Богине Бау поклонялась прабабушка Джуны, слывшая своего рода местной знахаркой. К ней приходили больные, она гладила пораженное место, водила руками, веточкой и при этом что-то шептала. Малышка девочка не раз пыталась подражать прабабушкиным пассам, напевая или нашептывая при этом что-то свое. Вообще-то ребенок рос со странностями: с ней происходили какие-то невероятные события, приключались галлюцинации, во сне она предсказывала, отвечала на вопросы взрослых. Как-то десятилетняя Джуна, увидев у сверстницы бородавки на руках, потрогала их из любопытства. Через несколько дней бородавки посинели, затем подсохли, побелели и отпали. Тогда это прошло мимо сознания ребенка. Свою способность исцелять она осмыслила лишь взрослой девушкой, когда, приехав в Тбилиси с дипломом киномеханика, чтобы начать самостоятельную жизнь, устроилась работать помощницей… в баре одного из модных кафе. Но как только осознала свои уникальные способности, стала добиваться содействия медиков, научного осмысления того, что с ней происходит. Позднее, после многократных попыток пробить стену, она напишет: «Хотела бы задать своим оппонентам и их сторонникам всего несколько вопросов. Какими приборами определяется сила гипноза или упомянутого внушения? С помощью какого поля взаимодействует внушающий с материей? В каком дальнодействующем поле находится собака, которая отыскивает своего хозяина, пробежав несколько сотен километров? На какой волне и какое поле, электромагнитное или акустическое, чувствует мать, что в далеком от нее городе с ее сыном произошло несчастье?»

В самом деле, вряд ли внушением можно вылечить косоглазие, свищ в прямой кишке или сшить послеоперационную рану. А Джуна и это делала, пользуясь искусством «слушать свои руки» (почти так она и назвала свою книгу). И вероятно, справедливо в какой-то степени утверждает, что ее метод диагностирования, лечения и профилактики оригинален и отличен от гипноза. Лечением наложением рук или бесконтактным массажем пользовались в самых разных странах в разные времена. То эти методы становились сверхпопулярными, а то вовсе исчезали и казались утраченными, но они существовали. Джуна старательно изучала разные методы и способы воздействия руками, а с годами, с опытом, накопленным практикой, усовершенствовала их и, приспособляя к своему дару, создала собственный метод. Причем она утверждает, что методом Джуны могут овладеть не только люди, наделенные особыми способностями, но и многие желающие. Он может стать доступным для большинства врачей при лечении разных заболеваний, а для широкого круга людей — средством профилактики заболеваний.

Подчеркну еще раз: Джуна сразу же, как только обнаружила свои уникальные способности, обратилась в медицинские учреждения за поддержкой, советом и помощью, прекрасно отдавая себе отчет, что лечить без элементарных знаний хотя бы анатомии и физиологии нельзя, что это несерьезно да и может привести к нежелательным последствиям. Важно ведь диагноз, поставленный чувствительными руками, проверить и подтвердить на современных медицинских приборах. Рядом и вместе с медиками она твердо знала, что сможет творить чудеса. Но пришлось бы ей тоже, как многим другим, обладающим даром сверхчувствительности, до дна испить горькую чашу неприятия, непризнания, даже прямых оскорблений, если бы не железная ее воля да удача, благосклонность судьбы.

В 1979 году первый раз Джуне «крупно повезло» — пригласили в Тбилисскую клиническую железнодорожную больницу для проверочных экспериментов. Однако кончилось «везение» печально. Хотя результат был назван «ошеломляюще впечатляющим», официальный отзыв о благоприятном воздействии на ход лечения больных радикулитом и остеохондрозом дать отказались, а через несколько дней указали на дверь.

