моей матери такие мероприятия по душе и, нужно сказать, на них она блистает как в прямом, так и в переносном смысле. На себя, любимую, денег не жалеет, не уставая повторять, что является визитной карточкой отца. Не знаю, кому как, а мне бы не понравилась перспектива стать чьей-то визитной карточкой.