И на целую неделю у Костина появилось достойное занятие – он изобретал название нового предприятия. Я не вмешивался, соблюдая субординацию. И вот свершилось:

– Толя, как тебе это? Новоиерусалимский центр инновационных технологий по производству изделий из камня и керамики при управлении делами президента РФ, – торжественно выдал он и застыл в ожидании одобрения (чего же еще).

– Коротко и ясно, особенно РФ, – разумеется, согласился с ним.

Не понял:

– Издеваешься? Ничего менять не буду, – обиделся начальник и ушел на доклад.

От Меламуда вернулся радостно возбужденным:

– Все! Утвердили! И программу, и название.

– Кто утвердил?

– Кожин. Теперь, Толя, заживем. Готовься в командировку в Италию.

– Всегда готов! – из солидарности обрадовался и я.

Но, прошли две недели, а ничего не изменилось. Разговоры, разговоры, разговоры.

К Костину заходили люди. Что-то обсуждали. Чаще всего бурные дебаты велись вокруг сэндвич-панелей и клинкерного кирпича. Чуть позже заговорили о быстровозводимых зданиях на основе стального силового каркаса и ограждений из легких и теплых сэндвич-панелей. Вначале лишь слушал, но вскоре стал подавать реплики, к которым, я заметил, прислушивались.

А однажды Костин сообщил, что уезжает в недельную командировку в Псков. Мне же предоставляется полная свобода действий.

Для начала созвонился с надолго пропавшим Колескиным. Оказалось, тот пристроился в Госдуму и серьезно занят, но мои подвижки вдохновили его настолько, что договорились встретиться.

А вечером позвонил Паоло Прелец и сообщил, что привез нам коммерческие предложения фирмы «Бретон».

Кончилось тем, что на следующий день мы втроем съездили в Истру на БМВ Колескина.

И Паоло, и Николай были приятно удивлены, побродив по новеньким цехам будущего камнеобрабатывающего завода.

Еще больше удивился Руслан, разглядывая итальянские чертежи с подписью на латинице «Новоиерусалимский кирпичный завод».

– Оперативно, Анатолий Афанасьевич. А как там Михаил Николаевич? – поинтересовался будущий его работник.

– Пока никак. Молчит, как партизан.

– Удивительно. Я ему сегодня обязательно позвоню, – пообещал он.

– Как там поживают наши «черные» полковники? – спросил Колескина, когда высадили Паоло у его гостиницы.

– Нормально поживают. Занялись торговлей. Но, вы не беспокойтесь. На днях познакомлю с такой деловой теткой, – пообещал он.

– Не надо с теткой, – запротестовал, припомнив «курятник», который тоже давно не подавал признаков жизни.

Мой тощий веник не только не пушился, прирастая новыми веточками, но и грозился развалится полностью.

Но, уже на следующий день позвонил «МихНик», как я с некоторых пор мысленно звал Михаила Николаевича, и предложил встретиться в одном из арбатских переулков.

В томительном ожидании «приема» в предбаннике какого-то невероятно занятого большого начальника, перезнакомились с такими же охотниками за инвестициями.

Наконец, вышел важный от ощущения своей значимости молодой индюк:

– Заходите все. Сейчас мы вас быстро раскидаем, – объявил он.

Извинившись за сорокаминутную задержку, «главарь» действительно профессионально раскидал «ходоков», не представлявших для него интереса. Остались лишь мы с МихНиком и элегантно одетый мужчина, сидевший рядом.

– Можно, я останусь с вами, послушаю? – шепотом спросил он меня.

– Слушайте, – рассеяно ответил ему, мысленно настроенный на подробный доклад.

– А вы с чем? – обратился к нему «инвестор».

– Я с ним, – показал он на меня.

Как всегда, мой доклад вызвал бурную радость потенциальных инвесторов. И тоже, как всегда, возник вопрос предоставляемого залога.

– Пойдемте отсюда, – шепнул МихНику и незнакомцу, уже привычно распознав очередных мошенников, слишком часто встречавшихся на моем пути.

Мы попросили сделать перерыв и не вернулись.

Неожиданно позвонил Кочетков, с которым когда-то работали в «Новых окнах»:

– Хочу познакомить с предпринимателем. Мы можем через пару часиков к вам подъехать, переговорить?

– Да не хочу я ни с кем знакомиться! Особенно с предпринимателями. Им, как правило, требуется мой бизнес-план, чтоб выбить банковский кредит на свои махинации.

– Этот не такой, Анатолий Афанасьевич. Впрочем, сами увидите. Назначайте место, – уговорил-таки он.