Шрифт:
– Ты что?
– Чемоданы отдайте!
– Какие чемоданы?
– В багажнике наши вещи!
– Да мы ж тебя задавить могли, дура!
Один из полицейских выскочил из машины. Но и Всеволод уже был рядом:
– А если бы твои вещи кто-то увозил, ты бы стоял как умный?
– Да я…
– Отдай им чемоданы, и поехали.
Приказал полицейский, сидевший в салоне такси. Коллега, выругавшись, выкинул багаж. Уехали. Ушел и возмущенный таксист – прогноз его был неутешительным: никто за ними не приедет, когда в городе такие операции.
– Ну что, возвращаемся домой?
Всеволод не отвечал: мечта сбываться не хотела.
– На футбол едем?
Откуда, интересно, перед ними взялась полицейская машина?
– Похоже, уже не едем.
– Автомобиль реквизировали?
– Еле вещи успели вынуть.
– Садитесь.
– Что?
– Если вам в аэропорт, то лучше поторопиться.
Перед лобовым стеклом висел клубный вымпел – так что через сто метров уже обсуждали тактическую схему на предстоящий матч, а то, что у водителя – высокого полицейского – был темный цвет лица, – не смущало: обгорел или родился смуглым…
– А твоя жена молодец – автомобиль на скаку останавливает!
– Горжусь!
Юлия наливалась (на удивление молча) от гордости. А Всеволод думал – вот бы и нашим форвардам включать сирену, чтобы без помех прорываться к воротам…
– Вы уж там за меня поболейте.
– И поболеем, и победим! Может, с нами?
– Никак: служба.
И пели – про то, как будешь ты от дома далеко… Всеволоду казалось, что автомобиль не едет, а летит над городом, а песня служит топливом для двигателя внутреннего сгорания. В это он мог поверить. Гораздо сложнее было поверить своим ушам: не жалея голосовых связок, его супруга пела вместе со всеми – о том, что ты не будешь один никогда… Неисповедимы пути твои, Господи. Не обсуждаемы.
– Вот вам аэропорт. Успели.
– Сколько мы вам должны?
– Победу.
Обнялись как старые друзья.
– А мне ты обещал дьюти-фри. Помнишь?
Часть третья. «В аэропорту»
– Еле успели. Проклятые границы. Когда уже их отменят?
– На том свете. Но тебе туда еще рано: ты жене помаду не купил.
– Дорогая, самолет на взлетной полосе…
– А где же ему еще быть? Конечно, на взлетной. Самолет жене помаду не обещал – он может лететь, куда хочет.
– Уже посадку объявили…
– И правильно сделали. А теперь послушай мое объявление. У тебя свои мечты – и масштаб их велик. А у меня – скромные, бытовые желания. Ты хочешь, чтобы твоя команда выиграла Кубок. А я хочу, чтобы мой муж купил мне в дьюти-фри хорошую помаду. И помнить об этом я буду так же, как и ты о своем Кубке – очень долго. Внукам буду рассказывать. Перед сном. После твоего рассказа о выигранном Кубке, разумеется…
– Но самолет нас ждать не будет. Смотри, вон ребята уже пошли…
– Значит, они своим женам помаду заранее купили.
– Хорошо, но только ради всего святого – очень быстро…
– С этого момента – я мадам Быстрова. Майорша Вихрь. Ураган Жаклин. Нет, – Коллет. Нет… Как там звали тот страшный ураган, не помнишь, милый?..
– Дорогая, ты не могла бы…
– Могла бы, если ты, вместо того, чтобы занудно бубнить, поможешь мне выбрать то, что я хочу. А хочу я наверное эту…
– Очень достойная помада.
– Ты думаешь? Или всё-таки ту?
– Давай ту, она лучшая из всех.
– Ты говоришь от чистого сердца, или чтобы побыстрее отделаться?
– От самого чистого сердца в округе. Только самолет улетает. Осталось пять минут…
– Послушай, мы собираемся отдыхать или спешить и дергаться? Ты думаешь, это так легко – сделать правильный выбор? Тренеру вашему гораздо легче состав на матч выбрать, чем мне помаду. Булкин впереди, Белкин сзади, остальные где-нибудь в центре. Или в очереди за премиальными. Все дела. Вот, смотри, какой симпатичный цвет!..
– Я давно хотел тебе ее предложить…
– Но ведь она слишком пресная. Или ты хочешь сказать, что я чересчур вульгарная, и мою болтливость надо нейтрализовать бесцветной помадой?
– Извини, я имел в виду другую. Просто промахнулся.
– Эту? Да ты за кого меня держишь? Такими помадами девки в ваших пабах мажутся – чтоб вы на них косились под пиво. Лучше уж не советуй, если тебе всё равно. Стой и молчи. Может эту, как ты думаешь?..
– Думаю, что мы опоздаем и останемся в аэропорту. Самолет улетает.
– Без нас? Без нас не улетит, милый. Ну а если улетит, то – подумаешь, беда какая – улетит без нас. Следующим рейсом полетим. Что ты так разволновался? А если все-таки вот эту взять, я тебе буду нравиться? Только попроси, чтобы света прибавили…