Всё произошло настолько быстро, что я не успела не то что испугаться - даже толком осознать, что случилось. Словно что-то внутри меня на мгновение взяло на себя контроль над моими действиями и заставило сделать то, что я сделала. А в следующий миг я чётко представила себе, как машина за углом разворачивается и снова гонит под арку. И вновь без какого-либо участия разума ноги понесли меня прочь, наружу и в сторону, к крыльцу одного из магазинов, располагавшихся в нашем же доме. Спрятаться там, не будет же автомобиль таранить витрину дорогого салона...

Но за спиной всё было тихо. Уже стоя у дверей, я оглянулась, помедлила и всё же рискнула вернуться к арке. Машины видно не было. Только лежал посреди проезда одинокий ай-фон, который я выронила, сама того не заметив. Видимо, по нему проехалось колесо автомобиля, потому что он был раздавлен в лепёшку: корпус пошёл трещинами, начинка вылезла наружу. Я зачем-то подняла его, подержала и со вздохом уронила обратно. Недолго мне прослужил Максов подарок.

Жалко почему-то стало до слёз. И ай-фона, и Макса, который выбирал его для меня и так радовался, что угодил. Я мысленно дала себе зарок, что куплю такой же, и как можно скорее. И ничего не скажу ему про замену.

Я потёрла загривок, слегка ушибленный моим безумным кувырком, что, однако, спас мне жизнь. Или, по крайней мере, здоровье. Жаль, что я не запомнила номера этого лихача, вчинить бы ему иск, да побольше, чтоб неповадно было. Синяя машина, кажется, «мерс». На заднем стекле - треугольная наклейка. Между прочим, он и сам здорово рисковал. Там, за аркой, поворот, выводящий на узкие улочки, да ещё и под довольно большим уклоном. Не справишься с управлением - сам загремишь на больничную койку.

С-скотина.

Впрочем, успокоилась я довольно быстро - когда я открывала дверь в квартиру, руки у меня не дрожали. Кажется, я даже протрезвела, во всяком случае, состояние изменённого сознания, заставлявшее меня тревожно прислушиваться к своему желудку, куда-то делось. Зато пришло состояние лихорадочного веселья. Войдя в пустую прихожую, я сбросила обувь, сняла пальто, босиком прошлёпала в свою комнату, плюхнулась на кровать и несколько раз подпрыгнула. Веселье пузырилось внутри, прорываясь наружу слегка истеричным хихиканьем. Ведь она работает - методика Петра Викторовича! Я никогда не занималась гимнастикой или ещё чем-то подобным, кроме как на уроках физкультуры в школе. Прежняя я никогда бы не сделала ничего подобного. Прежняя я просто застыла бы в остолбенении и дала себя сбить.

Да здравствует Пётр Викторович, гип-гип-ура! Не так уж и бесполезно то, что я для себя попросила.

Однако любой навык нуждается в усовершенствовании. Я снова потёрла шею. Умение у меня, положим, есть, а вот тренированности явно не хватает. Значит, долой лень, айда в спортзал. И начать нужно как можно скорее, а то знаю я себя, как начну откладывать, так рискую никогда и не приступить. Я решительно слезла с кровати и прошла к компьютеру. Ну-ка, где у нас там в интернете списки адресов и расценок?

Впрочем, оказалось, что в интернете можно было и не искать. Ближе к вечеру я, зачем-то шаря в ящике своего стола, нашла там абонемент спортклуба на Арбате, купленный на днях сразу на месяц. Видимо, светлая мысль о тренировках уже посещала меня ранее, но в результате провала в памяти я о ней благополучно забыла.

Глава 3

Один из следующих дней принёс не самую приятную, хотя и вполне переживаемую новость. Мне сделали новую банковскую карту, и тут выяснилось, что с моего счёта исчезла кругленькая сумма. В процессе выяснения, куда она девалась, меня огорошили известием, что деньги сняла... я сама.

– Когда?!

– Двадцатого числа.

На мгновение я застыла с открытым ртом. Я была готова услышать, что сняла деньги в те два дня, о которых ничего не помнила. Но двадцатого, на следующий день после похорон, я к банку и близко не подходила!

– Послушайте, этого не может быть! Меня не было в банке двадцатого числа. Вы что-то путаете.

– Мы выдаём такую сумму со счёта только по предъявлении удостоверения личности, - обиделась девушка в банковском окошке.
– Ошибки быть не может.

– Что ж, ищи свой паспорт, - сказал папа, когда я пересказала ему разговор.

Послушавшись его, я обыскала свою комнату, потом папин кабинет, где мы хранили документы, но паспорта не нашла. Оставалось предположить, что, хотя я обычно не ношу его с собой - внешность у меня вполне славянская, так что полиция не останавливает меня на улице с требованием предъявить документики - в тот раз я зачем-то сунула его в сумку и вместе с сумкой отдала ворам.

– Ну, молодец, - сказала мама.
– Теперь писать заявление сама иди.