– Никак. Рой честно отбирал генераторов. Нужен был генератор с резонансом, и чтобы он в итоге... Мне было откровенно все равно, кто победит. Пилотом для дочки должен был в любом случае стать Марк. Я вообще был удивлен, что среди кандидатов оказался кто-то из вашей бригады. Такие совпадения бывают один раз на миллион.

"А я-то как в свое время удивлен был", - подумал полковник, однако от замечаний воздержался.

– А откуда вы, господин профессор, - перешла на "вы" Елена, что было верным признаком растерянности и волнения, - знали, что Марк - это именно тот, кто нужен? И вообще, откуда он взялся? Только теперь давайте на полную чистоту...

– Это очень долгая история, - грустно улыбнулся старик, и рассказал своим коллегам все. Рассказал про резонанс. И про то, что Марка нашла по его же, Андерса, просьбе Сестра. И про то, как он собственноручно обрубил их нынешнему пилоту все концы к отступлению. И про "случайную" встречу в самолете... коллеги, в том числе и несколько присутствующих здесь Фениксов, слушали, затаив дыхание. Единственное о чем умолчал господин младший куратор, так это об истинных первопричинах появления Тантры. Хотя, может быть, и не было в этих первопричинах чего-то компрометирующего. Ну, по крайней мере, Канцлер, который теперь тоже это знал, ничего Тантре не сделал.

– Я все равно немного не понимаю.
– Елена после всего услышанного оказалась еще в большем замешательстве.
– Если вы понимали, что Канцлер может узнать об этом во время итогового экзамена в псевдореальности, то зачем вы изначально рассказывали Марку обо всем этом? Что бы изменилось, если бы он не знал?

– А я, кажется, понял!
– воскликнул полковник и несколько раз громко хлопнул в ладоши.
– Браво, Андерс, браво! Ты хотел таким образом ткнуть Канцлера носом в его ошибку. Заставить его изменить таблицу прерогатив, чтобы в будущем пилотов кораблям выбирали правильно, с учетом симпатии. Ведь когда у Канцлера на руках буду им же полученные результаты экзамена, то... он признает свою ошибку. Вот ведь старая лабораторная мышь... не только о себе, а и о будущих "дуэтах" думает! Но я все еще не понимаю, все-таки, откуда у тебя была такая уверенность, что он сдаст? Ведь идеальная совместимость и идеальная эффективность - вещи разные...

– А не было у меня никакой уверенности, - ответил старик.
– Была надежда и вера.

Остаток пути все снова летели в полном молчании, и каждый думал о своем и переваривал услышанное.

***

Два массивных раскрашенных в "корпоративные" голубой и салатовый цвета летательных аппарата приземлились на пустыре в центре восьмого полигона. Тьма персонала, казалось, только и ждала этого. Люди засуетились. Кто-то кинулся отворять створки центрального ангара, кто-то следил за приведением в боевую готовность гигантского надувного матраса и не менее гигантского же одеяла, больше смахивающего на подбитый искусственным мехом чехол для танка или какой-то другой крупной военной техники. Еще четыре человека стояли наготове с носилками и одеялом для пилота. Все дороги были расчищены, все лекарства и оборудование - подготовлены.

На выгрузку людей из первой машины никто особого внимания не обратил. Однако стоило только второму транспорту раскрыть грузовой люк и выпустить на волю самоходную платформу, на которой лежали наши герои, как работа закипела.

Спустя минуту кто-то уже обвязывал Леру тросами, дабы при помощи подъемного крана аккуратно перенести ее в ангар. Интересно, обращал ли Марк когда-нибудь внимание на то, что у ангара, служащего входом на подземные этажи полигона, в крыше имелся прелюбопытнейший люк, соответствующих Валерии размеров?

Также гостей выбежал встречать живой и здоровый Тефтель, сразу кинувшийся к своему хозяину. Однако его, к искреннему удивлению животного, все эти люди от хозяина отогнали. И на второй, и на третий раз тоже. Щенок заскулил, но, видя безрезультатность своих попыток, все-таки смирился и теперь, буквально не сводя глаз, наблюдал за Марком с некоторого расстояния, не иначе как выжидая подходящий момент для того, чтобы "прорвать оборону".

– А где Йоно?
– Елена покрутила головой, осматривая пространство, и нигде не находя их штатного "суперинженера".

– Не там смотришь.
– Полковник тихонько толкнул ее локтем под ребра, после чего пальцем указал на кабину подъемного крана.

– Не знала, что он умеет управлять чем-то подобным, - удивилась женщина.

– Он и не умел, куратор Елена, - вмешался в их разговор случайно пробегающий по делам один из бесчисленных рабочих.
– Он научился. Пока вас не было. Сказал, что никому другому не позволит этим заниматься, под угрозой больших проблем.

Все три куратора переглянулись между собой. Гений - он во всем гений. Что ему стоит освоить за сутки подъемный кран? К тому же, за время отсутствия кураторов он, кажется, умудрился выбить себе среди персонала привилегированное положение.

Первое, что ощутил Марк, открыв спустя примерно сутки беспамятства глаза, это эффект дежавю, ибо он лежал в своей постели, в своем "домике", на своем полигоне. В этом он не сомневался ни секунды. Это было страшно. Заснуть в лесу и оказаться здесь, потом пережить все это, выбраться с территории полигона, и снова оказаться здесь же.

Марк прислушался к своим ощущениям, и вдруг понял, что все, что он способен делать, это моргать, и шевелить глазами. Во всем остальном его тело было парализовано. Это... Это было похоже на симптомы Ламии! Что именно пилот пережил в эти самые секунды, было одной Сестре известно.