— А я, что, — удивился Дэн, — совсем не при деле?

— Я тебя приделаю к чему-нибудь твёрдому и увесистому, если канал связи хоть раз оборвётся! Понятно выражаюсь?

— А это нечестно! — теперь уже возмутился Дэн. — Вы — по двое, а я — один!

— Вот и крутись за двоих! Спать будешь урывками, если что. Напоминаю всем: к нам будет проявлен повышенный интерес... — Брэд сделал паузу. — Но не прямо сейчас, полагаю. Прямо сейчас у них найдутся другие интересы... полагаю.

Он понимал, отправив интервью Грибаустена прямиком Ивертену, они запустили необратимый процесс. То есть, до этого момента наверху всё шло тихо, без суеты и торопливости, а потому расследование можно было, не напрягаясь, тянуть до бесконечности. Или до выхода на заслуженный покой всех, причастных к этому делу.

После интервью ситуация менялась кардинально, ибо из мутных глубин процесса на поверхность тухлого болота, очень некстати для причастных, всплыли определённые имена. Пусть и неполным списком, но именно они могли ледяными комочками упасть на горный склон, уже набухший давно сформировавшейся лавиной. А потому можно не без оснований полагать, что вот прямо сейчас люди, причастные к делу, заниматься поисками группы не станут, ибо прямо сейчас им было необходимо искать не источник утечки, а прилагать максимум усилий для ликвидации её последствий. Срочной ликвидацией, пока ситуация не разрослась до катастрофических размеров.

И уже потом, когда первая острота схлынет, и люди начнут соображать более внятно, вот тогда надо ждать гостей, которые придут именно туда, где была сделана, практически смертельная, инъекция. От того, кто именно явится, зависело очень много в смысле понимания обстановки, и круга заинтересованных лиц. Настолько много, что приходилось идти на обоснованный риск ожидания в лабиринте, который ведь, при желании, можно очень плотно блокировать.

— Надеюсь, — продолжил Брэд с показным оптимизмом, — они принимают нас за нормальных людей, и понимают, что мы в этих катакомбах после работы минуты не задержимся.

— Ну да! — скептически проговорил Энзо. — Надежды юношу питают.

— Юноша, понял? — не моргнув глазом переадресовал Брэд колкость Дэну. — Если нас застанут врасплох, я тебе по-отрываю всё, что болтается внизу... и будешь ты гулять на протезах.

— Жестоко! — хмыкнула Ганка. — Правда, я о другом подумала ...

— Нет! — твёрдо проговорил Брэд. — Только ноги... и ничего больше! А теперь — хватит трепаться, у нас не так уж много времени, если подумать. Иржи — передовым, остальные прежним порядком. Двинулись!

БИЗНЕС

— Как, это, могло, произойти?!! — акцентируя каждое слово зловещей интонацией, проговорил Дилайдед.

Он стоял во главе своего чудо стола, и, упёршись в безупречную полировку кулаками, сжатыми до побелевших костяшек, в упор смотрел на Гревера. Сказать, что Дилайдед был в бешенстве, не сказать ничего, ибо на самом деле его трясло так, что Гревер начинал серьёзно опасаться. За здоровье босса опасаться. А ещё он хорошо понимал: сейчас лучше просто молчать. Просто стоять, и молчать, в ожидании, когда вспышка гнева пойдёт на убыль, и можно будет хотя бы попытаться что-то объяснить. Он никогда не видел босса в таком состоянии, и даже не предполагал, что такое возможно. В принципе возможно, ибо до сих пор, что бы ни случилось, тот всегда сохранял непробиваемое спокойствие.

Но из любого правила бывают исключения, и именно оно сейчас искрило в кабинете напряжением, способным убить за одно лишь неосторожное движение. Поэтому Гревер стоял и ждал, пока буря хотя бы немного уляжется. Понимал, вбрось он в этот вулкан новость, полученную только что, и разразится настоящая катастрофа. На много килотонн превышающая уже бушующий в кабинете выброс энергии.

— Я спрашиваю, как это могло произойти? — жёг его взбеленившимися глазами Дилайдед. — Надёжно охраняемый объект, вдруг перестаёт существовать в природе! Как это возможно? Куда подевалась куча бездельников, сожравших громадный финансовый объём, не давших сколько-нибудь внятных результатов, и, в конечном итоге, испарившихся, словно их никогда в той же природе не существовало? Я вас спрашиваю!

— Позвольте... — сделал попытку Гревер, надеясь, что спад уже начался.

— Не позволю! — снова взвился Дилайдед. — Вы отвечали за это направление! И вы гарантировали мне его устойчивость и надёжность! Где эта надёжность? Мне доложили... Без вас доложили! А должны были вы доложить, что главная установка, в которую было вложено столько усилий, разнесена в пыль! И что информации, ни о результатах работ, ни о том, как это произошло, не сохранилось в размере даже завалящего бита, поскольку серверный центр благополучно последовал за ней. В ту же пыль. А куда последовали эти дармоеды, которых мы считали учёными, просто неизвестно! Растворились в пространстве! Вы можете поверить, чтобы при взрыве люди испарялись начисто?

— Только при ядерном! — с каменным лицом предположил Гревер.

— Был таковой? — Дилайдед вдруг перешёл на подозрительно ласковый тон.

— Нет. — Холодея от нехороших предчувствий, мрачно ответил Гревер.

— Так какого... — опять взбеленился Дилайдед. — Какого... вы тут стоите, и молчите? Почему не найдено хотя бы фрагментов тел?

— У меня есть информация, — осторожно проговорил Гревер, — что объект ещё не полностью обследован, и может быть, их завалило где-то в дальних помещениях.