Я отвела от них взгляд и юркнула на кухню вслед за Ларгом, где матушка суетилась у печи. Она не сразу заметила наше появление, кочергой вытаскивая котелок с супом и водружая его на деревянный стол. Поправила передник и посмотрела на меня.

– Нарезай овощи, Алекса, – тут же отдала приказ Аврея и я заняла место у подоконника, схватившись за рукоять острого ножа. – А ты тушу разделай. Будем жарить мясо, – нашла она для сына занятие. Сама же принялась нарезать на ломтики свежеиспеченный кукурузный хлеб и разливать по чаркам суп.

Каждый занимался своей работой до тех пор, пока шакалы не начали нас подгонять. Тогда матушка быстро наполнила графины эливой и понесла их в холл. Никогда я не видела ее такой растерянной и молчаливой. Напряжение витало в воздухе, и страх вновь прокрался в душу. Я достала из кармана зелье и брызнула им на платье. Скривилась от противного запаха, едва сдерживая рвотный позыв. Ларг одобрительно кивнул и уложил на противень куски мяса. Я быстро расправилась с овощами, уложив их на блюдо. Собравшись с силами, понесла угощение в холл. Старалась не смотреть на шакалов, но когда поставила блюдо на стол, Элизард схватил меня за руку. Да так сильно, что хрустнула кость. Я хотела вскрикнуть, но прикусила губу, опустив взгляд в пол.

– Налей эливы, убогая, – раздался грубый голос демона.

Матушка засуетилась вокруг, наполняя кубки коричневатой жидкостью, но демон не выпустил моей руки. Я смотрела на матовую черную перчатку и молчала. Я немая несчастная проклятая душа! Я только что брызнула на себя зловонным зельем, и он не должен учуять энге. Главное не паниковать. Так легче удерживать внутри магию светлейших.

– Покажи лицо! – раздался насмешливый женский голос и я оторопела. Никогда бы не подумала, что в свиту демонов Владыки входила женщина! Демоница скинула с себя капюшон, и я на самом деле потеряла дар речи. Рыжие, будто само пламя кучерявые волосы упали на плечи, укутанные черной мантией. Стальные глаза сверкнули острием клинка, а по бледной коже расползалась сетка тонких алых вен. – Стащи с нее эту гадость! – рассмеялась она, поглядывая на Элизарда.

Верховный демон отпустил мою руку, но не отвел взор оранжевых глаз.

– Чего пристали к девчонке? – вмешалась Аврея. – Убогая совсем. Смотреть страшно.

Но демон не обратил внимания на слова матушки. Резким движением руки он поднял вуаль и пристально посмотрел в мои глаза, а потом стал осматривать лицо.

– Фу! Кто тебя так? – скривилась девушка.

Я замотала головой, пытаясь вернуть вуаль на место, но Элизард продолжал удерживать ее навесу. Как и в первый раз нашего контакта в комнате я приклеилась к его мертвому и одновременно живому взгляду. Вокруг узких зрачков бесновалось оранжевое пламя. В нем можно было сгореть без остатка. Каждой клеточкой тела я ощущала дикий первобытный жар, который смешивался с жутким страхом внутри меня.

– Кто это сделал с ней? – бросил он ведунье, коснувшись изувеченной проклятием щеки. Я вздрогнула и вновь почувствовала, как магия энге роится в области груди, пытаясь вырваться и спасти свою хозяйку от демона. Я стиснула кулаки и часто задышала.

– Да кто его знает! В приют уже немая пришла, – отмахнулась Аврея.

Демон плавно опустил вуаль на мое лицо и поднял кубок.

– Калима, что скажешь? Чья магия? – обратился он к демонице.

– Разве здесь можно что-то почуять?! – возмутилась девушка и за один присест осушила кубок эливы. Промокнула уголки губ краем скатерти и повела плечами. – Как вы живете в этом зловонье?

Пока матушка беседовала с гостями, рассказывая длинную историю о том, что поместье ей досталось от бабки, которая держала всю округу в страхе и обладала сильной магией, я отправилась на кухню. Нужно держаться от Верховного демона как можно дальше. Калима тоже внушала страх всем своим видом, а третий шакал так и не подал голоса, жадно поглощая пищу.

Ларг заметно нервничал, когда я вошла в кухню и села у подоконника, делая вид, что перебираю овощи в корзине. Он неотрывно смотрел на мясо, что жарилось в печи, скрестив руки на груди, но я сразу уловила дрожь в его пальцах. Он молчал и вел себя так, будто в помещении кроме него никого не было. Я тоже не стала заводить разговор, прислушиваясь к происходящему в парадной. Матушка говорила без перерыва, рассказывая демонам истории, которые я слышала сотню раз. Каждый постоялец посвящался в судьбу Авреи, начиная с древних предков и заканчивая ее любимым сыном. Обо мне она не распространялась и часто уходила от ответов, когда кто-то интересовался моей персоной. Проклятым ведунья представляла меня своей младшей дочерью и на этом заканчивала рассказ. Сразу убегала от любопытного гостя, придумывая себе кучу неотложных дел. Демонов же обмануть не так просто.

В попытке прислушаться к каждому слову матушки, я не сразу заметила, что Ларг подошел ко мне и опустился на корточки. Я отвлеклась и посмотрела на него. Увидела усталость и тревогу во взгляде. Я и сама чувствовала себя разбитой и вымотанной до изнеможения. Слишком волнительный день для вечно спокойной жизни затворницы. Слишком страшно находиться под одной крышей с теми, кто жаждет тебя найти и отправить к праотцам, предварительно высосав душу. Мне не хотелось даже говорить об этом, ведь сама была виновата в том, что происходило за стеной. Из-за меня матушке пришлось заискивать перед шакалами, а Ларгу укрывать мой запах от демонов.

– Не волнуйся, Алекса, я сделаю все, чтобы они поскорее ушли.

Я кивнула и провела ладонью по его волосам, пропуская пряди между пальцами. Ларг прикрыл глаза и поджал губы, положив руку мне на колено.

Глава 3

Алекса

Демоны ели и пили столько, сколько обычному имперцу хватило бы на неделю. Я то и дело суетилась на кухне, чтобы помочь матушке в готовке, а Ларг угодил в цепкие сети шакалов. Рыжая девица усадила его рядом с собой, спаивая и завлекая странными разговорами. Я слышала лишь отрывки фраз, но и этого было достаточно, чтобы понять, что Калима откровенно соблазняла брата. Каждый раз я смотрела на реакцию Авреи и читала в ее глазах гнев. Все чаще она порывалась вырваться из кухни и наброситься на демонов, но мне удавалось смерить ее злобу. Я выхватила у нее поднос с едой и понесла в холл. Уж лучше я, чем матушка! Ситуация накалилась до предела! Я поняла это в первый же миг, когда оказалась среди шакалов.