Во второй и третьей главах говорится о том, как всякий верующий христианин без обременения себя человеческой учёностью может беспрепятственно достигнуть правого понимания Священного Писания, а вместе с тем познания Бога и разумения истины. Я думаю, что если бы постижение Писания искалось на таких путях и при помощи таких средств, на которые указывается в сих главах, то христианство не было бы столь колеблемо и расстраиваемо многочисленными заблуждениями, спорами, разделениями и лжеучениями. Однако это может показаться тем, кто настроен по-пелагиански [95] , равно как и тем, кому знание Писания стоило больших денег за учёбу и усилий ума, не чем иным, как чудачеством. Гордая наша падшая природа хочет всё своё приобретать и покупать сама, а не испрашивать у Господа Бога, ожидая всего только от Него. Ту истину, что Бог Святым Своим Духом должен просветить нас, дабы мы узрели чудеса из закона Его, и проч. (Пс. 118, 18), падший человек ещё может признать, и даже обратить её в повод для молитвословия перед чтением Священного Писания и размышлением над ним. Но сосредоточиться только на вразумляющей благодати в сердце, посвятить всё своё время внутренней сердечной молитве и собиранию чувств в тишине, подвизаясь при этом самым решительным образом в самоотвержении и тому подобном, и затем при входе во врата Премудрости, по слову её (Притч. 8, 34), неизвестно сколько ждать, что и когда изволит Бог дать нам уразуметь – это для большинства будет, конечно же, крайне неудобным и, в лучшем случае, досадно долгим окольным путём и потерей времени. Ведь можно было бы (как думает человек в своём ослеплении) вместо всего этого прочитать множество прекрасных книг, имеющихся в таком изобилии, и с их помощью гораздо легче и быстрее дойти до цели. Только, любезный друг, будь уверен в том, что при своей природной слепоте ты, употребив и всё старание, в наилучшем случае получишь лишь зыбкую, неверную и мёртвую тень истины, черновой её набросок – чем твоя душа никогда не насытится и не освятится. Чрез указанные же в сих главах пути и средства, которые на самом деле гораздо короче и легче, чем все твои труды, ты сможешь по Божией благодати сущностно познать и вкусить саму истину, к спасению и всецелому довольству твоей души.

Наконец, в четвёртой главе даются некоторые простые наставления, как именно надлежит читать, уразумевать и применять Священное Писание на благо души. Целью всех этих наставлений, если сказать вкратце, является то, чтобы мы, недолго задерживаясь на внешнем, на образах, искали в Писании только пользы, напитания и исправления своей души, пребывая внутри самих себя в безыскусной простоте. Тогда сможем мы увидеть, как посредством внешнего слова отворяется наше сердце сущностному Слову Божию, Иисусу Христу, и как сие Слово являет нам Себя в обличении, научении, утешении, запечатлении той или иной истины в душе, внутрь-собирании духа воедино и в других божественных действиях, ведущих нас к тому, чтобы мы без всякого прекословия дали в себе место сему Слову, последовали Ему в вере и таким образом могли всё больше и сущностнее приближаться к Нему и иметь жизнь в общении с Ним – на что и направлено всё Писание.

О сладчайший Иисусе! да воздастся Тебе наша смиренная благодарность за драгоценный дар Твоего писаного слова, ниспосланного нам, падшим творениям, с небес чрез избранных посланников Твоих, дабы паки призвать и обратить нас к Себе, к общению с Тобою в Духе и любви! Отверзи же наши сердца, Господи, да внемлем, услышим и научимся всему этому от Самого Отца (Ин. 6, 45) и так придём к Тебе! Аминь.

1. Во веки веков не сможем мы в должной мере отблагодарить Бога, бесконечно благого Человеколюбца, что Он чрез Свои избранные орудия, Пророков и Апостолов, изволил дать нам Своё писаное слово, сие неоценимое сокровище, которое и доселе, вопреки всяким ухищрениям и действиям царства тьмы [96] , сохраняет для нас дивным Своим промыслом. Но уразуметь это может только тот, кто со страхом Божиим созерцает высокую и святую конечную Его цель, какую Он желает осуществить посредством сего благодатного дара и спасительного средства – а именно: вновь обратить к Себе падшего человека и, как на помочах, привести его к Самому Себе, к внутреннему и вечному единению и общению с Собою в Иисусе Христе.

