Трент закатил глаза.
– Я знаю, что это просто планшет. Мне интересно, что на нем.

– И что же на нем?
– спросил Босс.

Трент усмехнулся.
– Видео. Кто-то записал видео и оставил планшет там, где мы бы его нашли.

Глаза Лекси широко раскрылись.
– Кто его записал?

Трент пожал плечами.
– Сейчас и узнаем.

Он нажал ВОСПРОИЗВЕСТИ.

На экране появился потный мужчина, бледная кожа, воспаленные глаза. Пластырь, прикрывающий воспаленную кожу на левой щеке. Когда он говорил, его голос был охрипшим, как хрустящие листья.
– Если кто-нибудь это смотрит, - сказал он.
– Вам нужно бежать. Здесь что-то есть. Что-то очень плохое.

2 глава

– Кто этот парень?
– спросила Лекси, когда Трент включил видео уже в третий раз.
– Он выглядит больным.

– По виду, просто какой-то грузчик, - сказал Хоппер.
– Он носит униформу склада и, как можно заметить, позади него грузоподъемник. Видишь?

Миллер облизал свои губы и уставился на экран планшета, как будто тот вот-вот готов был воспламениться.
– Возможно, неподалеку находится зона разгрузки. Они должны держать все шлюзовые отсеки близко друг к другу.

– Ты думаешь, мы должны проверить их?
– спросила Лекси.

Трент взмахнул руками.
– Кончено, мы должны. Или у тебя есть другие идеи?

Лекси покачала головой.

– Мы должны начать где-то искать, - сказал Босс.
– Трент, можешь принести карту этого места? Мы должны найти быстрый путь в зону разгрузки.

– Будет сделано, - Трент разблокировал коммуникационный блок на его правом предплечье и начал нажимать на команды. Через несколько секунд он посмотрел на них и кивнул.
– Мы должны пройти через вход для персонала с западной части этого зала, затем подняться по служебному лифту.

Босс хмыкнул.
– Тогда чего стоим, пошли.

Они прошли между множества приемных столов, и направились к дальней стороне купола. Они подняли головы, это было все также захватывающе, и они бросали свой взгляд каждые пару шагов, чтобы посмотреть. Лекси с волнением думала о семьях, которые, должно быть, проходили здесь. Где все они сейчас? Что случилось с ними?

На краю купола была невзрачная металлическая дверь с надписью: ТОЛЬКО ДЛЯ СОТРУДНИКОВ. Также на ней был электронный кодовый замок.

Босс повернулся к Тренту.
– Можешь нам помочь?

– Раз уж британская компания предоставила нам возможность обойти систему, то я смогу провести нас в любое место. Дайте мне проверить сервер… хорошо, да, у меня есть доступ. Доминирующая последовательность, которая должна отпирать все, с чем мы столкнемся.

Босс удовлетворенно кивнул.

Трент подключился к клавиатуре и отпер дверь за считанные секунды. Она открылась и все прошли внутрь. Следовать по коридору было гораздо практичнее, чем под гигантским колпаком, который они покинули, но там было множество мотивационных плакатом и желтых извещений. Крупный картонный проводник Пип стоял на одной стороне с речевым пузырем, провозглашающим: БУДЬ ЯРКОЙ ЗВЕЗДОЙ И УЛЫБАЙСЯ.

Геллар указала.
– Лифт там.

– Я получу доступ к системам управления, - сказал Трент, поспешив вперед.

Хоппер осмотрелся и сложил руки. Он казался взволнованным.

– Что это?
– спросила Лекси его.

– Здесь ничего не осталось. Люди паникуют, когда что-то идет не так. Они бросают вещи, разрушают их, накладывают в штаны. Это место выглядит так, будто все исчезли упорядоченным образом. Это бессмысленно.

Лекси уловила смысл.
– Тогда должно произойти что-то рациональное. Нам просто нужно выяснить, что это. Возможно, мы найдем ответы в зоне разгрузке.

Хоппер почесал подбородок.
– Возможно.

– Хорошо, мы внутри, - крикнут Трент им в лифте.

Они зашли, собравшись вместе в большом грузовом лифте, и стали ждать, пока тот закроется. Как только они начали опускаться, через громкоговоритель раздался голос.
– Прибытие в зону разгрузки уровня 1. Все сотрудники должны соблюдать меры предосторожности и сохранять здоровье. Хорошего дня.

– Я просто не могу представить, как в этом месте может нравиться работать, - сказал Хоппер.
– Улыбнись или ты уволен. Появись раньше своей смены или ты уволен. Ешь дерьмо или ты уволен.

– Нет ничего плохого в ожидании людей сделать свою работу, - сказал Миллер.
– Люди поступают так, как устроена их жизнь. Мой отец строил двигатели для космических эсминцев. Он работал по двенадцать часов в день всю свою жизнь, и я никогда не слышал от него ни единой жалобы. Почему люди так боятся тяжелой работы?

– Какой смысл в жизни, - сказал Хоппер, - если весь день делать что-то, что ты ненавидишь? Почему твой отец тратил двенадцать часов в день на постройку двигателей? Потому что он любил это или потому что у него не было выбора? Человечество полностью вкладывалось во что-то, работая до смерти, только чтобы носить новейшие часы на своем запястье. Это глупый способ жить, чувак. Деньги – самое худшее, что-либо созданное человечеством.