Доброе утро. Что вас интересует?
– приветствовал его старик.

Покупатель немного замялся и сказал, что ему нужна та зажигалка с инкрустацией, что он заприметил в витрине. Новоявленный лавочник пожал плечами и андроид молодого человека достал требуемое.

Так же прошло и со вторым, и с третьим, и даже с десятым. Люди расхватывали мелочь и не обращали внимания на дорогие вещи. Старик знал, что так и будет, но ему было немного грустно. Продажу ширпотреба он почти целиком перепоручил андроиду, а сам сидел в уголке и набрасывал эскизы новых работ.

Первую маску у него купил даже не посетитель магазина, а ее заказали по сети. Словацкий Фонд культурных ценностей с трудно запоминаемым называнием счел нужным купить "Бронзоволикого воина" - большую маску с почти настоящим шлемом, по ахейским мотивам, с инкрустациями александритом и мелкими изумрудами. Бывший воротила понял, что от такой обезличенной сделки он не получает никакого удовольствия и приказал изменить условия продажи. Теперь покупателю пришлось бы лично говорить с ним.

Вторую маску, "Проснувшуюся нимфу", из серебра, с россыпью мелких цирконов и двумя отличными зелеными гранатами, ограненными "челночком", купила у него полноватая, лет тридцати заезжая питерская коммерсантка. Он минут десять расписывал ей все достоинства игры камней, специальную полировку металла и удобство креплений. Вряд ли все эти полезные сведения произвели на нее впечатления - скорее ей понравилась та двусмысленная, лукавая улыбка, которую маска дарила окружающим.

В тот вечер он заснул почти счастливым.

На следующий день у него не купили ни одной маски. Старик особо не расстроился, а только придумал разослать рекламную подборку снимков еще и по музеям. В глубине души он надеялся, что если в новой личине и не прославиться, то хотя бы приобретет некую устойчивую известность, репутацию.

И еще два дня никто не купил маску. На четвертый - в бутик позвонил представитель музея ювелирного искусства. Старик помнил его лицо и несколько раз говорил с ним на симпозиумах. Музейщик приценивался к малахитовой маске с агатово-изумрудными глазами - высокомерная "Хозяйка медной горы" особенно удалась старику, и он рассчитывал на нее. Они встретились в задней комнатке бутика. Гость вежливо поинтересовался - не приходится ли хозяин родственником знаменитому ювелиру. Новоявленный лавочник с чистой совестью заявил, что ни дальним, ни ближним родственником упомянутой особы он не является. Переговоры заняли весь оставшийся день, и музейщику удалось сбить цену на шесть процентов - больше ювелир уступать отказался. Вечером сделка состоялась, и стороны разошлись, вполне довольные друг другом.

На следующее утро старик с величайшим удовольствием прочел на профильных сайтах несколько отзывов о новом приобретении музея. Очередной покупатель не заставил себя ждать - представитель некоего заокеанского коллекционера передал возжелание своего патрона: приобретение всех оставшихся десяти масок оптом. Старик с явным негодованием отверг это предложение: ему необходимо было общение и отблеск славы, а не деньги. Он согласился продать лишь "Солдата" - железную маску в самых мрачных тонах с инкрустациями кровавиком и лабрадором. Они торговались весь следующий день и старик не уступил ни копейки. Сделка состоялась.

Потом бутик навестил журналист, и бывший финансовый воротила с гордостью показывал ему свои оставшиеся работы, попутно расписывая, как выгодно он умудрился сбыть остальные. Единственное, с чем возникла трудность - так это пересказ собственной фальшивой биографии. Здесь его выручил андроид, даже не сама копия молодого человека, а компьютер бутика на дисплее за спиной журналиста эта самая биография прошла крупными буквами. Как бы там ни было, но уже через четыре дня старик наслаждался статьей в "Гранях" - одном из лучших ювелирных журналов.

Потом была продана маска из нефрита - яростно кричащий ацтекский воин с зубами белого коралла и черными гагатовыми глазами, ушел в частную коллекцию нефтяному магнату. Старик вежливо, непреклонно обговаривал с его представителем условия покупки целых два дня. "Белая маска" - изящное женское лицо слоновой кости с прической в виде тысяч жемчужин была продана какому-то китайскому миллионеру.

Пришло письмо из родной корпорации с просьбой тщательней блести инкогнито - им могут заинтересоваться. Здесь старик решил сделать перерыв и на неделю прикрыл торговлю масками, удалившись в свою мастерскую - слишком много идей требовало своего воплощения, вдохновение всерьез обосновалось в его мозгу. Он работал по десять часов в сутки, как-то помолодел, подтянулся и к завтраку поднимался по ступенькам так легко, что сиделка больше не маячила за его спиной. Старик задумал новую маску: "Осень" - переплетение золотой и серебряной проволоки в виде растительных узоров и несколько отличных кристаллов турмалина цвета палой листвы.

Но скоро он опять почувствовал, что работа без торговли скучна ему и старик опять отправился в бутик. Перед ним встала серьезная проблема: как растянуть продажу оставшихся масок, сделать ее ярче, интересней. Длительные закулисные переговоры, все напряжение торговли мог дать только аукцион, но здесь его "легенда" могла рухнуть, как подтаявший край ледника, а он чувствовал себя слишком слабым, чтобы ссориться с родной корпорацией. Потому, когда в бутик заходил подходящий клиент, ему предлагалось поучаствовать в закрытом аукционе, человек на десять. Состояться должен был этот аукцион в самое ближайшее время. Следующие несколько дней старик блаженствовал - в бутик приходили самые разнообразные люди, честные и не очень, богатые и победнее, наделенные властью и откровенные самозванцы. С каждым из них бывший глава корпорации задушевно говорил, из каждого пытался вытащить подноготную покупки, выведать причину любви к искусству. Старик выбирал самых многообещающих - как в денежном вопросе, так и перспективе торговли приятного общения.