Лейтенант Трэгг нагнулся и поднял ее.

– Автоматический пистолет тридцать восьмого калибра.

За кактусом были видны еще какие-то следы. Более искусный в выслеживании преступников на открытой местности шериф Греггори опустил фонарь к земле, чтобы следы были лучше видны в косых лучах. Шериф по следам восстановил картину происшедшего, хотя даже такому опытному человеку и следопыту, каким он являлся, потребовалось на это не менее двадцати минут.

Кто-то подкрался к спавшему врачу, как охотник к оленю, начав свой путь от стены. Злоумышленник ползком пересек освещенный луной участок, потом, практически прижавшись к земле, осторожно двигался вперед, перемещаясь на дюйм-два, не более, за попытку. Из засады были произведены три выстрела. Затем стрелявший вскочил на ноги, оставив глубокие следы на земле, и пробежал примерно пятьдесят ярдов до другого кактуса. Из этого укрытия он произвел еще два выстрела. Потом преступник направился прямо к стене. Обо всем этом следы на песке рассказали четко и ясно, в остальном картина происшествия оказалась весьма туманной. Песок был мягким и сухим, следы мгновенно заравнивались. Можно было с уверенностью определить лишь то, что оставили их небольшие ноги.

Лейтенант Трэгг отошел в сторону и пробежал с полдюжины шагов, чтобы сравнить свои следы с отпечатками, оставленными преступником.

– Небольшая нога, - заключил он.

Греггори не был так уверен.

– Ты когда-нибудь видел следы, оставленные ковбойскими сапогами на высоких каблуках?

– Не припоминаю, - сознался Трэгг.

– А я видел. Впрочем, мы можем лишь предполагать, что следы оставлены именно такими сапогами.

– Или женщиной, - добавил Трэгг.

Греггори тщательно обдумал это предположение.

– Возможно, женщиной, - несколько неохотно согласился он.
– Пойдем в дом.

Когда они вошли, в доме звонил телефон, но никто не обращал на него ни малейшего внимания. Велма Старлер обрабатывала рану на ноге доктора Кенуорда. Развалившийся в кресле врач с профессиональной беспристрастностью давал ей указания.

Шериф подошел к телефону и снял трубку.

– Да, слушаю вас.

– Это шериф?

– Да.

– Управление полиции Сан-Роберто. Патрульная машина связалась с нами по радио. Экипаж просил передать вам, что человек, обнаруженный в районе Скайлайн с симптомами отравления мышьяком, был срочно доставлен в больницу Приют милосердия.

– Можете сообщить подробности?

– Потрепанный пикап, нагруженный различным снаряжением, с передвижной дачей на прицепе, не остановился на запрещающий сигнал светофора. Его догнала патрульная машина. Водитель пикапа, назвавшийся Бауэрсом, заявил, что его друг умирает от отравления мышьяком. Он якобы заезжал к доктору Кенуорду, но не застал того дома и решил ехать прямо в больницу. Патрульная машина поехала впереди, расчищая дорогу сиреной и световыми сигналами. Бауэрс сказал, что это дело связано с другим случаем отравления, и просил связаться с вами. Экипаж патрульной машины состоит из двух полицейских. Один связался с нами по радио, второй вел машину. Я могу найти их в течение двух секунд. Хотите, чтобы я связался с машиной и передал сообщение?

– Да, - твердо сказал шериф Греггори.
– Скажите полицейским, что я встречусь с ними прямо в больнице Приют милосердия.

Он бросил трубку и повернулся к лейтенанту Трэггу.

– Бэннинг Кларк сейчас находится в передвижной даче. За рулем - Солти Бауэрс. Кларк умирает от отравления мышьяком. Сейчас они направляются в больницу Приют милосердия. Хочешь поехать со мной? Здесь оставим помощника.

Трэгг мгновенно направился к двери.

– Поехали.

Они пробежали по коридору, грохот их шагов гулко разносился по безмолвному дому, отражаясь от вощеного пола и темных стен. Вылетев из дверей, они побежали к автомобилю шерифа. Греггори включил передачу, машина пролетела по покрытой гравием дорожке и выскочила на бетонное шоссе. Шериф включил сирену.

– Сэмми, друг мой, - обратился к нему Трэгг, схватившись за приборную панель.
– У машины, если мне не изменяет память, четыре колеса, почему бы тебе не использовать их все, вместо двух?

Шериф лишь усмехнулся, посылая машину в очередной крутой поворот и продолжая набирать скорость.

– В городе я чуть не наложил в штаны, - заметил он, - когда ты мчался на бешеной скорости при бешеном движении. Я рад, что пустые дороги пугают тебя. Все дело в привычке. У нас - крутые повороты, у вас - движение.

– В конце концов, лишние полминуты не имеют никакого значения, попытался возразить Трэгг.

– Мне сообщили, что Бэннинг Кларк умирает. Я хочу получить его показания.

– Да он понятия не имеет, кто именно его отравил.

– Возможно, тебя ожидает сюрприз.

На этом обсуждение закончилось. Шериф, пройдя на бешеной скорости еще несколько поворотов, вылетел, наконец, на прямую дорогу у подножия горы и с включенной сиреной помчался по сонным жилым кварталам Сан-Роберто. Наконец он затормозил у служебного въезда огромного здания больницы, расположенной за пределами густонаселенного района.

Красный маяк на крыше автомобиля шерифа ярко осветил трейлер, у дверей которого стояла группа людей. В тот момент, когда шериф остановил машину и распахнул дверь, из трейлера вышли медсестра и врач в белом халате со стетоскопом в руке.

Шериф вышел вперед.

– Каковы его шансы, доктор?

– Никаких, - тихо ответил человек в белом халате.

– Вы имеете в виду, что он...

– Умер.

Сэм Греггори судорожно вздохнул.

– От отравления мышьяком?
– спросил он тоном человека, задающего рутинные вопросы и заранее знающего ответы.