«Это плохо! Депрессия — это очень плохо!», — проговорил сонный кролик, выпивая двадцать третью кружку кофе.

«У меня нет сил больше злиться», — зевнула кровожадность.

«Угу», — пробурчала Логика, закрывая глазки.

«Вот так всегда, наворотите дел, а мне отдувайся», — сказал кролик.

Нет, пойду, буду я ещё дома прятаться, возомнит ещё о себе чего. А подойдёт или губищи свои снова потянет, пускай пеняет на себя. Гибридище недоделанный.

В автобусе сегодня на удивление пусто, словно люди чувствуют, что на этом рейсе едет злая ведьма, не входить.

На работе всё как обычно, сплетницы с утра пораньше шушукаются возле кулера, кто-то спит за столом, кто-то с открытыми глазами. В офисе редко можно встретить утром человека, который улыбается. Раньше нельзя было встретить. А вот сейчас.

Ведьмак идёт и светится, как лампочка, бесит. И вон как курицы оживились, словно энергетика хапнули.

Сейчас облысеете в секунду и станете необычными курицами, а общипанными.

У меня даже на языке заклятье крутилось, но меня отвлёк Саша, системный администратор. Молодой, красивый, только вот блондин. А я блондинов не перевариваю.

— Я как раз к тебе шёл, — улыбнулся Саша, целуя меня в щеку. — Вот, это тебе, чтобы не дулась из-за вчерашнего, а то я тебя знаю.

Хмыкнул Саша и протянул мне плитку шоколада.

— В следующий раз шоколадом не отделаешься, — прищурила свои глаза.

Это чудо мальчик мне вчера чуть не снёс всю базу данных наших клиентов своими профилактическими работами, представляю, если пришлось бы заново печатать. Убила бы.

— Могу на свидание пригласить, — заулыбался Саша.

Эх, улыбка красивая, но волосы… Бр-р-р.

— Ядвига, вы за временем совсем не следите, ваш рабочий день давно начался, а вы до сих пор не на своём рабочем месте, — раздался злой голос ведьмака.

— Извините, Дмитрий Аркадьевич, это я отвлёк, любимое лакомство принёс, — сказал Саша, поцеловал меня в щеку под тяжёлым взглядом ведьмака и скрылся с глаз долой.

— Шоколад, значит, не любишь, — прорычал этот индивид, и, считай, втолкнул меня в приёмную.

Защёлкнул замок и на меня наступает. А у меня слов нет, одна злость.

— Только притронься ко мне, — прошипела я, когда он подошёл ко мне вплотную.

— А что, только белобрысому можно? На молоденьких потянуло, — едко спросил ведьмак. — Ты слишком стара для него.

Громкий звук пощёчины раздался в тишине приёмной.

— Не смей…

Всё-таки поцеловал. Сжал волосы в кулак и прижал к стене. Яростно целует, словно заклеймить меня хочет. И я, как дура, отвечаю ему тем же. Целую жадно, страстно. Что-то женское просыпается внутри, собственническое.

Мой ведьмак!

Эта мысль испугала. Оттолкнула Дмитрия и отошла на безопасное расстояние.

— Как ты смеешь меня целовать после… — начала я.

— После чего? — хмыкнул ведьмак.

— Ничего, вам, Дмитрий Аркадьевич, пора готовится к совещанию.

Прохожу к своему столу, не успеваю сесть, как меня прижимают спиной к себе.

— Чертовка! Сколько ты можешь пить мне кровь! Чтобы я не видел больше с тобой этого белобрысого, поняла меня?

Возле нас заискрилась сила ведьмака, мощная, подавляющая.

— Идите вы, куда подальше со своими приказами, Дмитрий Аркадьевич, — злобно ответила.

Ведьмак на удивление расслабился, отпустил меня и пошёл в свой кабинет. Прежде чем зайти, сказал:

— Вчера был замечательный вечер, у меня был крепкий и сладкий сон, — ехидно улыбнулся и скрылся в кабинете.

«Хм», — хмыкнул кролик, оценив ход противника с достоинством.

«Он что просто спал, пока мы…», — не закончила Логика, поражаясь логике ведьмака.

«Как я ему завидую, выспался наверное», — зевнула кровожадность.

Дмитрий

Настроение с утра было замечательным, я предвкушал новую встречу со своей ведьмой, но как только увидел рядом с ней паренька, который улыбался ей во все тридцать два зуба, да ещё и поцеловал в щеку.

ПОЦЕЛОВАЛ мою ведьму!

Моё радужное настроение пропало без следа. Хотелось убивать, сжать тонкую шейку и свернуть белобрысую голову. А она что ему улыбается? Ещё и шоколадку взяла.

От него взяла, а от меня НЕТ!

Не сдержался, нахамил, снова про возраст ляпнул, ещё до пощёчины захотелось попросить прощения. Сказать о том, какая она красивая и совсем не старая, а соблазнительная и притягательная. Но я не мог. Пока не мог, а вот целовать мог.