– Мне тоже так показалось, - сказал Мейсон.
– Хотя полиция доверяет мне не больше, чем вам.

– Такой вывод очевиден. Я находился именно в том месте, где мог находиться Бэннинг Кларк, если бы он не уехал в пустыню. В лунном свете я выглядел лишь спящим человеком, закутанным в одеяло, и убийца, если он не знал об отъезде Кларка, легко мог принять меня за него.

Мейсон кивнул.

– Но я не мог не задуматься, так ли все было на самом деле, продолжал доктор.

– Вы полагаете, что кто-то пытался убить вас, зная, кто вы такой? спросил Мейсон.

– Возможно.

– Мотив?

Доктор Кенуорд чуть помедлил с ответом.

– Говорите, - поторопил Мейсон.
– Мотивом может быть только определенная информация, которой вы располагаете. Что это за информация?

– Я не собирался углубляться в эту тему настолько сильно.

– Мы уже углубились слишком сильно, доктор. Я полагаю, информация касается какого-либо медицинского аспекта дела об отравлении, и думаю, что все присутствующие здесь, включая вас самого, заинтересованы в том, чтобы вы поделились своими знаниями.

– Вы и так почти обо всем догадались, - рассмеялся доктор Кенуорд. Я, как требовал того порядок, оставил часть содержимого желудков после первого отравления. Если вы помните, в том случае мышьяк был обнаружен в солонке, которой пользовались исключительно Брэдиссоны.

– И что же вы нашли в образцах содержимого желудков? поинтересовался Мейсон.

– Результаты анализа пришли, когда я уже собирался уезжать из города. Мне сообщили о них по телефону. Заключение гласит, что в желудках не выявлено ни малейшего содержания мышьяка.

– Чем же можно объяснить появление симптомов отравления?
– спросил Мейсон.

– Очевидно, приемом рвотного корня.

– С какой целью?

– Для получения симптомов отравления мышьяком.

– Для чего, доктор?

– Я думаю, этот вопрос следует адресовать вам, - сухо заметил Кенуорд.
– Я же излагаю голые медицинские факты.

– Чем можно, в таком случае, объяснить металлический привкус во рту, судороги и общее болезненное состояние?

– Я очень тщательно расспросил обо всем Велму. Вполне вероятно, она сама предположила наличие таких симптомов. Я задал ей конкретный вопрос, не спрашивала ли она пациентов, заподозрив отравление мышьяком, не испытывают ли те судороги, боль в желудке, жжение и металлический привкус во рту. Сейчас она не может вспомнить точно, задавала ли она подобный вопрос, или пациенты сами рассказали ей о наличии таких симптомов.

– Вы придаете этому такое большое значение?
– спросил Мейсон.

– Огромное. Если человек серьезно заболевает, появляются симптомы депрессии, большой восприимчивости к внушению, иногда - истерии. В таких обстоятельствах, человек, чувствующий некоторые симптомы, характерные для данного заболевания, узнав о других, начинает испытывать и их.

– Вы уверены в том, что в солонке был мышьяк?

– Абсолютно. Его наличие подтверждается анализом.

– Почему же он там оказался?

– И этот вопрос нужно адресовать скорее вам, чем мне. Впрочем, есть две версии. В соответствии с первой, мышьяк в солонку был подсыпан человеком, который знал, что Брэдиссоны страдают заболеванием, симптомы которого схожи с симптомами отравления мышьяком, и с какой-то целью решил придать этому заболеванию попытку отравления.

– А в соответствии со второй?

– Кто-то действительно пытался отравить Брэдиссонов. Яд должен был быть принят на следующий день, но по какому-то необъяснимому совпадению они потребили рвотный корень в количестве, достаточном для того, чтобы развились симптомы, схожие с симптомами отравления.

– Я вынужден задать вам следующий вопрос, доктор. Рассматривалась ли вами возможность того, что Брэдиссоны умышленно приняли рвотный корень, чтобы симулировать отравление мышьяком?

– Как любой другой ученый, я, пытаясь объяснить появление симптомов, рассматривал такую возможность.

– Что-либо свидетельствует в поддержку моего предположения?

– Ничего.

– Такое объяснение логично?

– Ничто не свидетельствует и против.

– Вы полагаете, что кто-то пытался убить вас потому, что вам известна эта информация?

– Возможно.

Они помолчали с минуту.

– Я должен все обдумать, - наконец сказал Мейсон.
– А пока, расстелю-ка я спальный мешок.

Адвокат подошел к машине, достал спальные мешки, подключил компрессор, наполнил воздухом надувные матрасы, а когда поднял голову, увидел рядом Солти Бауэрса.

– Вы отвели какое-нибудь специальное место под спальню?
– спросил Мейсон у старого старателя.

– У нас есть палатка, которую девушки могут использовать для переодевания. Спать там они вряд ли захотят. Гораздо приятнее спать под звездами.