— Люмин пошел на компромисс; в обмен на решение не доводить мое дело до суда мне отказали в очередном повышении, — объяснил Лэннет.

— Так какого дьявола… — Лицо Кейси залилось гневным румянцем.

— Я всегда старался быть откровенным с тобой, — перебил Лэннет. — Когда меня прикомандировали к вашей группе, я был раздосадован, но, познакомившись с тобой поближе, сказал себе, что нет худа без добра. — Он выдержал паузу, мрачно улыбаясь. — Жизнь порой преподносит нам забавные сюрпризы. Связавшись с культом Взыскующего, я обрел в тебе друга и искренне рад этому. Но вот появляется Астара, и ты поднимаешь шум, утверждая, будто бы в наших отношениях появилась трещина.

— Мне не нравится, когда меня оттесняют на вторые роли. И делают из меня пешку в своей игре.

— А ты и есть пешка. Все мы — пешки. — Лэннет отвел взгляд и печально покачал головой. — Там, на Дельфи… Понимаешь, там меня заставили задуматься, переосмыслить свои убеждения. Упоминания о том, что я служу императору, вызывали у дельфийцев едва ли не насмешку. Помнишь, Астара говорила о честном сердце? Так вот, Верховная жрица называла меня «своим верным клинком». Когда я заявлял, что не имею никакого отношения к ее религии, она лишь улыбалась. — Лэннет вновь посмотрел на принца. — Если честно, Взыскующие напугали меня. Я не сумел найти с ними общего языка. Рядом с ними я чувствовал себя слабым и беспомощным. Я должен был возненавидеть их.

За все время знакомства с Лэннетом Кейси ни разу не слышал от него ни слова «ненависть», ни признаний в том, что он чего-то боится, — разве что речь шла о страхах, которые преследуют в бою любого человека. Принца интересовало и многое другое; он решил, что сейчас наступил удачный момент для расспросов.

— Я понимаю, тебе неприятно об этом вспоминать, но все знают, что ты — любимчик императора, потому что спас его племянника. Известно также, что ты не мыслишь своей жизни без сражений и битв. И вот теперь Астара утверждает, будто бы нам обоим суждены «великие свершения». Если ты не хочешь говорить о себе, я не настаиваю. Но если это дело касается и меня, то я хотел бы быть в курсе.

— Я помогал сослуживцу из подразделения Стрелков, — натянутым голосом произнес Лэннет и, словно извиняясь, добавил: — Я бы с удовольствием рассказал тебе о происшествии на Дельфи, но Люмин заставил меня поклясться держать его в тайне, а я и так уже распустил язык. В сущности, дельфийцы — самые обычные люди, просто поклоняются другим богам.

Кейси вспомнил, какую силу излучали руки Астары, сжимавшие его ладонь.

— Эта женщина… — заговорил он. — То, что она сделала… Неужели Взыскующие и впрямь владеют магией?

— Я не верю в волшебство и не хочу о нем говорить.

— Говорят, что на Дельфи есть храмы Взыскующего, которые существовали еще до той поры, когда в Галактике появился Прародитель. Неужели их религия старше?

Лэннет поднялся, заканчивая раздеваться. Он повесил меч на ближайший сучок, одежду — на следующий.

— Не знаю, — ровным голосом отозвался он. — Могу сказать лишь одно. Я служу императору и останусь верен ему.

Лэннет отвернулся от стены. В нижнем белье он выглядел еще более широкоплечим и мускулистым. На его левой трапециевидной мышце виднелся глубокий шрам. Уродливый рубец шириной в дюйм пробегал по правой руке от локтя почти до плеча. Еще одна рана, менее заметная, окружала его выпуклую грудь параллельно ребрам.

Кейси пренебрежительно отмахнулся:

— Разговоры о предательстве, которые вела Астара, не более чем пустая болтовня.

— Взыскующие многое знают. Хотя и не все.

— А сам ты как думаешь?

— Я дал клятву на верность императору. С другой стороны, я всего лишь человек. Мне небезразлична моя собственная судьба.

Лэннет сел на кровать и искоса посмотрел на Кейси. В его глазах мелькнул странный огонек, и принц насторожился. Он понимал, что разговор закончен, и попытался сменить тему:

— Ты спрашивал о мятежных настроениях, зреющих на Паро. Я уверен: Дерус сумеет восстановить мир.

В ответ Лэннет неопределенно хмыкнул.

— Когда будешь ложиться, погаси свет, — велел он, поворачиваясь лицом к стене.

Несколько минут спустя в темноте послышался негромкий смех Кейси.

— Мы с тобой торчим в убогой деревушке, — заговорил он, перекрывая голосом недовольное ворчание Лэннета. — Но уже завтра мы опять будем гонять по Коллегиуму на электромобилях. Через неделю мы отпразднуем прибытие Прародителя в Галактику. А потом я отправлюсь домой на звездном корабле.

— Что ж, у тебя интересная, насыщенная жизнь. Скажи спасибо Культурной Братской Группе. Заодно можешь поблагодарить и меня — сам не пойму, почему я еще не придушил тебя за то, что ты мешаешь мне спать.

Лэннет заставил себя дышать ровно и спокойно. Даже после того, как Кейси заснул, он продолжал сохранять неподвижность. Как только его начинала одолевать дрема, он взбадривал себя, проводя языком по зубам.

Он до сих пор чувствовал во рту вкус жженого сидра.

В этом аромате ему чудилось что-то зловещее.