Пока мы с Владом доигрывали, новоприбывшие гостьи пили шампанское и щебетали, как птички. Я моментально забыл, как зовут обеих. Мысленно называл брюнетку, что льнула к Владу, кисулей, а светленькую подружкой кисули. Подружка, разумеется, предназначалась мне. Я оценил жест Влада, хотя и не особо любил блондинок. Но эта была очень даже славной. И я ей, кажется, понравился.

Слово за слово, мы разговорились. Она просила научить держать кий, целиться, просчитывать траекторию удара, а потом честно призналась, что ни черта не поняла. Я смеялся над ее непосредственностью, не особенно разбирая, прикидывается она дурочкой или на самом деле такая. В любом случае, это было мило. Хотя что-то меня все время настораживало. Возможно то, что она постоянно пыталась меня потрогать. Нет, я не придурок какой-то, брезгующий хорошенькой девушкой, но все же… У нее были чистые ногти, хорошая одежда, гладкая кожа, красивые волосы, но я постоянно дергался.

Дошло до меня, когда подружка кисули передала мне от Влада обновленный стакан с дринком скточа, присела сначала на подлокотник кресла, а потом незаметно переместила упругую попку мне на колени. Я не сразу понял, что обнимаю ее. Рефлексы работали быстрее разума. Лишь через какое-то время осознал, что напряжение в паху обострилось не только алкоголем и близостью горячей красотки, но и тем, что она бессовестно ерзает по мне.

Подружка кисули что-то шептала мне в ухо, задевая губами, прикусывая. Ее пальчики расстегнули несколько пуговиц на рубашке и поглаживали мою грудь.

Я часто заморгал, обвел глазами мансарду. Влада не было. Как давно интересно?

— Э, солнышко, разреши-ка.

Я аккуратно ссадил ее с колен на кресло, встал. Девчонка приняла позу Шерон Стоун, надула губки, перекинула ноги: одну на другую.

— Не задерживайся, — прошептала она томным голосом.

И тут я понял. Она профи.

Ничего не ответив, я спустился вниз, где хозяин дома развлекался на диване с кисулей.

— Влад, на два слова, — рявкнул я.

Видимо автоматом включился тон начальника. Самойлов мог бы послать меня к черту, конечно, но он отодрал от себя девчонку и пошел за мной на кухню.

— Самойлов, они проститутки что ли? — выдал я злым шепотом, едва за ним закрылась дверь.

— А ты наличные не захватил? — хохотнул мой приятель, — Расслабься, Дань. Девочки чудесные. Одна их подружка охомутала дядьку из Москвы. На днях женой его стала. Так они теперь наших командировочных готовы бесплатно обслуживать. Но я не борзею, конечно. Они сегодня не на службе, а по любви. Ты Любаше понравился.

— Влад, ты в своем уме вообще?

— Неа. Я пьян и хочу трахаться. Чего и тебе желаю, приятель.

— Я не сплю с проститутками.

— Пф, — фыркнул он, — Чистоплюй что ли, Дань? Тебе Ленку обязательно надо? Мало, что с Полиной кувыркаешься…

— Господи, — я сжал переносицу пальцами.

Все это смахивало на дешевую драму.

— Я не спал с Полиной, Влад. Вернее спал, но давно. Ты сам знаешь.

— Что ж так? Она тебя хочет. В принципе, мне плевать, Ерохин. Можешь ее хоть на свадьбе трахать, только оставь Ланскую в покое. Она моя.

— Ты совсем из ума выжил?

Я начал догадываться, к чему он устроил все эти гостевые визиты.

— Откупаешься от меня таким макаром, да?

Мне стало смешно. Правда. Чтобы я оставил Лену в покое, он мне нашел отвлечение в виде ночной бабочки.

— А тебе мало? Хочешь, забери обеих. Я даже с удовольствием оплачу по вип-тарифу, — следующие слова Самойлов чеканил громко, чуть ли не по слогам, — ТОЛЬКО ЛЕНУ НЕ ТРОГАЙ.

Влад растерял всю свою доброжелательность, показывая истинное лицо. Я знал его таким, поэтому не был удивлен. Он буквально оскалился.

— Она не твоя собственность, Влад, — ответил я, стараясь держать себя в руках, но обязан был предупредить откровенно, — Лена мне нравится, ты прав.

Я пошел к двери, но Влад преградил дорогу.

— Не смей, Ерохин!

— Дай пройти.

— Ты ничего не знаешь о нас. Не лезь, Дань.

— Мне хватило того, что я видел на парковке, Влад. Тебе в любом случае светят неприятности, если не прекратишь ее преследовать. Ты хоть представляешь, если она пожалуется в профком или мне лично? А если письменно?

Я, конечно, поступал, как редкий говнюк, грозя Владу разбирательствами за его поползновения. Сам хорош. А буду еще лучше. Но Лена меня не отталкивает хотя бы. А от него уже отбивается и удирает.

— Она не посмеет.

— А если я сам посмею?

— Даниииил, — пренебрежительно протянул Самойлов, — Брось пугать. Не будешь же ты из-за девки стучать наверх. Мы друзья, в конце концов.

Я выдержал паузу. Полагаю, Влад вспомнил время, когда я примерно так же не мог ничего ему обещать. Он сохранил должность во время сокращений, даже занял пост выше, но не из-за того, что мы вместе учились и дружили сто лет назад. Сейчас я как никогда понимал: мы кто угодно, но точно не друзья.