с которых воробьиной че[пушинкой],

пчелой болючей, косточкой граната...

Всё потому, что губы - те же страны,

а ст[раны] - это встречи, то есть у[час]ть,

родство, какое [боль]ше чем медвежий

косматый космос но и [мель]че крохи...

А наши кр[ох]и - те, кто нам острее

и нас самих, и самой близкой речи,

но даже к ним мы не плывём немыми

пока из губ дыханье, то есть слово...

Вот потому... поэтому, вернее...

ЗНАТЬ

Я хочу знать о тебе всё.

Зачерпнуть раньше твоих слов.

Городов жилых и проезжих сёл

затвердить географию набело.

Как шуршит в кедрах глухой дождь,

как бежит по коже капля воды...

Называя: брат, понимать: ложь,

но честней прочих её ходы.

Как блестит в дебрях волос - соль,

как красно солнце с изнанки век, -

повторять этот язык вдоль,

поперёк, насквозь и врасплох, в разбег...

Как растут бережно семена,

как шатает бешеных дрожь земли.

Как другие пили тебя до дна!

И о тех, которые не могли...

Я бегу выиграть сей звук -

древний космос полон муры, туфты!
–

но его джаз-бэнд о тебе вдруг,

и гремит во мне потому что - ты...

Я шепчу, и ветер ерошит ворс

дыбом вдоль хребтины тянь-шаньских гор;

я хочу, чтоб он и в тебя врос,

золотой септический септаккорд, -

чтобы ты слышал в нём ноту Si

и в её синь пропадал, спасён

из песков-льдин-неводов, и

чтоб хотел знать обо мне - всё.

ПИТЬ

Ты ведь не знаешь, чтО там.

С первого же глотка

лопнут горячим потом дойные облака.

Осы сосковых зёрен, бёдер нагар/прострел,

голос твой станет чёрен, станет зрачок твой - бел.

Встанешь, шагнёшь по шпалам, даль это сталь колен.

Путь развернётся алым, зелень плеснёт из вен.

Две поднебесных нити снижут желток и синь.

Разве же ты - не птица? Только беги! неси

дробью безумных пяток, мельницей ног и рук -

нерастворённый запах, неотражённый звук!

Скорый по взлётке рельсов, выше-гляди-сметёт!

Веткой срывая время, навзничь листая - всё:

Та, что ещё разлюбит, вновь первый раз с тобой...

Станут слюдою губы и шоколадной - боль...

Канет закат на блюдце, выплывет в бирюзе

дом, где тебя дождутся, где одному тебе

дальний ночник крылечка - ближе, теплее...

НЕТ!!

Это - ослепший встречный!.. И - оборвётся свет...

...Чашка с отбитым краем, трещинная змея.

Что в ней? сама не знаю, яд или просто - я...

ЧИТАТЬ

...по обрезу слов - босыми подушечками безымянных,

через абрис снов - осмелевшим кончиком языка,

от верблюжьих колючек кириллицы до лоскутка дыхания,

просыпая в кофе (Корфу?) пробелы - Сахару сахарного

песка...

...между выпуклых строчек вен, виннокрасных родинок

двоеточий :

сняв ненужную суперобложку, полями за склейку ресниц

ведя -

то ла(донно) вдоль корешка, то ли лодочкой-оморочкой, -

но на слух тебя, и на вкус тебя, наизусть - тебя...

ДОРОГА НАД

Котёнок-неженка вдох и мех,

а млечное блюдечко горячо!

И гжель боди-арта - на самом дне

в тебе, не дотронувшемся ещё.

Дорога над ненасытна ввысь

раскинув в стороны облака,

и след самолёта широк как кисть

во мне, не дотронувшейся пока.

Светлы на белой ночи холста,

зажмурясь ляжем в едину тьму,

друг друга по родинке прочитав,

друг друга по буковке расстегнув

до дня, дымящегося рекой,

кошачьей шёрсткой в карандаше,

друг с друга выпитым молоком -

до нас, дотронувшихся уже...

<