Понятное дело речь идет только о платежеспособном (в рамках международного разделения труда) спросе. Если тебе нечего предложить на глобальный рынок, то твои потребности мало кого интересуют. Умирающие от голода дети в Африке могут это подтвердить. Бывшие промышленно-развитые страны, которые после перемещения в другие регионы планеты большей части своей промышленности правильнее стало называть "странами лидирующего развития", вынуждены были посадить собственное население на прямые и косвенные формы социальных пособий. Работы в нормальном понимании этого слова в этих странах почти нет. Ведь вместе с промышленностью в ЮВА уплыли офисы соответствующих кампаний, а сейчас уплывают и наука с образованием. Взять, например Францию. Бунтари из предместий могут требовать работы до посинения. Все равно не получат. Я уж и не припомню, когда во Франции в последний раз случались нормальные забастовки рабочих. Если кто и бастует, так это либо государственные служащие, либо работники обеспечивающей инфраструктуры, например транспортники. Остальные молчат в тряпочку, чтобы хуже не стало. Ведь многие оформлены на работу по различным "временным" схемам, то есть на птичьих правах. Но и в благословенных для бизнеса "теплых краях" с низким уровнем издержек и дешевой рабочей силой с занятостью тоже не слишком здорово. Ведь рабочая сила там отчасти потому и дешевая, что редкие анклавы глобальной экономики окружены морем безработицы и нищеты. Мир изменился принципиально. Раньше крестьянин, несмотря на свою не слишком высокую роль в социальной иерархии мог сохранить самоуважение. Понимал, что именно он является основой всего, что именно на его труде держится общество. Что без него все эти баре, чиновники и прочие просто протянут ноги от голода. А теперь фермерам платят дотации, чтобы не дай бог не вырастили чего лишнего. Раньше женщина могла гордиться, что у нее много детей и все они здоровые и ухоженные.

А теперь на многодетных матерей смотрят как на сумасшедших. Раньше рабочий мог отстаивать свои экономические интересы, пользуясь тем, что общество зависело от его рабочих рук. А теперь этих самых рук такой переизбыток, что ему приходится сидеть и не чирикать. А если все-таки решится, то производство быстро выведут туда, где людям вообще не до чириканья. Жалкий лепет про блистательное развитие "сферы услуг", которая де в приличном обществе может вместить всех лишних работников, не имеет отношения к действительности. Не вместит! Да и те, которые уместятся, тоже спасибо не скажут. Пропаганда может уверять что "все профессии нужны, все профессии важны", но ведь есть еще и инстинкты. А они прямо таки криком кричат, что непосредственное оказание "услуг" не связанным с тобой родственными узами членам стаи (особенно рядовым ее членам), недвусмысленно указывает на предельно низкий ранг особи в иерархии. Деньги деньгами, а самоуважение самоуважением. Золотарь он и есть золотарь, пусть даже восседает в кабине сверкающей металлом и пластиком ассенизаторской машины. Возможно, и есть люди, которым нравится стоять за прилавком, наводить педикюр на грибковые ногти, шустрить с салфеткой в ресторане и массировать чужие, жирные телеса, но, на мой взгляд, это попахивает мазохизмом. На практике продавцы обычно тихо ненавидят покупателей, крупье презирают игроков, а таксисты звереют от капризных пассажиров. Необходимость еще и постоянно улыбаться при такой работе, делает ее особенно невыносимой. То есть общество "взаимных услуг" на самом деле выливается в общество тотальной взаимной ненависти. В такой ситуации даже житие на жалкое социальное пособие может показаться предпочтительней. Для многих рядовых граждан государство это нечто далекое и абстрактное, сродни дикой природе, у которой брать не зазорно. Правда, еще имеются чиновники в социальных службах, которые могут порядком помотать нервы с оформлением соответствующих бумаг. Но это случается не так уж часто, а для поддержки самоуважения с ними всегда можно от души полаяться. Реальный человек вообще весьма далек от сомнительной модели "человека экономического". Для него важны не только и не столько различные материальные блага и прочие покупные удовольствия. Для него важен его социальный статус, важно уважение окружающих, дружба, любовь, в конце концов. А деньги только средство, которое может помочь все это получить. Постмодерн отнял у людей не только их рабочие места, он отнял у них достоинство и самоуважение. Взамен предложил эрзацы: зрелища, виртуальные миры, эпатаж, креатив, свободный секс и тому подобное. Но самоутверждение путем покраски волос в невообразимый цвет, или путем победы над бесчисленными монстрами в компьютерных играх или поджогом машин посредством коктейля Молотова вовсе не отменяет того печального факта, что ты мало того, что абсолютно не нужен обществу, но и являешься для него досадной помехой. По-моему, это чрезмерно высокая плата за прогресс и увлечение постоянным подъемом производительности труда. У оппозиционных идеологов часто можно встретить проекты превращения России в некую "технологическую долинку", когда страна будет получать основные доходы на стезе науки, высоких технологий, передовой техники и так далее.

