Лесной оказался самым простым поселком с низкими неприметными домами. Выдающимся в нем был разве что магазин. Виктория припарковала машину недалеко от дороги, по которой они с Антоном спустились вниз, оказавшись среди низких домов.

– Как пройти к реке? – спросила Виктория.

– Она еще ниже. Пошли, я покажу.

С каждым шагом Антон расцветал. Виктория решила, что ее муж выглядел достаточно здорово, чтобы начать задавать вопросы.

– У тебя есть секреты?

– Нет.

– Как нет? Я даже не знала, где ты родился.

– Надеюсь, я смогу тебе показать. Это чудесное место.

– Что с тобой случилось?

– Я болен, Вика. Очень болен.

– Тогда почему мы не в больнице?

– О, Вика. Дорогая моя Вика, скоро ты поймешь, – Антон говорил не так, как обычно. Виктория могла различить столько интонаций, столько красок, что ей становилось не по себе. Бывает, голос знакомого человека меняется до неузнаваемости из-за плохой сотовой связи. Становится сухим и бесцветным. В случае Виктории все было наоборот.

Антон вразвалочку пошел между домами, обогнав свою жену. Та вдруг задумалась, чем ее так заинтересовал Антон? Нескладной фигурой? Ужасной прической, прямиком из девятого класса? Дрожащим голосом? «Плохие мысли», – решила про себя девушка, но не перестала их прокручивать в голове. Антон не был потрясающим любовником, готовил лишь сносно, романтическое настроение проявлять не умел. Он был, по сути, ребенком, а Вика была для него первым интересом. Той девушкой, с которой ты впервые неловко целуешься. Которую держишь за руку, гуляя по улицам, и думаешь: как люди ходят так часами?

Мысли Виктории прервались, когда она услышала шум осенней листвы. Они уже пришли к берегу реки. Течение было сильным, но не опасным. Антон спустился по пояс в холодную воду, чтобы отвязать веревку от огромного корня, скрытого под водой. Его пробрала легкая дрожь, но в целом он стал выглядеть куда приличнее, чего нельзя было сказать о лодке.

Краска слезла, доски, будто чем-то болели. Почему-то это судно показалось Виктории самым ненадежным средством передвижения. Но Антона страх не одолевал. Он мощно уселся в лодку и подал руку, чтобы помочь жене. Виктория ахнула и замерла. Вы должны ее понять, впервые Антон подал ей руку. Для нее он внезапно стал самым галантным джентльменом. Он преобразился. Стал красивее, статнее, увереннее. Антон из неряхи-охранника превратился в привлекательного мужчину, приглашающего Викторию в самое увлекательное приключение в ее жизни. И она согласилась.

Лодка учтиво приняла на свой борт Викторию. Девушка села напротив мужа, и Антон стал грести стареньким веслом.

– Нам далеко плыть? – спросила Виктория. Ей было неинтересно, сколько займет дорога. Она просто хотела снова услышать голос мужа, такого непохожего на себя. Впрочем, Виктория бы предпочла, чтобы прогулка по воде длилась до самой ночи.

– Я бы сказал да, но это лишь потому, что я с невероятной силой рвусь туда попасть. Дорога к горячо желаемому всегда кажется в разы длиннее, чем есть.

– Ты так и не сказал, что за место мы ищем.

– О, мы не ищем его, – Антон лукаво улыбнулся. – Я точно знаю, где оно. И ты узнаешь, если проявишь высшую благодетель.

– М?

– Терпение, – Антон вмиг посерьезнел. – Я же твой муж?

– Конечно, дорогой.

– И ты пойдешь за мной? Куда угодно?

– Да, – неуверенно ответила Виктория.

– Тогда мы останемся жить здесь. Вместе.

– Тоша, не говори ерунды. В городе у нас квартира и работа.

– Это ты говоришь о ерунде. Квартирой нам послужит моя родина, а в работе никогда не было нужды.

– Конечно, не было, – Виктория завелась. Внезапно. Неизвестно, почему. Девушка пришла в ярость. – Не ты купил машину, не ты решил взять квартиру, чтобы не жить со своей бабушкой. Тебя устраивал старый диван. Ты был не против шатающихся стульев. Сломалась морозилка? Ну и что, зачем нам новый холодильник? Верно? Я сама все покупала. Я была мужиком, пока ты прикидывался им, поедая чипсы. Ты никогда не думал обо мне или о нашем доме. И ребенок… Господи, как мы завели бы детей?

– Ты несчастлива со мной?

– Нет, дело не в этом. Я устала.

– Прости, – Антон произнес это слово по-особенному. Обычно люди не говорят «прости», а кидают его. Как жетон в метро. Но не Антон. Не в этот раз. Виктория оцепенела. Она не ожидала извинений, особенно таких. Обычно Антон отнекивался или вообще отмалчивался. Но не в этот раз.

– Ничего, – ответила Виктория, отведя глаза.

Перед ними предстал лес. Необычный, как и Антон сегодня. Виктория однажды увидела картину Васнецова «Скит». И хоть она не запомнила ни имя художника, ни название работы, девушка сразу вспомнила о ней. Умирающее солнце аккуратно поглаживало невысокие верхушки хвойных деревьев, на траве, тут и там росли беленькие цветы, несколько старых троп давно заросли.