— Перестаньте! Зачем об этом? Пустите! Отпустите меня! — Рианн начала вырываться из его объятий, и в этот момент римлянин раскрыл её руки, держа их за запястья, и толкнул свенку вперёд на ложе.

В один миг Рианн осталась абсолютно голой и упала на своё ложе на колени и вытянутую левую руку. Длинные светлые волосы взметнулись, закрывая спину и ягодицы. Центурион сгрёб их в охапку, спутывая, потянул на себя, наклоняясь навстречу. Рианн тихо ахнула от боли и подчинилась его движению, подаваясь к нему, скривилась от невыносимой боли. Центурион шепнул ей:

— Всё будет хорошо… Ты же помнишь сама, как тебе было хорошо в прошлый раз? Сегодня будет лучше… Только ты не дёргайся лишний раз… Я сделаю всё быстро… Тебе понравится… Вот увидишь…

Он отпустил её волосы, и Рианн упала на живот. От слабости кружилась голова, и немного тошнило, в горле пересохло, дыхание было сиплым. Нет, сегодня она не сможет сопротивляться, у неё просто нет сил. И что, она сдастся ему? Позволит ему снова овладеть собой? Но помощь пришла со стороны. Кто-то вошёл, рядом хлопнула дверь.

— Эй, Марк, ты идёшь? Ты уже собрался? Где ты? Марк?

— Проклятье, — прошептал центурион. — Дикс… Не мог ты зайти попозже…

Он выругался через стиснутые зубы и оставил Рианн в покое, вышел к товарищу. Они заговорили:

— Ты был у девчонки? Видно-видно… — Дикс рассмеялся.

— Да пошёл ты! — ответил ему центурион.

Говорили они на своём языке, и Рианн не слушала, уронив обессилено лицо на подушку. Хвала богам. На этот раз всё закончилось благополучно. Если бы не Дикс, она бы сама не смогла себе помочь. Уже где-то там, в душе, она понимала, что не сможет бороться, что настолько опустошена и измучена, что он бы легко справился с ней, и она бы позволила. Проклятая болезнь…

Рианн чуть повернулась и вытащила из-под себя руку, убрала с губ прилипшие волосы и только тут заметила высохшую на пальцах кровь центуриона. Стиснула зубы. Сейчас, она немного отдохнёт, и они уйдут, и надо будет помыться после болезни. Смыть с себя это… Свенка брезгливо отобвинула руку от лица. Почему вообще она это себе позволила? Подумаешь, римская кровь, пусть бы горло себе перерезал этим проклятым ножом, ей всё равно… Это римская кровь… Проклятья на твою голову.

Она натянула на себя брошенное центурионом одеяло, угрелась, сердце её успокоилось. Ничего. Завтра она будет сильнее, сейчас она помоется и чего-нибудь поест, а завтра ей будет лучше. На первом этаже есть ванна для семейных, там есть тёплая вода, наступит ночь и будет тихо, Рианн сможет помыться, и вода даст ей сил. Пока думала так, заснула. Проснулась глубокой ночью, встала, сходила помылась, поела, чего ей оставил центурион, принялась разбирать влажные спутанные волосы деревянным гребнем. На это всё ушло много времени, из-за болезни волосы сильно свалялись и требовали внимания больше обычного. Пока Рианн справилась со всем, за окнами уже начало светать.

Скоро появится этот… Надо быстрее лечь и уснуть, чтобы не попасться ему на глаза, может, тогда он не заметит и оставит в покое, он же должен вернуться усталым после бессонной ночи. Рианн забралась под два одеяла, но уснуть быстро, как хотела, не смогла. Лежала и прислушивалась. И, конечно же, он появился. Ходил, грохотал по полу своими сапогами, раздевался, мылся в бронзовом тазу на кухне, тоже, наверное, что-то ел. Он должен был заметить, что еды стало меньше, что она тоже поела.

Рианн возмущённо дёрнулась, когда поняла, что римский центурион лёг к ней рядом на её узкое ложе. Да что б тебя… Обнял её поверх одеял и прошептал на своём непонятном свенском:

— На чём мы остановились?

Рианн скрипнула зубами от досады. Пока же он лежал сверху одеял, но что ему стоило забраться под них? От неожиданности происходящего сердце тревожно забилось в груди. Да когда же ты оставишь меня в покое?

Рианн не стала кричать и вырываться, заметив, что центурион не проявляет пока никакой активности. Лежала и делала вид, что крепко спит. Делать это, правда, было нелегко, зная, что рядом привалился этот со своими постоянными желаниями. Но потом она заметила, что он заснул, так и не прикоснувшись к ней. Видно, всё же ночное дежурство выматывает, что уж там такое они делают? А что теперь делать ей? Спать с ним рядом не получится, это не сон, всё время ждать, когда под одеяло тебе полезут наглые руки. Но и просто лежать и чего-то ждать, не было сил, хотелось отдохнуть после болезни и бессонной ночи.

Дождавшись, когда римлянин заснул крепко, Рианн аккуратно выбралась из-под одеял и надела своё платье. Забрала плащ и ушла спать на ложе центуриона. Получалось, что на это время они поменялись местами. Рианн не стала расстилась его ложе, легла одетой прямо на покрывало, и всё равно всё пахло им, чужим мужским запахом. Проклятый римлянин! И чего тебе не хватало, что тебе надо было у меня? Ты точно так же мог лечь и на своё место…

Усталость взяла своё, свенка всё же заснула. Проснулась от того, что кто-то легко провёл ей по щеке. Вскинулась, распахивая глаза. Римлянин уже сидел рядом с ней и согнутым указательным пальцем тыльной стороной осторожно касался её щеки.

— Что вы… делаете? — Рианн отстранилась и, отодвинувшись, прижалась спиной к стене, подтянула ноги к груди, расправила скомканный плащ. Смущённо потёрла щеку ладонью, где мужские пальцы касались её.

— Что это ты вдруг перебралась ко мне?

— А вы — ко мне? Перепутали?

Он усмехнулся в ответ и пересел поудобнее на краю своего ложа, чтобы лучше можно было видеть лицо свенки. Теперь они сидели так близко, что Рианн чувствовала, что касается его колена пальцами ноги через ткань плаща. Всего лишь плащ разделял их! Как уйти, когда он закрыл все пути отхода? От предчувствия неприятностей Рианн ощущала, как начали дрожать ладони, и сердце застучало тревожно и очень быстро.