Мало того, в одной из газет появилась статья, бросающая тень на ее репутацию. И если бы среди обращавшихся к ней страждущих не оказался заместитель министра здравоохранения Грузии и если бы он не был порядочным и разумным человеком, кто знает, как сложилась бы ее дальнейшая судьба. После выступления Ш. Ломидзе в «Комсомольской правде», где он написал: «Думается, что специалисты-медики, получившие серьезное вузовское образование, оказались бы только в выигрыше, если бы почерпнули что-то еще и у Давиташвили», гроза, собиравшаяся над ее головой, в какой-то степени разрядилась. Однако эксперименты в одной, другой, третьей столичной поликлинике после переезда в Москву заканчивались примерно так же, как в Тбилиси. Потрясающе, но непонятно, необъяснимо, значит, лучше не связываться, исследований не устраивать, официальных отзывов не писать…

И все же нашла в конце концов Джуна поддержку — совсем с другой стороны, откуда не ожидала: не у медиков, а все-таки у представителей точных наук. Математик академик Г. И. Марчук, бывший в те годы председателем Госкомитета по науке и технике, нашел время ознакомиться с результатами ее метода и поручил ученым разобраться с этим феноменом. Физик, тогдашний президент АН СССР академик А. П. Александров заявил в печати, что «таких людей, как Давиташвили, которые искренне стремятся помочь больному и помогают ученым понять природу их методов, причислять к мистификаторам нельзя. Повторяю: нужно работать, чтобы объяснить эти явления».

В сентябре 1980 года наконец-то начались эксперименты по изучению феномена Джуны в научных медицинских учреждениях: в начале в Центральном научно-исследовательском институте рефлексотерапии, а позже — в НИИ нормальной физиологии имени П. К. Анохина. Вначале в основу программы испытаний легло предположение о том, что бесконтактный массаж — так назвали метод, применяемый Джуной, — вызывает в организме пациента взаимодействие некоторых физиологических процессов резонансного характера. Для проверки надо было провести на телеметрическом устройстве полиграфическую регистрацию синхронной электроэнцефалограммы (электроизлучений мозга) Джуны (индуктора) и пациента (реципиента).

По каким-то причинам в то время задуманную программу осуществить не удалось. Обидно. Если вспомним то, о чем рассказано в главе «Тайный сигнал природы» — о резонансном эффекте воздействия миллиметровых электромагнитных полей на организм человека, тогдашнее предположение ученых-медиков могло оказаться очень близко к разгадке волнующей тайны. Они, как в детской игре «горячо — холодно», подошли к отметке «тепло». Впрочем, возможно, я и ошибаюсь, — что теперь гадать! Тем более что другой избранный путь — проведенная программа по определению и измерению реального тепла, излучаемого Джуной и больным, на которого она воздействовала, — оказался весьма полезным и для науки, и для медицинской практики.

В эксперименте измеряли термополя и термоизлучения Джуны и пациента до и во время сеанса на высокочувствительном термовизоре японского производства. Как это делалось? Сначала с экрана дисплея на обратимую фотопленку сняли тепловую картину правой руки шестидесятилетнего человека, страдавшего хроническим заболеванием, возникшим в результате ранения из-за рубцовых изменений в плече и лопатке. На полученном тепловом «портрете» кисть руки вообще не выявилась, как будто она отсутствовала. Следовательно, температура кисти не отличалась от комнатной из-за резко нарушенной циркуляции крови в сосудах, то есть из-за спазма сосудов, специфичного для подобного заболевания. Снимок середины предплечья также отчетливо показал, вернее, не показал участок с резко сниженной температурой. И вот Джуна приступила к своим пассам. Пациент почувствовал тяжесть в кисти, потом какое-то странное отталкивание, вроде как бывает при сближении однополюсных магнитов. Через несколько минут все эти ощущения исчезли и осталась только приятная теплота, которая постепенно нарастала. Сразу же сделали повторную термограмму, а затем тепловые снимки повторяли через каждые пятнадцать минут. На них четче и четче проступали все расширяющиеся контуры повышенной температуры. Наполнялись кровью сначала мелкие сосуды, а потом и крупные. Площадь холодной зоны прямо на глазах таяла, как кусок льда под солнцем. Наконец проявился «портрет» всей кисти. Сеанс длился 45 минут. Температура кисти поднялась на три градуса по Цельсию!