– Слишком многое, – сказала она, – слишком многое происходит. В моей голове такая мешанина.

Должен ли Дин поверить, что Пайпер Блэкмор обладает некоей силой, некими сверхчувствами, которые позволяют ей предсказывать будущее? Собственные слова преследовали Дина: «Волшебство – это та же наука, только еще не изведанная».

Магия. Дьявольские штучки. Или даже рука Бога?

– Ты не веришь во все это, да? – спросила Пайпер.

«Как будто она читает мои мысли. Нет, она читает по моему лицу». Дин смотрел через переднее стекло, как внедорожник Пайпер преодолевает заснеженный путь.

– Я скажу тебе только то, что знаю. Я знаю, что женщину изрешетили потоками стекла. Я знаю, что Клайда убили. И кто-то пытался представить картину так, что отрезанная рука служила орудием убийства.

Он перевел дыхание. Кондиционер в джипе работал на полную мощность. Слышалось постукивание мотора.

– Я также знаю, что пылающий грузовик упал с неба и разрушил мост через Вилламет, и я знаю, что каким-то образом… – Дин прижал руку к губам, как бы помогая словам выйти наружу, – я знаю, что каким-то образом ты догадалась обо всем, что должно было случиться. Но с другой стороны, не ты единственная.

– О чем ты?

– Вспомни, что ты мне говорила о Кое Чиверсе. Что он там бормотал по поводу виденного в небе несколько дней назад? Только тогда грузовик ни во что не ударился. Появился и пропал, вроде того…

Пайпер осторожно свернула на Флинт-стрит. Она вела машину очень медленно, и тем не менее заднюю часть заносило влево. Пайпер терпеливо выравнивала движение.

– Но ты не веришь, что это могло случиться, – ее глаза сузились, Дин не мог определить – от головной боли или от недовольства своими словами. – Несмотря на то что сам видел, ты продолжаешь сомневаться. И в самом деле не веришь в то, что я чувствую. Внедорожник снова уклонился в сторону. Она вернула его в должное положение.

– Я надеюсь, ты поверишь. Дело в том…

Пайпер всплеснула руками, предоставив машину на время самой себе и заставив сердце Дина замереть.

– Мы опять о том же, – сказала она. – Все это галлюцинация. Сила могущественного воображения, наслоившаяся на интуитивный разум. Я знаю, знаю. Ты уже все это не раз говорил.

Пайпер снова сосредоточилась на управлении. Мотор взревел, как цирковой кот, пойманный при попытке к бегству.

– Но тот грузовик. Трупы. Все эти вещи реальны. Не продукт моего воображения. Ты все еще веришь, что они подотчетны науке?

Дин молчал.

Они свернули на Бикер-стрит, по направлению к его дому. Уличные фонари отбрасывали желтые кольца света на девственно-белый снег.

– Можно спросить кое о чем? – Пайпер покосилась на него. – Правда, что ты, шериф и мэр входили в состав братства?

– Братства? – переспросил Дин, по-настоящему удивленный, и лицо его смягчилось. – А, ты имеешь в виду Великолепную пятерку. Кто тебе рассказал?

– Натан. Он очень гордится этим. Дин громко расхохотался:

– Ну, ему тебя не одурачить. Мы не носили капюшоны или что-то в этом роде. Здесь ведь Чёрная Долина. Здесь капюшонами накрывают капоты автомобилей. Мы просто были компанией друзей. И нас прозвали Великолепной пятеркой.

– Странное прозвище, – не унималась Пайпер. – Что оно означало?

Его улыбка стала еще шире:

– На этот счет у каждого своя история.

– А какова твоя?

– Сбивает с толку. Но зато правдивая. Пайпер усмехнулась:

– Это самое лучшее.

– Мы были совсем детьми – одиннадцать – двенадцать лет. Футбольная команда высшей школьной лиги провела свой лучший сезон. По сути трудно стало только в финале. Но то игра была с Окриджем.

– Окридж, – со знанием дела сказала Пайпер. – Легенда нашего штата.

– Точно. Как бы там ни было, у кого-то возникла блестящая идея, что будет очень смешно, если мы соберемся у моста через Вилламет и, когда покажется автобус команды Окриджа, повернемся задом и спустим штаны.

Пайпер прижала ладонь к губам и фыркнула от смеха:

– О боже, вы засветили команде Окриджа?

– Нет. Мы пытались засветить футбольной команде Окриджа. Я помню, Натан стоял на страже…

– Он? С его толстенными стеклами?

– Точно. Итак, он дал сигнал, мы повернулись, сняли штаны и хохотали, как дураки, выставив свои тощие ягодицы. Но когда автобус проехал, я увидел надпись на заднем стекле: «Первая баптистская церковь Черной Долины».

– О нет!

– О да! Мы поприветствовали хор. Я как сейчас вижу лицо миссис Аберкромби, прижатое к стеклу, с выпученными глазами и отвисшей до предела челюстью.

– Органистки? – задыхалась от смеха Пайпер.

– Семидесятидвухлетней органистки, – добавил Дин. – Именно священник первым назвал нас Великолепной пятеркой.

Глаза ее от смеха наполнились слезами. Но через минуту улыбка Дина пропала.

– Великолепная пятерка все еще жива. Великолепная четверка уже ничто, – пробормотал он.