— Совершенно верно.

Вольных княжеств и даже королевств в те годы (если она правильно оценила временной период) хватало с избытком. Они сливались воедино, дробились на части, исчезали с политической карты и снова возникали (зачастую на новом месте, но под прежним знаменем), и разобраться в этой катавасии мог далеко не каждый профессиональный историк. Что творилось в прибрежных краях, вообще было покрыто туманом… Из которого в свое время выплыли Тальви, Арр-Аста, Вельса и еще несколько сравнительно крупных и достаточно устойчивых образований. Теперь они тоже входили в состав Империи, но формально сохраняли, если выражаться современным языком, право на самоопределение. Аналог грубый, но более подходящего Вера подыскать не смогла.

— Позвольте, угадаю, — сказала она. — Риала в те годы находилась при дворе, верно? А раз уж Мирайни и мой отец знают о ней… вряд ли они вспомнили бы какую-то рядовую даму из Созвездия через столько лет! Стало быть, она играла не последнюю роль в присоединении спорных земель, а поскольку в то время там находились и вы, значит, вы тоже принимали в этом участие. Я права?

— Да, — сказал Файрани и улыбнулся. Морщинки возле его глаз снова сложились в другой рисунок. — Это была замечательная возможность, во-первых, показать Рен Тарру на деле, а не на словах, как происходит становление государственности, а во-вторых — неплохо заработать. Ну а то, что мы своими мелкими делишками играли на руку Империи… О, нам не нужны награды, право. Оно того стоило!

— То есть… Риала была своего рода координатором? Через нее шла информация?

— Совершенно верно, госпожа Гайяри. Она была прекрасным координатором, оба Полумесяца… и, подозреваю, сам Император ценили ее. И меня заодно, — без лишней скромности добавил Файрани. — Потому что кто, если не я, стал бы передавать эти сведения нужным людям? Кто вообще выудил бы этих людей из мутной воды пограничья, кто подобрал бы подходящую приманку, угодил бы тем и другим? Конечно, Пройдоха Наррен!

— А сын как же? — спросил Керр.

— Он лучше действовал на берегу. Это я влюбился в море…

— В морскую ведьму, если быть точными, — поправил тот.

— Эх, сынок, — улыбнулся Файрани, и Керр невольно улыбнулся в ответ, больно уж заразительно это получалось у старого пройдохи, — если бы я не любил море, эта ведьма вряд ли запала бы мне в сердце!

— Так вы ее изловили в конце концов?

— Керр! Потом спросишь о ведьмах, — оборвала Вера. — Господин Файрани, позвольте, я изложу то, что мне удалось понять. А вы поправите, если я не права…

— С удовольствием, госпожа Гайяри.

— Вы с сыном и Риалой работали долго и успешно, каждый на своем месте. Я не стану расспрашивать о том, как все это происходило, поскольку такой разговор в самом деле грозит затянуться не на одни сутки…

Действительно, об этом даже читать будешь долго: кто какие притязания имеет на прибрежные земли, по какому праву, какие наследственные связи там задействованы, кто и куда тратит деньги, откуда они берутся, чьи интересы затронуты и каким образом реализуются… Разбираться в подобном, что называется, в режиме реального времени, адекватно оценивать обстановку и менять планы на ходу Вера бы не сумела, это точно. Для этого нужен определенный склад ума, одновременно практичный и авантюрный, коим, судя по всему, Риала и ее кузен обладали в полной мере.

— Результатом стало присоединение к Империи наиболее крупных и стратегически важных областей морского пограничья. И, полагаю, усмирение особенно дерзких… хм… вольных мореплавателей, мешающих спокойной торговле. — Вера перевела дыхание и продолжила: — Очевидно, Император и оба Полумесяца были полностью в курсе происходящего. Кто именно снабжал Риалу инструкциями и информацией, наводил на нужных людей, не столь важно, но я поставлю на Мирайни.

— И правильно сделаете.

— Но однажды Риала была вынуждена удалиться из Созведия, сменить имя и зажить обычной жизнью. Она провалила какое-то задание?

— Можно и так сказать, — кивнул Файрани. — Но в том не было ее вины.

— Это как-то связано со смертью Лирра Наля? — прямо спросила она.

— Именно так. И здесь, госпожа Гайяри, мы подбираемся ко второй части нашей истории. Но прежде, чем мы закроем первую, я хотел бы пояснить, что именно привело меня сюда…

— Спорим, я догадаюсь с первого раза? — улыбнулась Вера. — Вам нужны какие-то бумаги из личного архива Риалы. Вероятно, в них упоминается нечто такое, что может выставить семью Файрани в невыгодном свете.

— И вы снова правы, — улыбнулся он. — Поверьте, к делам Империи это отношения не имеет, а вот испортить нам жизнь в Арр-Асте и окрестностях может вполне. Там, видите ли, не догадываются об истинной подоплеке наших действий. А узнают — без затей отправят на дно, и, боюсь, моя супруга охотно в этом поучаствует, когда узнает, кто и почему потопил ее лучший корабль…

— Ран? — повернулась она к Гайя.

— Прежде чем что-либо решать, давайте выслушаем историю до конца, — сказал он после паузы. — Ваш отец и господин Мирайни, думаю, тоже хотят получить не бабушкины драгоценности, а что-то из этих свитков или опечатанных ларцов… вероятно, порочащее имя Императора, кого-то из его родственников или приближенных. Но хоть эта часть наследства принадлежит мне, я распоряжусь ею, только узнав все. И посоветовавшись с вами, госпожа.