– Валентина Степановна, вам нужно согласовать этот вопрос с бухгалтерией, – поморщился Сергей Иванович.

– Из моего гранта, – уточнила Валентина Степановна, – у бухгалтерии не будет вопросов.

– Вы все-таки зайдите к ним, – повторил седовласый. – Согласуйте. Наталья Владимировна, вы присаживайтесь, пока Валентина Степановна сходит. Простите великодушно, мы обсуждали рабочие моменты, когда вы нас посетили.

Хрустальные взгляды сошлись на ней, Наталья попятилась, наткнулась на кресло позади себя, провалилась внутрь, затаилась. Хрустальное сияние расфокусировалось и померкло.

Дама с длинным лицом, обрамленным неаккуратными кудряшками, откашлялась.

– Мы не сможем напечатать восемь выпусков журнала за год. Чего вы от нас требуете? Мы в прошлом году всего два выпуска напечатали, и то материал вручную собирали по всем кафедрам. А вы говорите – восемь номеров!

– Ирина Петровна, – грузный человек с докторской бородой опустил лоб, наморщил густые брови, пошел в атаку. – Вам же отчетливо объяснили – нам необходимы восемь номеров. Это новые министерские требования, необходимое условие, чтобы нас включили в академическую базу данных. Мало у нас материалов – давайте коллег попросим отдать статьи нам. Им ведь тоже публикации нужны.

– А свои выпуски им не нужны? – возмутилась дама. – К тому же по новым министерским требованиям, – голос ее наполнился высоким осиным жужжанием, – на статью требуется две сторонние рецензии. У нас хоть одна рецензия была на статьи в прошлом году?

– Просите в обмен на наши! Сами пишите на себя рецензии! Аспирантам поручите! Работайте, – бородатый развел руками. – Иначе деньги на ветер. У нас опять получится – издательский отдел тратит ресурсы, а университету от него толку нет, – победно заключил он.

– Михаил Юрьевич, – парировала дама, – издательский отдел работает на износ, выбивая у вас статьи, которые вы обещаете и не сдаете. А потом еще не оплачиваете публикации. Даже ваши аспиранты подисциплинированнее будут.

Михаил Юрьевич вскипел.

– Я уже говорил, что сдал оплату, Ирина Петровна. Кто у вас потерял мою тысячу, не знаю, и в другой раз оплачивать статью не намерен.

– Коллеги, давайте личные финансовые вопросы будем обсуждать вне ученого совета, – скривился ректор. – Нам нужно принять решение по существу для заявки в Союзпечать, сколько выпусков на будущий год мы объявляем. А цену за публикацию можно и поднять, если этих средств недостаточно.

– Разрешите, Сергей Иванович, тут дело такое, – толстенькая женщина в очках подняла руку, как школьница. – Да наберем мы статей на восемь выпусков. Аспиранты у нас на кафедрах! Им нужно публиковаться для диссертаций. По три публикации на аспиранта, по требованиям ВАКа. Поэтому спор этот лишний, нам необходимы выпуски по всем факультетам, где есть аспирантуры.

– Так-так, – ректор задумчиво повертел карандаш в руках.

– А что, ваши аспиранты не могут публиковаться в других научных журналах, только в своем?! – Наталья сама не заметила, как включилась в дискуссию. – Если хорошая научная работа, зачем обязательно в своем университете, они ведь на конференции в другие университеты могут ездить.

За столом установилась тишина. Седовласый ректор глядел на нее по-над очками. Остальные эльфы прожигали ее лицо взглядами чистого льда. Прикосновение абсолютного, кельвиновского нуля. Ее лицо заалело до ушей, до кончика носа, до гула в голове.

– Все согласовано, подпишите, пожалуйста, Сергей Иванович, – к счастью, в зал вбежала Валентина Степановна.

Пока ректор отвлекся, Наталья выскочила из комнаты, полетела вниз по лестнице, врезаясь в студентов, поднимающихся ей навстречу.

В будничной суете Наталья не забывала о подработке, о тайной миссии, как о тайном любовнике. Она посмотрела информацию о Паршиной, как советовал Николя, – ничего полезного.

Почему Паршина? Еще одно воспоминание раннего детства? Есть такая разведчица, но ее деятельность по времени отстает от бабушкиной на несколько лет.

Наталья изучила справочник Диенко о персонах разведки и контрразведки. Обнаружила только одно упоминание: «Рикье (?—?) (псевд. «Фантомас»). Агент советской разведки. Французский журналист, работал в середине 30-х годов в газете “Юманите”. Имел контакт с советской разведкой. Был обвинен в предательстве…»

Имена других участников группы Свитца были неизвестны авторам издания.

Но это была неплохая зацепка, и начав с нее, на другой день она отыскала две замечательные книги.

Наталья влетела в Эллочкин кабинет, хлопнула дверью, так что чашки подпрыгнули, прислонилась спиной к двери, попыталась унять дрожь. Звон в ушах продолжился эхом телефона.

– Алло, – она нерешительно подняла трубку.

– Наталья Владимировна, вы здесь? Загляните ко мне, пожалуйста. Тут человечек забежал один, давайте познакомимся.