– За наш подвиг, – исправил ее изможденный, действуя Рейне на нервы.

Она чувствовала его дыхание, и это ей не нравилось.

– В любом случае, я хочу ее спасти.

– Ха! – фыркнул мужчина в красной маске. – Тебе не удастся.

– С вашей помощью – вполне возможно. Она была одной из вас.

– Ударение на «была». Она ушла от нас, – он махнул рукой. – Шторми сама виновата, что Авентин хочет ее смерти.

– Что? Почему?

– Она делала вещи, которые не прощают. Такие, о которых она тебе точно не рассказывала. Но и от меня ты о них не услышишь.

Рейна фыркнула. Ничто из прошлого Шторми не повлияло бы на ее отношение к матери. Она была уверена в этом. Даже если мать не хотела рассказывать, Рейна знала ее. Для того чтобы о чем-то молчать, нужно иметь вескую причину. Скорее всего, это боль, которую Шторми хотела позабыть.

– Меня это не интересует, – резко сказала Рейна, – я спасу ее.

– Какая упрямая, – засмеялся повстанец, отдавая письмо Рейне в руки.

– Решительная, – поправила Рейна. – Вы не хотите мне помочь?

– Шторми не одна из нас. Теперь, – мужчина в красной маске пожал плечами.

– Мы ей ничего не должны, – сказал Длинный. Девушке он показался еще более неприятным.

– Но все считают, что это она стоит за взрывом. – Так просто она не сдастся.

– Ну и?

– Как же выглядят в глазах общественности Шипы, которые оставляют своих людей в беде?

Это был контрольный удар. Рейна буквально видела, как извилины собеседника начинают шевелиться.

– Они явно подумают, что вы трусы.

– Осторожно, малышка, – в голосе Длинного была слышна угроза. Он говорил тихо, но тон был опасным.

– Очень жаль. Мы не можем тебе помочь, – прошептал человек в красной маске. – А теперь исчезни, пока я тебе это разрешаю.

– Ты просто так ее отпустишь? – спросил Длинный, будто Рейны не было рядом. Он ухватил ее за плечо.

– А что еще нам делать?

– Она просто… опасна, – прошептал Длинный в синей маске, крепче сжимая Рейну. – Она может сдать нас властям.

– Отпусти меня, – зарычала Рейна.

– А то что?

Недолго думая она пнула его ногой в голень.

Он закричал от боли, ослабив хватку и дав возможность Рейне освободиться.

– Сволочь!

– Оставь ее, – сказал человек в красной маске. – Я даю тебе последний шанс исчезнуть. Только ради Шторми.

С этими словами он развернулся: разговор был окончен.

– Подожди! – Рейна не хотела использовать этот прием, но повстанцы не оставили ей выбора.

– Что случилось с моим отцом?

– Твоим отцом?

– С Болтом. Его зовут Болт! – Он не хотел иметь с ней ничего общего шестнадцать лет, но это была ее последняя возможность. Если у него остались какие-то чувства к Шторми, он бы помог Рейне ее спасти.

– Я знаю, о ком ты говоришь.

– Где он? Можно… Можно мне с ним поговорить?

– Думаю, нет, малышка. – Он увидел сомнение в ее глазах и продолжил: – Твоя мать тебе не говорила?

– Что? – прохрипела Рейна.

– Он не хочет с тобой общаться.

– Это я и сама заметила, но я все же его дочь. Ну, пожалуйста, скажите ему, что я тут, – умоляла она.

– Нет, не могу, – сказал человек в красной маске, задумавшись.

– Что? Я не понимаю.

– Ты не его дочь, и он не хочет тебя видеть, ясно?

Рейна не знала, что сказать.

– Выведи ее, – скомандовал мужчина, и Длинный, схватив Рейну за плечи, подтолкнул ее к изгороди.

Кассиопей, который до этого момента мог только угрожать, перешел к атаке и вцепился Длинному в штанину. Тот закричал и пнул мангуста. Зверек подлетел в воздух.

– Она наврала тебе. Подумай еще раз, прежде чем ты решишь ее спасать. – Длинный злорадно засмеялся. Смеялся он недолго. Прежде чем мужчина успел отреагировать, он получил удар сапогом между ног. Прикрыв пах, он рухнул на землю.

– Руки прочь от Пи!

Рейна не успела ударить его во второй раз: мужчина в красной маске оказался рядом, схватил ее и прижал головой к изгороди. Он начал ее трясти, глаза под маской сузились от злости. Но Рейна не позволила себя запугать, прижав Стинг к шее противника.

– Убери свои руки, или я тебя зажарю, Шип.

Дверь открылась, и рядом с двумя другими вооруженными повстанцами появилась химера – медвежья собака, с которой Рейна не хотела бы встретиться.

У животного были собачьи уши и хвост, но телосложением оно было больше похоже на медведя. На голодного медведя. С его зубами и лапами Рейна совсем не планировала знакомиться. Химеры были очень верными, они ревностно защищали своих хозяев. Медвежья собака без промедлений разорвала бы ее на куски.