Внезапно один из обедавших, крепкий и рослый парень со шрамом на щеке и перебитым носом, дожевав яблоко, с силой бросил огрызок через плечо так, что он, пролетев добрый десяток шагов, ударил в голову Париса.

– Эй, ты, меченый, что делаешь! А ну извинись!
– закричал тот.

– Ой, я ребенка чуть не пришиб, - засмеялся обидчик.
– Беги домой, там поплачься маме.

В одно мгновение Парис оказался рядом с насмешником, но тот уже вскочил на ноги и довольно чувствительно ткнул нападающего в грудь кулаком.

– Ты специально затеял ссору? Да?
– поинтересовался Парис.

– А ты догадлив! С утра хотелось кулаки почесать, а тут такой красавчик подвернулся. Вот я тебя немного и разукрашу.

– Смотри, собственные зубы выплюнешь!

Друзья обоих парней окружили их, готовые кинуться на помощь, но между ними вышел староста троянских пастухов. Громко свистнув, он обратил на себя внимание и поднял руку. Дождавшись, чтоб все замолчали, староста сказал:

– Большая драка перед праздником тут никому не нужна. Один на один пусть подерутся. Остальные пусть отойдут и не вмешиваются. Если кто-то ослушается - отправится в темницу. Хотите все размяться, делайте это за городской стеной.

Мгновение спустя зрители отошли, давая пространство для бойцов, и началась потеха. Противник Парису достался хоть и наделенный бычьей силой и храбростью, но не обученный кулачному бою. Так что он полагался больше на грубую силу, стремясь градом ударов ошеломить и сбить с ног врага. Однако, к его удивлению, красавчик оказался вовсе не беззащитной жертвой. Парис смог увернуться от большинства ударов и несколько раз сам попал. У зачинщика драки мелькнула мысль - правильно ли поступил, ввязавшись в эту драку, но отступить ему не позволяла гордость. Спустя минуту, получив очередной удар в ухо, он покачнулся, а Парис сделал ногой подсечку, из-за которой его противник рухнул лицом в пыль.

– Так нечестно!
– крикнули двое друзей проигравшего и кинулись в драку. Правда, один из них сразу же встретил лицом кулак Париса и, выплевывая кровь, осел на землю. Второй схватил Париса за руку, но вошедший в раж юноша смог вырваться и сам взял в захват шею нападавшего. Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы в дело не вмешался стоявший рядом воин, до этого лениво следивший за схваткой.

– Стоять!
– рявкнул он так, что все уже готовые вступить в драку пастухи замерли на месте. Затем он двинулся к Парису, походя расталкивая плечами не успевших очистить для него дорогу крестьян.

– Ты хорошо дерешься. Для пастуха, - обратился он к Парису.
– Есть желание испытать свою ловкость не на этих мешках с костями, а на настоящих мужчинах? Один из атлетов сегодня сломал ногу и не сможет участвовать в соревнованиях. Ты достаточно крепок, чтобы заменить его. Сумеешь победить хоть в одном виде соревнований, считай, год сытой жизни тебе обеспечен.

– Почему бы и нет? Какие соревнования?

– Метание диска, колесничные гонки, бег, борьба, кулачный бой, метание копья, прыжки в длину и стрельба из лука. Хочешь, участвуй во всех, хочешь, выбери тот, в каком ты наиболее силен.

– Колесницы и лука у меня нет, а во всех остальных состязаниях могу и попробовать себя.

– Тогда пошли.

Гордый собой Парис отправился за воином, уже представляя как он победит, однако судьба нанесла ему неожиданный удар. Распорядитель игр, к которому подвели юношу, узнав, что перед ним пастух, отказался допустить юношу на соревнование.

– Пастухи - это всего лишь царские рабы, и они не могут соревноваться со свободными, - заявил он, и никакие уговоры не помогли. Парис уже был готов с досады устроить скандал или побить распорядителя, но его остановил воин:

– Не кипятись, следуй за мной и не задавай вопросов. Сейчас попытаемся все уладить

Взяв Париса за руку, он быстро повел его к центральной площади, где высился храм и стоял царский дворец. Беспрепятственно миновав охрану, воин поднялся по ступеням дворца и вошел в здание. Пораженный представшей взгляду роскошью, Парис остановился и изумленно рассматривал убранство, но воин нетерпеливо дернул его за руку и практически потащил вглубь здания. Миновав несколько коридоров, он вошел в огромный, полный людей зал и приказал Парису ждать у стены. Сам же отправился прямиком в центр зала, где богато одетый старик что-то рассказывал окружавшим его вельможам. Увидев подошедшего, старик приветливо развел руки и обнял воина. Они о чем-то поговорили, поглядывая на Париса, и вскоре взмахом руки старец подозвал пастуха.

– Мой друг Анхиз описал твою силу и ловкость. Он считает, что тебе следует принять участие в играх, и поэтому я разрешаю тебе, хоть это и против правил.

– Благодарю тебя, господин. Я буду стараться оправдать доверие, - с поклоном ответил Парис.

Довольный Анхиз тут же увлек пастуха за собой:

– Пошли, скоро начнется тризна, а тебе надо подготовиться.

– Кто был тот вельможа?

– Ты не узнал? Впрочем, откуда тебе знать, ты же не из города. С тобой говорил сам Приам, владыка крепкостенной Трои.