Согласились богини и перенеслись в Азию, явившись во всем своем величии юному Парису.

Тот в это время, ничего не подозревая о божественных планах на свой счет, устроился на камне около ручья и приготовился пообедать, как он делал уже множество раз.

До этого мгновения вся недолгая жизнь Париса текла спокойно и даже скучно. Стадо было маленьким, и следить за ним было не хлопотно, разбойников в округе не было, а волки обходили людей стороной. Так что утром он выгонял овец из загона, а вечером собирал их обратно. Все остальное время он мог играть с другими пастушками, мечтать или даже спать в теньке. Раз в два дня приходил отец, приносивший пастуху еду. Изредка Парис возвращался в деревню из двух дюжин домов, где жили его родители. Это забытое всеми, кроме сборщиков налогов, поселение, да окрестные леса и пастбища, вот и все, что видел Парис. И вот теперь воздух перед ним ожил, расступился, и на поляну шагнули три живые молнии. Ошеломленный подросток, по-прежнему сжимая в руке кусок сыра, упал ниц перед бессмертными и принялся шептать молитвы, вспоминая, за что на него могли рассердиться небожители.

– Посмотри на нас, юноша!
– обратилась к нему Гера, - и выбери прекраснейшую.

Голоногий пастух со страхом и удивлением поднял голову и замер пораженный. Он переводил взгляд с богини на богиню и не мог сказать ни слова. Те тоже с любопытством рассматривали человека, пытаясь угадать, почему именно этого, ничем не примечательного подростка, Зевс выбрал в судьи.

Поняв, что сейчас от Париса не добьешься членораздельной речи, Гера сказала:

– Не спеши отвечать. Просто смотри и запоминай. Ночью обдумай все, а завтра скажешь нам свое решение!

Затем богини прошли мимо пастуха и растворились в воздухе, мгновенно перелетев обратно на Пелион. Там они продолжили праздновать, договорившись утром снова явиться к Парису. Однако каждая из богинь решила втайне от родных соблазнить судью.

Ночью, когда он готовился уснуть, к нему сошла Гера.

– Ты узнал меня?

– Нет, госпожа!

– Я Гера, царица богов. Выбери завтра меня, и я сделаю тебя величайшим владыкой на земле. Ты взойдешь на трон Трои, и все цари мира будут служить тебе, а сильнейшие воины будут трепетать от одного твоего взгляда.

Дав это обещание, Гера исчезла, но вскоре рядом с Парисом оказалась Афина.

– Не ошибись с выбором, мальчик, - сказала она, проведя острием своего копья линию у его ног, - Поддержи меня, и быть тебе величайшим из мудрецов и героев, чья слава переживет века.

Последней на поляне появилась Афродита. Благоухая чудесным ароматом, она наклонилась к Парису и поцеловала подростка. И взяв за руку затрепетавшего юношу, сказала:

– Меня называют Афродитой! Согласись, что я прекраснейшая, и наградой тебе станет беззаветная любовь красивейшей женщины на земле. Об этой любви будут слагать легенды и помнить спустя века. Когда ты вырастешь, я сделаю твоей женой дочь Зевса, спартанскую царевну Елену, которая превосходит всех женщин мира, подобно тому, как Олимп превосходит все горы мира.

В ту ночь мог бедный пастух получить на выбор власть, мудрость или любовь. Может, будь он старше, его решение было бы иным, но сейчас его пьянило обещание любви. Поэтому, когда на следующий день к нему явились три богини, он склонил колени перед золотоволосой Афродитой. Возликовала в тот миг рожденная из морской пены богиня, и разозлились Гера с Афиной, став навечно врагами Парису.

Так на склонах Иды был сделан первый шаг, который через много лет приведет к гибели всё поколение героев.

***

Прославились своими подвигами братья Диоскуры, дети грозного спартанского царя Тиндарея. Должны были они продолжить царский род и сменить отца на троне, но погибли в самом расцвете своих сил. Остались у Тиндарея лишь дочери, родные - Филоноя, Тимандра и Клитемнестра и приемная Елена, которую царица родила от Зевса. Выдал царь Тимандру и Клитемнестру замуж за соседних царевичей, а Филоноя дала обет безбрачия и стала служительницей Артемиды. Так что к тому моменту как погибли Диоскуры, осталась в отчем доме одна только Елена. Но вот и она подросла. Пришло время ей мужа выбрать, благо, что в женихах отбоя не было, ведь все молодые герои Греции о ее руке мечтали. Во-первых, была она красивее любой красавицы, во-вторых, приходилась дочерью великому богу, породниться с которым честь для каждого, ну а в-третьих, раз у Тиндарея сыновей не осталось, то свой трон он должен будет передать зятю.

Вот и слетались в Спарту женихи, как пчелы на мед. Всех их с почетом принимал правитель, всех поил-кормил досыта, но никому не давал ответа.

Вскоре в городе собрался весь цвет Эллады. Все холостые герои, цари и царевичи, прибыли на сватовство. Были тут потомки проклятого Пелопа братья Атриды Агамемнон и Менелай, изгнанные родным дядей из Микен. Лишенные родовых богатств и поддержки микенцев, они уже давно жили у Тиндарея, однако никто не считал их неудачниками, ведь все уже привыкли, что власть в Микенах меняется часто. Так что все были уверенны, что рано или поздно Атриды возьмут реванш над своими родственниками-врагами. Старший из Атридов Агамемнон в свое время породнился со спартанским владыкой, взяв в жены его старшую дочь Клитемнестру. Теперь же породниться с Тиндареем хотел Менелай. Составляли ему конкуренцию царь Локриды Аякс, афинский царь Менестий и критский царевич Идоменей. Подобно башне возвышался над толпой женихов царь Саламина Аякс сын Теламона, бывший на целую голову выше самых высоких спартанцев. Не хотели упустить свой шанс герои Тевкр и Филоктет. Были здесь и гордый своей недавней победой над Фивами юный правитель Аргоса Диомед Тидид, и прекрасный Антилох, сын пилосского царя Нестора. Были и другие претенденты, менее знатные и не такие богатые, но не менее гордые. Всего больше трех десятков юношей и мужчин хотели получить Елену в жены. Разумеется, с каждым женихом были друзья, слуги и дружинники, так что число жителей Спарты выросло вдвое.

Ожидая решения Елены, женихи пировали, устраивали состязания в силе и ловкости, но каждый внимательно следил за соперниками. Слишком горды были эти молодые герои, и никто из них не был готов потерпеть поражение. Вполне обоснованно опасался Тиндарей, что какое решение он не примет, все равно прольется кровь. Будут ведь отвергнутые мстить победителю, и тогда вся Греция окажется погруженной в войну. Казалось, что нет возможности избежать этого, однако молодой, но уже славящийся умом Одиссей, сын царя Лаэрта с острова Итаки придумал, как избежать беды.