Шрифт:
Французский флот, вынужденный принять бой на якоре, был разгромлен: только четырем кораблям удалось благополучно уйти. Эта победа Нельсона предрешила судьбу египетской экспедиции Бонапарта и вместе с тем прославила английского адмирала.
КУРС НА КОНСТАНТИНОПОЛЬ
Завершив очередной поход к Одессе, эскадра 4 августа 1798 года возвратилась на Севастопольский рейд для пополнения запасов воды и провианта.
Всего пятнадцать лет назад корабли Азовской флотилии вице-адмирала Ф. А. Клокачева, впервые бросив якоря в Ахтиарской (Севастопольской) бухте, положили начало созданию российского Черноморского флота. Их экипажи приступили к обживанию пустынных берегов. Когда два года спустя капитан 1 ранга Ф. Ф. Ушаков привел в Севастополь построенный им в Херсоне линейный корабль «Св. Павел», будущий город лишь обозначался несколькими строениями. Своему дальнейшему развитию Севастополь обязан ему, будущему флотоводцу.
Возглавив в 1789 году Севастопольскую эскадру, порт, а вскоре и весь Черноморский флот, Ушаков со свойственной ему энергией и одержимостью занимался строительством и укреплением Севастополя. Под его руководством были возведены береговые укрепления, казармы, госпиталь, расширено адмиралтейство, завершилось строительство портовых сооружений, мастерских и складов.
На западной стороне Южной бухты расположился город, вдоль берега протянулась главная улица, где выросли красивые каменные дома командиров кораблей и городской знати. За ней, на городском холме, возникла слободка из небольших белых мазанок. Здесь селились мастеровые люди, а также женатые матросы. Слободки выросли также на берегу Артиллерийской и на восточной стороне Корабельной бухт…
Когда перед эскадрой открылась панорама Севастополя, Ушаков с гордостью отметил про себя, что город все более разрастается, хорошеет…
Ранним утром следующего дня, 5 августа, перед Ушаковым предстал нарочный курьер из Санкт-Петербурга.
— С высочайшим повелением его императорского величества! — четко доложил он, передавая пакет.
Ушаков сорвал сургуч с конверта, вынул письмо. Оно было датировано 25 июля.
«По получении сего, — предписывал Павел I, — имеете вы со вверенной в команду вашу эскадрой немедленно отправиться в крейсерство около Дарданеллей… Буде от министра нашего получите уведомление о требовании от Блистательной Порты вашей помощи, то имеете тотчас следовать и содействовать с турецким флотом противу французов, хотя бы то и далее Константинополя [8] случилось…» [9] .
8
Бывшая столица Византии, захваченная в 1453 году турками и переименованная в Стамбул. В европейских же странах придерживались прежнего названия.
9
Ф. Ф. Ушаков (Документы). Т. 2. С. 42.
Предписание немало смутило адмирала. Сколько раз приходилось ему вести сражения с турецким флотом и нещадно громить его! А теперь вот предстоит «содействовать» с ним. Из неприятелей — да в союзники! Поистине неисповедимы пути господни…
Но обсуждать не приходится — на другой же день Ушаков отправил курьера обратно в Петербург с донесением о том, что приступает к незамедлительному исполнению высочайшего повеления.
Поход предстоял дальний и трудный. Экипажи готовили свои корабли тщательнее обычного, с особым старанием. До выхода оставалась всего неделя, поэтому все работы велись одновременно. Команды устраняли повреждения, полученные в недавнем походе, — конопатили бортовую обшивку, меняли порванные ветром паруса и перетертые снасти, а также запасались пресной водой, продовольствием, дровами, материалами на случай ремонта судов.
12 августа 1798 года эскадра вышла из Севастопольской бухты на внешний рейд, а спустя два дня взяла курс на Константинополь (Стамбул).
Головным шел флагманский корабль «Св. Павел», унаследовавший это имя от построенного Ушаковым судна, уже отслужившего свой недолгий срок. Он был покрупнее и помощнее прежнего, на его трех деках [10] было установлено 84 орудия, причем на первом, нижнем, — 36-фунтовые, самые крупные. Да и весь Черноморский флот набрал силу и в свою короткую биографию уже вписал не одну громкую победу благодаря флотоводческому таланту вице-адмирала Ушакова и высокой выучке и героизму моряков.
10
Деки — так на парусных военных кораблях назывались палубы, на которых устанавливалась артиллерия; по их количеству (кроме верхней палубы) корабли разделялись на двух- и трехдечные.
В трех походных колоннах следовали линейные корабли «Св. Павел», «Св. Петр», «Захарий и Елизавета», «Богоявление Господне», «Св. Троица», «Мария Магдалина», семь фрегатов и несколько мелких судов [11] . Еще два линейных корабля, постройка которых завершалась, должны были присоединиться к эскадре позднее. В Севастополе оставалась резервная эскадра из устаревших судов, предназначалась она для обороны крымских берегов, а при необходимости — для усиления отбывавшей эскадры.
11
См.: Ф. Ф. Ушаков (Документы). Т. 2. С. 112.
Уходившими кораблями командовали опытные и храбрые офицеры, в большинстве ученики и соратники Ушакова, не раз участвовавшие в морских сражениях: Д. Н. Сенявин, будущий выдающийся флотоводец, И. А. Шостак, И. А. Селивачев, А. П. Алексиано, Е. Сарандинаки, И. О. Салтанов и другие. Личный состав эскадры насчитывал 7406 человек, в том числе 1700 солдат «черноморских адмиралтейских батальонов». На ее вооружении было 792 орудия [12] .
Вначале погода благоприятствовала плаванию: дул умеренный норд-вест и суда были на ветре. Однако вскоре разыгрался не на шутку шторм. Разбросав корабли, он нарушил походный строй. Когда эскадра перед Босфором (в то время назывался Дарданеллами Константинопольского пролива) вновь собралась, оказалось, что некоторые суда получили серьезные повреждения. Большинство из них устранили силами имевшихся в составе команд плотников и других мастеровых матросов. «Св. Троицу» и акат «Св. Ирина» Ушаков вернул в Севастополь с предписанием после ремонта немедленно следовать к эскадре в Константинополь.
12
См.: Русские и советские моряки на Средиземном море. М., 1976. С. 64.
Договор о дружбе и союзе с Турцией в совместной борьбе против Франции еще не был подписан, это произойдет чуть позже, 23 декабря. Поэтому адмирал послал легкое судно — авиз «Панагия» с письмом к русскому посланнику в Константинополе В. С. Томаре, чтобы узнать, достигнуто ли соглашение о беспрепятственном проходе эскадры через пролив.
Ожидать у Босфора ответа Ушакову пришлось недолго. 24 августа русская эскадра впервые вошла в пролив. Моряки с интересом смотрели на проплывавшие вдоль бортов диковинные селения с низенькими домами, облепившими зеленые холмы, тонкими минаретами многочисленных мечетей, возвышавшимися над строениями, словно раззолоченные свечи.