Шрифт:
Бармен был на своем посту за стойкой, протирал стопки серым полотенцем. На зависть бодрый, хоть и со щетиной.
– Нет еще. Где я могу купить одежду?
– У старьевщика Ластера ,где же еще?
– А постирать ее?
– У мамаши Шелби.Это недалеко от пристани.
– Вы же тут всех знаете,Саймон?
– Пожалуй что так, мистер.
– Кто такие -братья Льюис?
Бармен поморщился.
– Мелкие бандиты.
– Вот как?
– Да, ничего серьезного: воровство скота, мелкий грабеж. Неохота парням целые дни напролет горбатиться на ферме, вот они и шалят.
Не садитесь с ними играть в покер-в этом они мастаки.В миг все проиграете! Я предупредил!
– Спасибо. Мне и проигрывать особенно нечего.
– Некоторые оставались в одном белье,мистер,после игры с братьями Льюис.
– Я буду осторожен.
– улыбнулся Лаки, вспомнив что у него и белья-то нет под комбинезоном.
Ластер копался в лавке и Лаки встретил как любимого родственника. Видимо вчера неплохо нажился на нем и рассчитывал на продолжение.
В обмен на тюбик с депилятором Лаки выменял комплект местного белья-рубаху и кальсоны(чтобы было в чем уходить от братьев Льюис в случае проигрыша),плюс рубашку с пиджаком и брюки. Все ношенное и пахучее, а рубашка в старых пятнах крови.
"С трупа сняли?"
Старый мошенник был в восторге от приобретения, особенно когда Лаки на себе продемонстрировал как за пять минут избавиться от щетины.
– Так мне теперь и цирюльник не нужен! Это же такая экономия!
"Да,на весь месяц..."
Дом мамаши Шелби располагался на берегу. За домом ,во дворе на кирпичной примитивной печи стоял закопченный котел литров на двести и испускал струйки пара.
Сама хозяйка-загорелая,худая тетка в клетчатом платье с дочерьми-подростками на лавочке сидя, завтракала вареной кукурузой, обильно поливая ее красным соусом.
За пару шиллингов у Лаки взяли одежду в стирку.
– После обеда заберете. Будет как новая!
Как первому клиенту дня ему презентовали сочную кукурузину.
Дойдя до пристани и на ходу позавтракав, Лаки обнаружил там открытую кассу и дремлющего в ней беззубого старикана.
Купил у него билет третьего класса на пароход до Джорджтауна, отдав почти все деньги.
– Когда будет пароход?
– Сегодня или завтра...
– А точнее?
– Пароход весь Рондервуд встречает. Не опоздаете....
Когда он вернулся к кабаку, на террасе нервно бродила Патриция, бросая взгляды во все стороны.
Увидев Лаки, она тут же сделала вид что просто вышла полюбоваться восходящим солнцем и никого вокруг не замечает.
На ней было новое, хоть и мятое платье цвета морской волны с длинными рукавами и белоснежным воротничком. Локоны на голове тщательно уложены и пришпилены.
– Доброго утра, Патриция.
– Ах, это вы?!Доброго утра! Хотите завтракать со мной?
– Спасибо за приглашение, не откажусь.
За стойкой бара торчали два субъекта с красными носами, похмеляясь все той же жидкостью для чистки полов, которую по недоразумению шериф именовал скотчем.
Патриция выбрала столик подальше, у самой лестницы на второй этаж. Парнишка с кухни притащил тарелки все с той же яичницей и беконом.
– Вы уже плавали на "Огоньке"?
– Еще нет.
– Представляете, там подают настоящий кофе! Вы пробовал кофе?
– Конечно. Хотя в Лондон-Сити предпочитают чай с молоком.
– Как я вам завидую! Просто безумно! Вы в каком классе плывете?
Лаки показал ей купленный билет.
– А я в первом. Братья сказали чтобы я выбрала самое лучшее место.
– У вас добрые и заботливые братья, Патриция.
– Еще бы! Они такие талантливые!
– Ешьте же, ваш завтрак становиться холодным.
Ротик Патриции не закрывался. Вскоре Лаки был осведомлен и о талантах ее братьев и об особенностях ее любимой коровы и о замечательной роще рядом с фермой.
"Девочка на меня запала судя по восторженным взглядам. Будет это проблемой или преимуществом?"
– Ой, я все о себе и о себе! Вас кто-то изумительно чисто побрил! Можно потрогать? Кожа нежная, как у девушки! Прекрасно!
– У старого Ластера есть средство для бритья.
– Как трудно быть мужчиной!
– вздохнула Патриция.
– Вечное бритье....
– На Цирцее девушки тоже бреют волосы на теле.
– брякнул Лаки.
Патриция мгновенно покраснела.
– Что...на самом деле?Везде?!
В благодарность за завтрак Лаки пришлось пару часов гулять с нею вдоль берега и рассказывать, но не про Лондон-Сити, а по женские традиции и моды Цирцеи.