2. То, что человек в его нынешнем нечувствии, расстройстве и глубокой тьме не в силах достичь этого без руководства и вспомогательных средств со стороны Бога, никто отрицать не может. Но из такого состояния падшего человека необходимо следует и то, что сему божественному руководству надлежит быть не только непосредственным и внутренним, но также одновременно и внешним. Падший человек не только в своих чувствах, мыслях, сердечных стремлениях и любви горестным образом отвратился от Бога и от самого себя во внешнее, так что теперь он раздроблен и множествен; но и по внутреннему человеку в силу непрекращающегося действия и калейдоскопического движения многоразличных желаний, вожделений, страстей, своеволия, самолюбия и тому подобного он пребывает в ужасающем беспокойстве, разорении, головокружении и опьянении. Очевидно, что пока дело обстоит таким образом, человеку совершенно невозможно воспринять Самого Бога (Который есть простая и духовная сущность) и различить непосредственный голос Его Духа (который слышится только в глубочайшей тишине) без помощи некоего внешнего руководства [97] .

3. Бог должен снизойти к падшему человеку, чтобы он мог быть воздвигнут и возвышен к общению с Ним. Бог должен говорить с разорённым и распахнутым наружу человеком так, чтобы тот услышал и понял Бога – то есть внешне, образно, я бы сказал, громогласно, дабы человек был ошеломлён этими сильными звуками и ими приведён к молчанию и вниманию себе. Тогда он сможет воспринимать и различать в своём сердце и совести движения божественной благодати; и если он верно последует за ней, то она поведёт его за руку и приуготовит к подлинному просвещению и богообщению в Духе. Тогда только он с великим изумлением и радостью увидит и познает прекрасное согласие сущностного и вечного Слова Божия с писаным словом в книгах Священного Писания.

4. Задумаемся над этим глубже, и мы сможем легко увидеть, как надлежит нам правильно относиться к сей божественной книге, верно понимать её и применять на пользу души.

Священное Писание есть 1) всегда пребывающее неложное возвещение об истинном Триедином Боге и Его действованиях, обличающее всех неверующих и неправо верующих [98] . О Боже! в какой густой тьме неведения, заблуждения, идолослужения и безбожия живут все те народы, которым не светит Твой свет! Но сколь безответнее наша неблагодарность, когда мы имеем сей свет – и не принимаем его; когда мы пользуемся им – но не следуем ему! Это возвещение Ты, Господи, влагаешь в наши уши, поставляешь пред нашими очами и даёшь нам в руки – а мы всё равно забываем Тебя и живём в мире сем безбожно, как прочие народы (Рим. 2, 21)! Отверзи же нам очи, Господи, дабы мы не только познавали Тебя как Бога из слова Твоего, но и прославляли Тебя (1 Кор. 6, 20), служа Тебе, как Ты заповедуешь нам в Писании – в духе и истине (Ин. 4, 24), с искренним, чистым, преданным Тебе сердцем!

5. Священное Писание есть 2) запечатленный Закон Божий, единственное безошибочное мерило и зерцало нашей жизни [99] . О, как необходимо падшему сердцу сдерживаться строгим послушанием столь святому Закону, чтобы чрез постоянное прорывание грехов и пороков оно не дичало всё больше и не делало свои узы всё более тяжкими! Как целительно и драгоценно божественное нравственное учение и правила жизни, запечатленные в сей Книге, возвещающей и указывающей нам прекрасный путь благочестия и добродетелей – путь, по сравнению с которым всякие поучения мудрецов мира сего есть лишь разметаемая ветром мякина! Как убеждает нас зерцало слова Божия в нашем бедственном положении, когда мы с сердечным благоговением поставляем себя перед ним? Будем же постоянно покорять себя сему божественному Закону и не следовать более закону греха (Рим. 7, 25). Будем соразмерять нашу жизнь только с сим мерилом, а не с обычаями мира сего и не с требованиями падшей природы. Будем внимательно всматриваться в сие зерцало и не забывать, каковы мы (Иак. 1, 24), но всё более и более вникать в совершенный закон свободы (Иак. 1, 25), который есть любовь. Итак, Господи, да будет слово Твоё светильником ногам нашим и светом на путях наших (Пс. 118, 105)!