В принципе, показался он случайно, потому что как раз выходил в магазин за "беленькой", горлышко которой торчало теперь из кармана куртки, и рассчитывал ещё до темноты "культурно" провести время. Но услышал звуки подрывной деятельности и вспомнил об обязанностях.

– А НУ, ВОТ Я ВАС!..
– заорал он страшным басом, впрочем, не особо стремясь кого-то ловить.

– Шухер!!!
– Пацаны прыснули из подвала, как воробьи от неосторожно брошенной корки. Сторож пронаблюдал бегство нарушителей, потешился результатом наведения порядка и удовлетворённо пошёл в вагончик. Сжавшуюся за кучей палок детвору он так и не заметил. Но на пороге ещё остановился и гаркнул через плечо:

– Эй, Полкан!.. Барбос или как тебя там!.. Рекса!..
– прислушался, не дождался ответа и в то же пространство громко проворчал: - Фу-ты, ну-ты! Где эту скотину носит, чтоб ему провалиться на этой проклятой стройке...
– И только тогда скрылся за дверью.

Детвора в засаде, отойдя от испуга, зашевелилась.

– Фуххх, пранисло!
– от души вздохнул Борька.

– А если бы паймал?!
– ужаснулась Лёлька.

Только Витька вздыхать и ужасаться не стал, а сразу перешёл к делу:

– Пацаны палки там бросили! Идём визьмём?

Вот это - да! Вот это - пещера! Такого Борька увидеть не ожидал. Да и никто из его банды не ожидал. Высоченный потолок из серых плит, сваи-колонны, уходящие в глубину подвала и теряющиеся там во мраке, какие-то чёрные провалы в стенах, вероятно, ведущие наверх. А посредине... озеро. Настоящее подземное озеро! Затхлая, но кристально прозрачная вода зеркалом лежала у ног, неясными бликами отбрасывая свет с улицы на стены и потолок. Она словно приглашала заглянуть в таинственную глубину и, одновременно, пугала безмолвной чернотой. Может детвора бы и не решилась туда лезть, но на берегу подземного озера оказался... настоящий плот.

Ну, не настоящий, конечно - всего лишь секция забора, любовно выломанная из ограды и трудолюбиво затянутая в подвал. Но сейчас это не имело никакого значения. Потому что в данном пространственно-временном континууме имелось только это озеро и только этот плот. И ничего более настоящего не предвиделось даже в мечтах.

Плот был спущен на воду, вероятно, предыдущей бандой, но использовать его не успели. Впрочем, его и сейчас использовать не успели. Потому что только Борька с Витькой подумали, что хорошо бы покататься, как Лёлька, вообще не удосужившись подумать, взвизгнула: "Чур, я первая катацца!" и запрыгнула на борт импровизированного судна. Судно тоже не стало раздумывать и с шорохом прибрежных камешков отправилось в самостоятельное плавание.

– Стой! Куда?!
– опешили пацаны, стараясь орать шёпотом.

– Ай! Щас утаплюся!
– поняла, наконец, свою ошибку Лёлька, испуганно присев на черпающих воду досках.

– Вертайся взад!
– потребовал разгневанный Борька.

– Как?!
– растерянно огляделась девчонка.

– Руками гриби!
– подал совет рассудительный Витька.

Лёлька попыталась дотянуться до воды руками, но доски накренились и она чуть не съехала туда вся.

– Ай! Не палучаицца!

– Лёлька, стой! Стой, не шивились!
– вдруг скомандовал Витька.

– Ай-ой! Чиво?!
– не поняла девчонка, с ужасом глядя на удаляющихся товарищей.

– Точна! Не дёргайся!
– обрадовался Борька, тоже обратив внимание, куда направляется беглый плот.
– Щас до калонны даплывёшь, а тада талкайся к нам!

Лёлька, наконец, замерла и дала возможность своему "судну" спокойно доплыть до ближайшей колонны. Там оно попыталось заякориться, но девчонка протянула руки к шершавому бетону и что есть силы оттолкнулась. Эффектов получилось два: Лёлька упала на четвереньки, едва не нырнув головой в воду, а плот, взметнув буруны, двинулся обратно. Теперь оставалось только ждать.

Тягуче-медленно проходили минуты, плескались у ног волны, приближался, постепенно замедляясь, плот с окаменевшей на карачках девчонкой. Наконец он ткнулся в берег и пацаны, ощутив, как свалился с души здоровенный камень, подтянули его чуть выше.

– Вылазий!
– махнул рукой Борька, всем видом выражая невысказанное "щас бить будем!".

Лёлька, как стояла на коленках, так и выбралась на сушу, и только тогда решилась подняться на дрожащие, заляпанные и насквозь промоченные ноги. И чтоб вы думали - ни грамма раскаяния!

– Ды-ды-ды... ды-вайти на ту сторану паплывём?
– проговорила она сквозь лязгающие от холода зубы.

– Дывайте паплывё-о-ом!
– передразнил Борька.
– Ты ж нас всех утопишь!

– Сам дурак!
– огрызнулась Лёлька и демонстративно обратилась к Витьке: - Я видила - там дальши целая комната! И ищё дальши протти можна!

– Надо разведать, - соблазнился Витька.

– Надо, - согласился Борька, но упрямо добавил.
– Толька йиё брать не будим!

– А я всё-всё сторажу скажу - что вы тут лазите...