— Ну вот и главный ее Цербер, который глотку перегрызет за свою малышку! — шепотом договорила Сара. Да уж, этот перегрызет в прямом смысле слова.

Саид

До торжественности части вечера время еще было. Настроение, испорченное детьми с утра, выше не поднялось, но я уже научился контролировать свои эмоции. Жизнь заставила научиться, с наличием новых родственников, которых пугать не стоило. Поэтому мое сдержанное поведение никого не смутило, по больше части я всегда таким был, срываясь только в самых темных местах, среди самых проверенных людей.

В руках держал довольно большой бархатный футляр. Постучался в дверь. Анна уже взрослая девушка и приходить к ней в комнату без стука перестал, когда она впервые мне сказал, что у нее растет грудь. Я понимал, что из-за отсутствия матери девочка всеми проблемами, переживаниями делилась со мною, из-за отсутствия матери мне приходилось первому узнавать, когда у нее начались первые месячные, когда у нее выскочил первый прыщик, когда у нее появились лишние килограммы. Именно мне приходилось успокаивать ее, когда гормоны брали победу над рассудком. Утешать в первой несчастной любви, пряча усмешку. Я ее любил до потери рассудка, но тщательно скрывал, что она моя слабость. Она была мне не Ариной, она была нечто больше для меня. И любого, кто ее просто обидит, я укатаю в асфальт.

— Папа!? — когда я вошел, на секунду задержал дыхание. Медленно подошел, смотря в бездонные голубые глаза, умелый макияж делал их еще глубже, еще притягательнее. Осторожно коснулся ее щеки, проведя пальцем по идеальной смуглой коже. Она была похожа на меня. Я жадно всматривался в это красивое лицо, пытаясь хоть черточку найти любимой блондинки, но видел только себя.

— С днем рождения, моя прелесть! — улыбнулся, впервые за весть день, улыбнулся так, что голубые глаза наполнились слезами счастья, а губы дрогнули в робкой улыбке. Анна с протяжным вздохом обняла за шею, утыкаясь в мою грудь. Аккуратно прикоснулся к волосам, не хотелось портит прическу. Сегодня она принцесса и это ее бал. Аман никогда не стремился занять лидерское место. Всегда был доволен второй ролью. Вот и сейчас, вместо того, чтобы выйти вместе с нами, он уже был внизу с братьями, как родственник, словно этот праздник его не касался.

— Дорогая, — приподнял лицо дочери за подбородок. — Не надо плакать, а то испортишь всю работу своего мастера! — поцеловал в нос и отстранился, открывая футляр. Эксклюзивная работа одного известного ювелира. Бриллианты, чистые алмазы, предоставил принц Эмиратов, когда на скачках я поведал ему, что планирую подарить дочери на совершеннолетие по российским законам. Мне тут же любезно предоставили возможность купить драгоценные камни по цене ниже рыночной и дали контакт мастера, который узнав откуда у меня его номер телефона, сразу же принялся за работу, отложив другие заказы на неопределенный срок. Камни блестели на голове, на руках, в ушках. Анна была достойна носить такие украшения. Сжал зубы, понимая, что сегодня родители всех холостых сыновей укажут на мою девочку. Только вот не все знают, что я не каждого подпущу к своей дочери.

— Папа! — Анна крутилась возле зеркала, постоянно трогая то сережки, то браслет, то колечко, трепетно касалась диадемы. — Это просто потрясно!!! Я чувствую себя самой необыкновенной в этот день!!!

— Ты и есть самая необыкновенная!!! — протянул руку, переплетаясь с нею пальцами. — Готова?

— Да!!! — она восторженно мне улыбнулась, выпрямила спину, и мы покинули ее комнату, чтобы выйти на главную лестницу перед всеми гостями. Собрались все, не было ни одного письма с извинениями за невозможность присутствовать на мероприятии. Я смотрел вниз и видел эту нарядную толпу, видел каждую реакцию приглашенного человека. Впитывал в себя все их восхищение моей дочерью. Внезапно, пробегаясь по толпе, зацепился взглядом за молодого человека, который завороженно смотрел на Анну и шел к лестнице. Я видел его похоть, я кожей ощущал, как он жадно рассматривал ее тело под скромным и одновременно вызывающим платьем, я готов был тут же лишить его глаз, чтобы он так откровенно не смотрел на Анну. Почему-то другие так не пялились, знали, кто я такой и как меня зовут, а этот видимо был не в курсах. Зверь скалил зубы, он сидел смирно, но в упор смотрел на умалишенного. Наконец-то, встретился со мною глазами и сделал несколько шагов назад. Медленно выдохнул, увидев в его глазах страх. Да, бойся, бойся не просто подойти. Бойся дышать рядом с нею.

Анна(14.07.2018)

Вечер удался. Вечер был прекрасен. Я купалась во всеобщем внимании, пытаясь моего брата Амана, вытащить в центр, чтобы гости знали и о нем. Но младший брат предпочитал быть в тени возле старших братьев, скромно стоял со стаканом какой-то коричневой жидкостью похоже на кока-колу.

Первый танец, открытие этого праздника я станцевала с папой. Он не любил танцевать, полгода назад даже не умел, но я его уговорила научиться хотя бы вальсировать. Мне пришлось занять выжидательную позицию, в конце концов он сдался и даже нашел время для занятий три раза в неделю. И сейчас меня переполняла гордость за него, как он ловко, уверенно вел меня, крутил в разные стороны, словно за спиною был опыт бальных танцев. Мой герой! Мой идеал! Мой папа!

— С днем рождения, доченька! — ласково произнес Саид Каюм, не меняя строгого выражения лица. Только голос, только глаза подсказывали мне, что это было произнесено для меня, своего рода признание в любви. Я величественно склонила голову, показывая ему, что услышала, приняла и счастлива. Поцеловав кончики моих пальцев, развернул на сто восемьдесят градусов, и я оказалась в крепких объятиях Азамата. Вот он любил танцевать, его движения была пластичны, грациозны, я видела, как в зале все девушки пожирали его глазами. И зная, что привлекает к себе внимание, Азамат стрелял своими порочными темными глазами в разные стороны, мысленно я пожелала удачи будущей жертве, ощущая, как крепкие руки брата сжимаю меня в талии и притягивают к себе в собственническом жесте. Это была наглядная демонстрация кто стоит за моей спиною.

Гости улыбались, смеялись. Сегодня как никогда ранее получала удовольствие от комплиментов и восхищенные взгляды мужчин не пугали. За спиною был папа. Его внимательный взгляд и заботливые взгляды Али и Азамата давали ощущение защищенности, безопасности. Поэтому, когда ко мне подошел Ричард Стоун, брат Сары, моей однокурсницы, я ему улыбнулась. Бывая в доме Сары, ее брат мало обращал внимания на подружек сестры, я его приметила сразу и с первого взгляда он мне понравился. Высокий, с темно-русыми волосами, которые всегда были идеально уложены, с красивыми светло-серыми глазами, которые меня и пугали, и манили, идеально очерченные губы, с фигурой модели и одновременно греческого Бога. Он был не слишком смазлив, чтобы вызывать приторную тошноту, но притягивал взгляды. Наверное, из-за ощущения уверенности в себе он держал себя как хозяин жизни. У него хищная энергетика. Как у папы. Он мне нравился. Он меня притягивал к себе.