Мол, индустрия в прогрессивный век информационных технологий не котируется, продовольствие проще купить за рубежом. Лично я и не против. Дело хорошее. А вот вопрос: какой процент нашего населения реально будет занят в научных лабораториях, цехах опытных производств, патентных бюро и на испытательных полигонах? Сходу могу сказать — весьма и весьма небольшой. А что в таком случае будут делать остальные наши сограждане?

2006 г.

Как ясно из названия речь в статье пойдет вовсе не о том кто прав или виноват в "газовой войне" с Украиной, кто в ней выиграл по условиям подписанного перемирия, и каким образом и в чью пользу будут "распилены" немалые деньги. Лично я являюсь убежденным противником сырьевой ориентации российской экономики вообще и широкомасштабных поставок на экспорт энергоносителей в частности. По моему мнению, нашей стране стоит стремиться к ситуации, когда она навсегда избавит "несчастную" Европу от той "опасной", "недопустимой", "угрожающей" и "унизительной" энергетической зависимости от России, о которой в унисон трубят все европейские (и не только) средства массовой информации. Я внимательно просмотрел с полсотни статей в европейских, американских и прочих изданиях.

В защиту интересов России не выступил практически никто. Причем этого не сделали даже те, кто имеет немалые деньги от совместного бизнеса в соответствующих сферах. Один из руководителей авторитетного Немецкого общества внешней политики Александер Рар четко написал: "Бизнес-структуры, которые могли бы вступиться за Россию, отмалчиваются". "Западные предприниматели, успешно работающие на российском рынке, неожиданно разъехались в отпуска и замкнули рты на замок, испугавшись попасть ситуацию, когда им придется оправдываться или выкладывать карты на стол". Таким образом, пока наши, так сказать, "партнеры" набрали в рот воды, на Россию обрушился шквал тотальной критики, невиданный, наверное, со времен вторжения СССР в Афганистан. Несколько характерных цитат: ("The Guardian", Великобритания) "Ясно, что цену на "голубое топливо" в этом регионе мира определяет отнюдь не рыночный механизм: ее диктует беспощадная реальность "силовой политики". Равновесие достигается между громилой и жертвой, а не между спросом и предложением". ("New York Post", США) "Москва преподнесла миру новогодний подарок, начав фронтальное наступление на демократию. Посреди зимы русские прекратили поставки природного газа Украине. Нынешний российский царь показал свою готовность заморозить свободный народ до смерти, дабы продемонстрировать усиление власти Кремля. В настоящее время российский газ должен транзитом проходить по территории Украины и ряда других новых независимых государств. А это лишает Москву возможности перекрывать поставки газа своим бывшим подданным, не теряя при этом доступа на рынки Запада. (Вчера Москве пришлось восстановить поставки части газа, чтобы успокоить встревоженных европейцев — встревоженных не проблемами Украины, а своим собственным благополучием.) Когда трубопровод Шредера будет готов к эксплуатации, Путин и его преемники смогут перекрывать поставки энергоресурсов тем народам, которые еще недавно Россия держала в рабстве. При этом она не будет причинять дискомфорта избалованным гражданам старой Европы. Но со временем придет черед и для Западной Европы". ("Sueddeutsche Zeitung", Германия) "Кто пытается заигрывать с Россией, которая шаг за шагом отдаляется от демократии, тот лишь увеличивает эту опасность. Ибо он позволяет самовластно действующему внутри страны окружению Путина вести себя высокомерно и за ее пределами". То есть за "пережитки имперского мышления" нас честят по полной программе и по всем каналам. Но это штучки привычные и знакомые. Гораздо интереснее другое. Есть существенная разница в юридической казуистике между собственно "цивилизованными" странами и Украиной, Польшей, Грузией и прочими лимитрофами новой версии "санитарного кордона". Последние пытаются подвести под свои претензии хоть какие-то юридические основания, ссылаясь на некие соглашения, договора, согласованные расценки и тому подобное. Что же касается СМИ Европы и США, то до изложения правовой предыстории конфликта они не снисходят вообще. В ходу следующая логическая цепочка: Россия долгое время поставляла газ на Украину по льготным ценам. Платить за газ реальную рыночную цену Украина просто не в состоянии, ибо это привет ее экономику к краху. Следовательно, Россия должна и дальше продолжать льготные поставки. Российские около-правительственные СМИ, надо думать с подачи Газпрома, с той или иной степенью ехидства пытаются высмеять данный подход к делу. В том смысле, что не рыночный он и уж тем более не правовой. Ребята, скажу я вам, натурально заблуждаются по всем пунктам. В первую очередь по поводу "свободного рынка". Уж кто-кто, а нынешнее российское руководство должно знать, что "свободный рынок" существует только в тех книжках, которых начитались в юности сторонники "демократов первой волны".

