– Товарищ генерал, это мои ребята. Что-то случилось!

Васильев стучит водителя по плечу.

– Притормози-ка!

Машина останавливается. Иконников выходит из машины, кричит.

– Гнатюк, Бурмистров. Ко мне!

Старлей и лейтенант слышат голос командира, останавливаются. Видят рядом с Иконниковым незнакомого генерала, поправляют форму и строевым шагом идут к командиру. Иконников обращается к генералу.

– Разрешите, товарищ генерал, я поговорю с ним.

Васильев согласно кивает головой.

Иконников обращается к своему экипажу.

– Что случилось? Почему бежим? Где Иващенко?

Старлей и лейтенант переглядываются, не знают кому докладывать. Иконников разрешает их конфликт.

– Старший лейтенант, доложите.

Бурмистров начинает сбивчиво докладывать.

– Капитан Иващенко в столовой. Разбирается с комендантом аэродрома.

– По какому поводу.

Старлей опускает глаза. Гнатюк обращается к Иконникову.

– Разрешите мне, товарищ капитан?

– Давай.

– Это я во всем виноват. Нервы не выдержали, он мою Анютку шлюхой назвал.

Иконников крякает и косится на Васильева, тот делает вид, что ничего не слышит.

– И?

– Ну, я …

Гнатюк мнется.

– Левой, в челюсть.

Васильев прыскает от смеха в в сторону. Иконников ругается.

– Твою мать, боксер хренов.

Смотрит на генерала.

– А бежали почему? Скрывались с места преступления?

Старлей и лейтенант вытягиваются в струнку.

– Никак нет. Иващенко приказал.

Иконников орет.

– А головой в колодец он Вам не приказывал прыгать. Где Иващенко? В столовой?

Лейтенант и старлей кивают головой. Иконников смотрит на генерала.

– Товарищ генерал, разрешите.

Генерал отвечает.

– Да, пойдем уж вместе разбираться.

Иконников переспрашивает.

– А что с этими делать?

– Пусть в машину залезают, там подождут.

Иконников обращается к Бурмистрову и Гнатюку.

– Слышали, что товарищ генерал сказал? Живо в машину. И сидите тихо, как мыши.

Молодые офицеры лезут в "полуторку", а генерал и Иконников идут в столовую.

***

Полковник НКВД, его адъютант, капитан Иващенко, английские офицеры стоят в центре зала столовой и наблюдают за полковником. Персонал столовой подглядывает за происходящим из дверей кухни. Официантка Аня стоит в стороне и вытирает передником слезы.

Полковник НКВД сидит на стуле, держится за щеку и говорит Иващенко.

– Имей в виду, капитан, я этого так не оставлю. Лучше ему самому застрелиться. Сейчас отправлю англичан с глаз долой и я твоего летюху за Можай загоню.

Иващенко держит в руках стакан с компотом.

– Не волнуйтесь вы так, я полностью с Вами согласен. Ответит по всей строгости. Вы попейте компотику.

В зал входит генерал Васильев и Иконников. Полковник поднимается со стула, но демонстративно держится за щеку.

– Совсем распустились, товарищ генерал. Руки на старшего офицера поднимают.

Генерал меряет полковника взглядом.

– Безобразие.

Полковник думает, что находит поддержку.

– Не то слово, товарищ генерал.

Васильев продолжает.

– Безобразие, когда старший офицер ведете себя так, что младший по званию вынужден дать ему в морду. Да еще при союзниках. Напишите подробный рапорт, а сейчас нам некогда. Распорядитесь пропустить наши машины на аэродром без досмотра. Особо ценный груз. Личный приказ Сталина.

Полковник убирает руку от лица, прикладывает руку к фуражке, отвечает.

– Понял. Сейчас дам команду.

Васильев добавляет.

– Живо. Счет идет на минуты.

– Разрешите выполнять.

– Бегом.

Полковник выбегает из столовой. Васильев видит официантку Аню, косится на Иконникова.

– Это из-за нее что ли все?

Иконников отвечает.

– Так точно, товарищ генерал. Но у них все серьезно. Собирались пожениться.

Генерал вздыхает, смотрит на Иконникова грустными глазами.

– Да, я тебя понимаю, лейтенант. Я в его годы!