Экран связи ожил и на нем появилось лицо Аллы Николаевны.

— Анна Викторовна, простите Рихарда за вторжение в ваше личное пространство. Он слишком долго отсутствовал и... В общем, сами понимаете — это Рихард. К сожалению, пока он с нами, нам надо быть готовыми к его визитам в любую минуту.

— Не переживайте, Алла Николаевна, в свете использования «Телепата» — это уже обыденное дело.

— Посмотрите последнее сообщение. В нем все о Пэн Моу.

— Да, я смотрю. Интересный объект.

— Как думаете, предложение Рихарда рационально?

— Да, однозначно — да. Надо подготовить Юн и автономные системы информационного клонирования.

Нианзу Ли радовался первой победе. Хоть ему и не удалось составить план побега, но захватчики отступили — медицинские аппараты и приспособления исчезли, визуальные образы не атаковали. Единственный недостаток — теперь не было ничего. Мозгу не за что ухватиться в информационном вакууме, а телу оставлен пол и за стул, и за стол, и за кровать. Сидя на нем Нианзу Ли и встретил бывшую супругу.

Она вошла в узкую дверь вместе с Пэн Моу. Нианзу Ли подскочил и вытянулся по струнке в присутствии высшего чина.

— В неприятную ситуацию мы попали, — начал Пэн Моу. — Охотились за невидимым врагом и сами оказались у него в плену, благодаря твоим стараниям, Ли. Как коммунист — сын Отечества, обагренного кровью предков, ради того, чтобы дать жизнь нам, скажу напрямую: я презираю тебя Нианзу Ли. Предать Родину, давшую тебе все — кров, образование, товарищей...

— Нианзу Ли не мог этого сделать! — Не выдержав обвинений, Юн и перебила старшего по званию, но не стушевалась, а решительно свела брови продолжая: — Он предан коммунистической партии Китая больше, чем мы с вами! За защиту своего народа неоднократно награжден и его имя навеки вписано в великую историю Родины.

— Это кто здесь смеет рот раскрывать?! — Пэн Моу резко развернулся к Юн. — Шлюха, обслужившая взвод солдат! Ты жива только благодаря умению выуживать из постели государственные тайны! Ты не достойна носить гордое звание — коммунист.

— Меня изнасиловали, и я подозреваю, что по вашему приказу, с целью давления на меня — шантажа. Вы и сейчас продолжаете бить этим козырем! Для вас не важно, что я лишилась ребенка, что распалась семья, что искалечены судьбы людей! Для вас важна цель — борьба с врагами коммунизма. Нет, не я не достойна — это вы позор социалистического общества!

Пэн Моу бросился на Юн, но она успела избежать первого разящего удара и приняла оборонительную стойку. Завязался бой. Если вначале Юн успевала не только обороняться, но и наносить удары сопернику то, после пропуска «ногтя дракона», заметно сдала и Пэн Моу не составило труда уложить соперницу на лопатки и выкрикивая:

— За партию, за народ, — добивать обессилившую Юн.

— Нианзу, помоги, — из последних сил прошептала Юн Минь.

Но Нианзу Ли остался стоять, не тронувшись с места.

— Правильно, солдат, — поднимаясь говорил Пэн Моу, — хоть ты и предатель, как мужчина я тебя понимаю. К сожалению, этот подвиг будет последним в твоей жизни.

Пэн Моу снова атаковал, но в отличии от Юн, Нианзу Ли оказал еще меньше сопротивление и вскоре руководитель Девятого бюро остался единственным живым в камере.

Латая брешь в шлюзе, Рихард с интересом наблюдал за схваткой деградировавшей идеи коммунизма и человечности. Как обычно, вторая потерпела двойное поражение.

— Жестко. Но здесь, я с тобой согласен, — прокомментировал произошедшее в лаборатории Игорь Матвеевич.

— Вот так — стоя по стойке смирно люди и убивают социализм, — подвел черту Рихард.

— Нам не справиться, — перевел разговор на текущие задачи Игорь Матвеевич, — здесь очаг, а от него целая паутина трещин.

— Значит нам надо придумать способ отвлечь нагов от Луны, — задумчиво произнес Рихард.

— Василий может организовать информационную атаку, — предложил Игорь Матвеевич.

— Хорошая идея, а главное ее еще вчера надо было реализовать.

Игорь Матвеевич открыл шатл и с горечью сказал:

— Вчера мы не знали, что война будет завтра.

— Давай вернемся на базу, — смягчил тон Рихард, — свяжешься с Василием, а мне есть, что сказать китайцу.

Волновые стены лаборатории исчезли, открывая сидящих в полуцилинрах Нианзу Ли и Юн Минь. Китаец перевел взгляд с лежащей в луже крови Юн, на настоящую, всмотрелся в собственный труп и в стоящего Пэн Моу.

Через минуту автономные системы клонирования самоликвидировались.

— Это блеф! — заорал Нианзу Ли. — Юн, прекрати рыдать! Они только этого и добиваются!