А в реале (особенно на межгосударственном уровне) чаще действуют совсем другие механизмы. Что же касается правовой стороны дела, то следует помнить, что в "западном" правовом сознании (особенно в Англии и США) огромное значение имеет понятие "прецедента". А оно в свою очередь связано с некоторыми средневековыми юридическими практиками. Немалое влияние оказала здесь средневековая конструкция сейзины (от фр. saisine; в Германии, Нидерландах — weer, were, Gewere или vestitura на латыни). Вот что пишет об этом в своей работе "Феодальное общество" Марк Блок: "Впрочем, признаваемый за традицией авторитет в одном смысле сам благоприятствовал изменению. Ибо всякий акт, совершенный однажды, а тем более повторенный три или четыре раза, мог превратиться в прецедент, даже если вначале был исключением, даже явным злоупотреблением. В начале IX в. монахов Сен-Дени однажды попросили, когда в королевских погребах в Вере не хватило вина, послать туда двести мюи. С тех пор от них стали этого требовать каждый год как обязательной повинности, и, чтобы ее отменить, понадобился государев диплом. Рассказывают также, что в Ардре какой-то сеньор завел у себя медведя. Местные жители, которым нравилось смотреть, как медведь дерется с собаками, предложили его кормить. Затем медведь околел. А сеньор продолжал требовать, чтоб ему приносили хлеб. Правдивость этого анекдота, быть может, сомнительна, зато его символическое значение бесспорно. Многие повинности возникли подобным же путем из добровольных подношений и долгое время сохраняли такое наименование. Напротив, если рента не выплачивалась в течение нескольких лет или если вассал не возобновлял присягу господину, тот почти неизбежно утрачивал свои права в силу давности. Установился даже обычай составлять любопытные документы — со временем их становится все больше, — которые дипломатисты называют "грамотами о ненанесении ущерба". Барон или епископ просит убежища у аббата; нуждающийся в деньгах король взывает к щедрости своего подданного. Согласен, отвечает тот, кого просят. Но при одном условии: пусть будет написано черным по белому, что оказываемая мною любезность не будет мне в ущерб обращена в ваше право. Однако эти предосторожности, к которым могла прибегнуть только особа известного ранга, оказывались эффективны лишь тогда, когда соотношение сил не было чересчур неравным. Одним из следствий признания силы обычая слишком часто было узаконение насилия и расширение сферы его действия. Разве в Каталонии не существовал обычай при захвате чужой земли обусловливать в поразительно циничной формуле, что земля эта уступается со всеми правами, которыми пользовался ее владелец "безвозмездно или насильно"? Сейчас на дворе не средние века, но как наглядно видно из реакции "цивилизованного мира" на газовый конфликт "право обычая" вовсе не кануло в Лету вместе с феодализмом. Живехонько оно и фактически продолжает действовать. То есть если Россия некоторое время снабжала дармовым газом будущего члена ЕС и НАТО, то в дальнейшем она не только должна, но и обязана это делать до второго пришествия. Само собой разумеется, что подобные штучки возможны только во взаимоотношениях сюзерен-вассал. Что навевает неприятные мысли о текущем статусе России в глазах Запада. Государствам-вассалам "цивилизованного мира" (а таковых в списке ООН сейчас подавляющее большинство) следует помнить, что оказание любезностей из соображений "доброй воли" весьма чревато. Любезность запросто может обернуться обязанностью или даже повинностью, если опрометчивый вассал вовремя не озаботился прикрыться соответствующей бумажкой. Завтра вы попытаетесь избавиться от обременительной "любезности", будь то голосование в Совете Безопасности в поддержку позиции США, или посылка войск в Ирак, или допущение работы на своей территории финансируемых из-за рубежа общественных организаций, или предоставление неких экономических преференций и сразу возникнут серьезные проблемы.

