– Те дурачки тоже заметили, – вздыхаю я. – Мы отбились, но оставаться там не стоило, я решила, что прятаться лучше в столице. Туда и отправились. И случайно услышали про вас.

– Про нас?

Я пожимаю плечами.

– Трей Сирант много даст за двух пленников, один женщина… я заинтересовалась, начала искать подробности, оказалось, что капитан корабля, на который вы попали, отправился в Раденор. Пришлось плыть следом.

– Так просто? – прищуривается мама.

– Были по пути и проблемы, и стычки, – честно сознаюсь я. – Но все удалось решить своими силами.

– И сколько при этом трупов осталось?

Да, папа меня отлично знает.

– Несколько. Но я никогда не начинала первая, они сами были во всем виноваты.

– А здесь, в Раденоре?

– Обжились. Начали искать выходы на тех, кто может нам помочь. Случайно, в лечебнице – Корс попал в неприятности, но там мы познакомились с герцогиней Моринар.

– В лечебнице?

– Пап, герцогиня – маг жизни. И регулярно там бывает. Она Корса и лечила.

– Хм-м…

– А дальше… я решила, что если Корона мне не поможет, то как вас еще вытащить? Пришлось открыться королю.

– Сумасшедшая.

– Пап, а у меня был выбор? Или надо было вас в Тиртане оставить?

Мама покачала головой.

– Не надо.

– Вот и я так думаю. Кстати, мам, ты беременна?

Лучший вариант уйти от неприятного разговора – перехватить инициативу.

– Да.

– Мальчик будет.

– А ты откуда знаешь?

– Он уже сейчас такой же, как я. Вот Корс не так… извини, братишка, но ты у нас, кажется, не маг. А этот – будет.

– Даром мне ваша магия не сдалась, – фыркнул Корс. – И без нее неплохо. Но мелкий – это тоже хорошо, будет кого воспитывать.

Родители переглянулись.

Поняли, что детей уже не выйдет загнать в те же рамки.

И дружно махнули на все руками.

– Шани, что нас теперь ждет?

– Мам, да ничего страшного. Будете жить в Раденоре, то есть все будем здесь жить, дом есть, занятие найдем по вкусу, вон, в городскую стражу всегда умные люди требуются, а я еще по коже шила одно время. Здесь так, как ты меня научила, не умеют. С голоду не помрем. А магия… ну, будем помогать. Я вот два дня в суде и два дня в лечебнице для душевнобольных работаю. И мне за это платят. И неплохо. Выживем!

Корс утвердительно кивнул.

– А я вообще хочу попробовать лекарским делом заняться. Меня Томми зовет, говорит, рука легкая, может получиться.

– Какие же вы у меня взрослые стали.

Мама смахнула слезинку.

Вторую.

Третьего слезоразлива избежать не удалось. И только я одна заметила, как удалились два подслушивающих нас человека. И правильно, все равно тут больше ничего интересного не будет. А родители если и поняли, что я не все рассказала, то так же поняли, и что лишний раз лучше не расспрашивать. Спокойнее будет.

Потом расскажу… кое-что из оставшегося.

Песчаная буря.

Она уже не так бушует, она почти успокоилась, и сквозь желтый хаос видно небо.

Я постепенно смиряю ее, словно вбиваю свои скрепы. И с каждым разом продвигаюсь все дальше. И сил тратится меньше.

Но…

Все равно я не выхожу, пока не истрачу все. Вот и сейчас я почти падаю Алексу на руки.

Принц уже многоопытно подносит мне к губам чашку с малиновым взваром.

– Что скажешь?

Я делаю несколько глотков.

– Два-три сеанса. И можно жить спокойно. Это будет самый обычный младенец. Только… Воспитывать его с нуля придется.

– Это не страшно. Главное – обычный нормальный ребенок.

Я киваю.

– Мы успеем до поездки в Риолон?

– Да. Кстати, не хочешь пойти, попрощаться?

– Куда?

– Завтра отплывает обратно риолонское посольство.

– И что?

– Мих Лемерт отплывает вместе с ним.

Я подумала пару минут.

– Нет. Не хочу.

– Не пожалеешь потом?

Я прислушалась к себе еще раз.

– Нет. Не пожалею.

Этот счет был мной закрыт.

Худо ли, бедно… мне уже не получится быть рядом с Михом. Никак. Никогда.

А если так…

Зачем длить агонию? Отрубила один раз – хватит посыпать обрубок солью. Лучше забыть, раз и навсегда.

– Это правильно.

– Хорошо, что вы, полудемоны, мысли не читаете. А то от вас вообще никакого спасения не было бы. – А наши дети могли бы и читать, – подмигнул Алекс.