— Ну. Ты все рассказал мне. Что ты хочешь, чтобы я сделала? — спросила я.

— Ничего, — он полез в свой карман и вытащил оттуда серебряный манжетный браслет, который протянул мне. — Неважно, что произойдет, я знаю, что я не вернусь. Поэтому я хочу отдать тебе это.

— Что это?

— Твоя свобода.

Что?

— Это… — Мак прочистил горло. — На этот раз тебе придется это сделать, Миа. Придется бежать.

Я слышала этот его совет и раньше, но не послушала его. Слишком многое стояло на кону. И, к сожалению, тот момент был слишком похож на то, что происходит сейчас.

— Теперь я поняла, что ты что-то замышляешь, Мак. Потому что ты знаешь, что я не могу бежать.

— Забудь про своего брата, Миа. Его нет, и честно говоря, твоя жизнь стоит дороже, чем его.

Мудак! Он не имеет права судить о моем убитом брате. И почему все думают, что дело только в Джастине? Моя мать и отец без него сходили с ума, и уже одно это стоило попыток вернуть его обратно.

— В конце концов ты передумаешь, — сказал Мак.

— Наверное, ты никогда никого не любил. Потому что если бы ты любил, то знал, что я не передумаю. Не в этой жизни.

Он сузил глаза.

— Довольно смелое заявление для женщины, которая ничего обо мне не знает.

— Я знаю все, что мне нужно знать — тебе нельзя доверять.

— Миа, мне можно доверять…

— Почему я должна в это верить? Потому что ты так говоришь?

— Нет. Потому что я рискую жизнью, чтобы тебя спасти. Кинг, не колеблясь, убьет меня за то, что я советую тебе бежать.

— Ты советовал мне бежать и раньше.

— Сейчас все по-другому.

— Почему?

— Потому что раньше именно Кинг требовал, чтобы ты бежала. Он хотел, чтобы у тебя были все шансы сбежать, а я хотел, чтобы ты осталась.

Его слова шокировали и смутили меня.

— Почему?

— Ты думаешь, что я никогда никого не любил? Ты ошибаешься. Из-за моей любви в моей жизни стал твориться полный пиздец. Потому что я люблю ту, с кем стою рядом прямо сейчас.

В моей голове что-то щелкнуло.

— Я не поним…

— Бога ради! — рявкнул он. — Ты должна это сделать, Миа! Бери этот чертов браслет и беги!

— Даже если бы я захотела, он все равно меня найдет! — я подняла свою руку и показала ему свое запястье, на котором была вытатуирована метка «К».

С помощью этой метки Кинг не только показывал Десятому клубу то, что я являюсь его собственностью, но и мог меня найти. Эта метка соединяла нас — позволяла ему слышать мои мысли, а мне — видеть его в состоянии духа. Конечно, если он хотел быть увиденным.

— Браслет именно для этого, — он положил манжетный браслет в мою руку. — Эта вещь из Арсенала Кинга. В каталоге говорится, что браслет наделен свойством «прятать» людей. Запись гарантирует, что он скроет все следы, как физические, так и энергетические.

Слово «энергетические» означало то, что Кинг, чтобы найти меня, использовал магию.

— Носи его на татуировке и не снимай, — добавил Мак.

Я уставилась на браслет. Неужели этот изогнутый кусок металла с непонятными символами способен скрыть меня от Кинга.

— Куда бы я не отправилась? — спросила чисто из любопытства, ведь Кинг заставил меня уволиться с работы, и у меня, банально, не было денег куда-то отправиться. А также для него не было секретом, где живут мои друзья и родственники, потому что он побывал в каждом уголке моего сознания.

— Если бы я был на твоем месте, — сказал Мак, — я бы решил отправиться в такое место, где прежде никогда не бывал. Подальше отсюда.

Должна признаться, что мысль о побеге была очень заманчивой.

— Ты и правда думаешь, что это сработает?

Он кивнул.

— Да. Беги же, блядь, Миа!

Я крутила браслет в руках, размышляя о том, что должна вернуть Джастина. Нет, я ни на секунду не поверила в те слова, которые про него говорят. Я знала своего брата. В отличие от них. Но самое главное — я должна положить конец страданиям моих родителей.

— Я не могу.

Мак вздохнул и покачал головой.

— Какая же ты упрямая, Миа. Возможно, ты и не изменилась.

Я подняла голову.

— Уж поверь — изменилась. Вот почему я тебе не доверяю, — я протянула ему браслет.

— Нет. Оставь его на случай, если твое решение изменится.

Он повернулся, чтобы уйти, а я смотрела на то, как его плечи сгорбились, когда он зашагал прочь. Признаюсь, что крошечная часть меня хотела верить ему и его заботе, но своими поступками он уже доказал мне совсем другое.