Оскорбленный нарушением своих ЗАКОННЫХ ПРАВ сюзерен отвесит вам на полную катушку.

2006 г.

И речь тут идет вовсе не о таинстве крещения в православной церкви. С этим-то делом все обстоит на уровне. Телевизионные картинки высших российских руководителей красующихся со свечками в храмах на церковные праздники всем уже оскомину набили. Возможно, они и на причастие ходят, а может даже и на исповедь. Лично, я не и против. Свобода совести у нас, пусть ходят хоть в церковь, хоть в мечеть, хоть в синагогу. Но у термина "крещение" есть еще один смысл. Помните старую российскую телевизионную эпопею "Противостояние"? Там у предателя Кротова в досье было записано — "крещеный". В том смысле, что немцы его "окрестили кровью", то есть руки предателя в крови советских граждан и при разоблачении ему в любом случае светит законная пуля. Вот и наша нынешняя российская элита вся "крещеная". Она крещена разрушением СССР, крещено разграблением общенародной собственности, крещена счетами в иностранных банках, недвижимостью на европейских курортах, своими детьми, рожденными на выезде в клиниках США для облегчения получения тамошнего гражданства и так далее.

И у кого может быть доверие подобного рода деятелям? У "духовных пастырей" со штаб-квартирой в Лэнгли — возможно, но лично я бы таким людям общественной уборной руководить не доверил, не говоря уже о собственной стране. Ведь все они по сути дела "на крючке" и их самостоятельность в принятии решений весьма и весьма сомнительна. Поводок в любой момент, может быть, натянут и кто знает, каких услуг могут потребовать от крестников? И услуги эти обычно оказываются, ведь в противном случае могут произойти неприятные вещи вроде ареста счетов или даже ареста в аэропорту. А для самых упрямых, то есть желающих освободиться от крючка или упорно нежелающих его глотать есть гаагский трибунал и "свободолюбивый народ". Вспомним, например, крайне печальную кончину румынского диктатора Чаушеску, расстрелянного вместе с женой после пародии на суд. А он всего-то хотел быстрее вернуть (и вернул!) Западу взятые страной на индустриализацию кредиты и соответственно избавиться от зависимости. Думаю, что видеозапись этой казни видели все постсоветские и постсоциалистические президенты и президентики. Видели и сделали соответствующие выводы. Судьба Милошевича тоже дала дополнительный повод для размышлений.