Она причесалась, вымыла подмышки и промежность и не забыла побрызгаться одеколоном. У нее было все еще красивое тело с пышными формами, хотя грудь уже стала немного обвисать. Оглядев себя в зеркале и оставшись довольной, она надела гостиничный халат и вышла к Каролле.

– Здесь мило… – сказала она, присев на край постели. – Ты был прав, у меня сегодня удачная ночь.

– А ведь ты так и не вспомнила, дрянь! – Каролла приподнял ее голову за подбородок и внимательно посмотрел в глаза.

– Что?

– Прошлый год, когда я возил тебя посмотреть на своего сына. И знаешь, ты ведь единственный человек, которому я показывал его. Тебе, шлюхе, и больше никому. Как ты думаешь, почему?

– Что? Я плохо понимаю по-английски.

Каролла плюхнулся на кровать и закрыл лицо руками. Он повторил на сицилийском диалекте, что возил ее к сыну и что он калека.

– Да, да, я видела его. Как он? – Она вспомнила наконец маленького уродца, скрюченного в постельке, и почувствовала себя неловко.

– Он в больнице. Ему удаляют аппендикс. Бедный недоносок!

Если не считать жены, Каролла всю жизнь спал только со шлюхами. До сих пор близость с женщиной он представлял себе так: быстро трахнуться, отсчитать купюры и принять душ. Общение с женой немногим отличалось от того, что он получал в борделях. Но она никогда не снимала ночную рубашку, считая секс скорее супружеской обязанностью, чем способом получить удовольствие. Они оба воспитывались в католических семьях, и Каролла, хотя редко посещал церковь, все же признавал те ценности, чтить которые его учили с детства. Его сексуальные способности и потребности были средними. Кроме того, ему не встречалась женщина, которая могла бы изменить его представления о сексе. И теперь он по привычке развязал пояс халата, чтобы обнажить готовый к действию пенис. Лидия поразила его тем, что неожиданно опустилась на колени. Каролла хотел протянуть руку, чтобы поднять ее и вернуть на кровать, но то, что она сделала, заставило его дрожать от наслаждения. Он опустил руку и позволил ей продолжать.

Лидия была намерена поработать как следует, потому что чувствовала, что этот клиент скупиться не станет. Посасывая его член, она быстро прикинула, что если правильно разыграет свои карты, то не исключено, что он захочет поселить ее где-нибудь в тихом местечке только для личного пользования.

Эта мысль привела ее в такой восторг, что она невольно возбудилась. Схватив его руку, она прижала ее к своему повлажневшему влагалищу и застонала. Принимая в себя его член, она обдумывала, как обставит свою спальню: на окна нужно обязательно повесить шторы с воланами…

Представив себе ванную с мраморной плиткой, она кончила и с жаром воскликнула:

– О милый! Ты самый лучший, самый лучший…

Каролла откинулся на спину и подумал: «Черт побери, сколько я упустил в жизни!»

Лидия осталась в его номере на всю ночь. Каролла был ненасытен, он ни на минуту не мог от нее оторваться и находился в возбужденном состоянии постоянно. К утру он так обессилел, что едва мог двигаться, но в то же время новый сексуальный опыт и приобретение уверенности в своей мужской силе привели его в прекрасное расположение духа.

Лидия оделась, настроение у нее было хуже некуда. Каролла так и ходил в халате, он не хотел ее отпускать, но не знал, что с ней делать. Она показала ему другую жизнь, и ему не хотелось терять ее. При солнечном утреннем свете она уже не казалась ему такой молодой и свежей, как ночью. Однако стоило ему увидеть, как она красит яркой помадой свои чувственные губы, и он снова возбудился.

– Ну, мне, пожалуй, пора.

Каролла вскочил с кровати и огляделся в поисках бумажника. Он вспомнил, что оставил его в ванной, и был приятно удивлен, что не пропала ни одна банкнота. Когда он вышел, Лидия застегивала перед зеркалом плащ с воротником из искусственного меха. Он широко улыбнулся и протянул ей пачку долларов, даже не считая. Ее глаза радостно заблестели, и она поспешила спрятать деньги в сумочку.

– Ты не хочешь остаться? Может быть, пройтись по магазинам?

Лидия колебалась. Она очень устала и мечтала о том, чтобы хорошо выспаться, прежде чем снова выйти на работу. Но вдруг ей действительно повезло? Если она станет работать исключительно на него, то времени отдохнуть у нее будет достаточно.

– Хорошо, – покорно улыбнулась она.

Он повел ее в магазины, мимо которых она раньше только гуляла, завистливо разглядывая витрины. Лидия едва не расплакалась и долго не могла поверить в то, что это происходит именно с ней, когда Каролла набросил ей на плечи норковое манто. Она кинулась ему на шею и страстно расцеловала. Продавцы были поражены, когда Каролла расплатился за меха наличными.

Довольные и счастливые, с грудой покупок, они возвращались в отель. Шофер Кароллы время от времени поглядывал в зеркало и видел, как они забавляются на заднем сиденье. Он не мог поверить собственным глазам. Старая потаскушка выглядела совсем разбитой, а босс был в прекрасной форме.

Каролла вошел в спальню и посмотрел на Лидию. Она крепко спала, приоткрыв рот и подперев ладонью щеку. Он неожиданно понял, что не желает терять эту женщину. Ему захотелось защищать ее, заботиться о ней. Сам себе удивляясь, он присел рядом и ласково погладил ее по волосам. Она тихо застонала во сне и перевернулась на спину. Он поцеловал ее в лоб.