Пражский епископ Герман, человек мудрый и справедливый, оказавшись среди всех этих событий, связанных с обоими князьями, отправился к своему другу Отто, епископу Бамбергской церкви, чтобы не показалось, будто он следует за той или за другой из этих неверных сторон. А Святополк, сидя под стражей, пытался через первых лиц при дворе отвратить [от себя] гнев короля и обещал ему 10 тысяч марок серебра. Король, получив от него клятву верности, отпустил его, отправив с ним одного из слуг, чтобы тот получил деньги. Когда [Святополк] прибыл в Прагу, то ограбил святые храмы, отнял украшения у женщин и собрал все, что блестело в Чехии золотом и серебром; однако едва смог собрать 7 тысяч марок серебра. Взамен остального он дал [королю] в заложники своего брата Отто. Епископ Герман, вернувшись, также дал из доходов Пражской церкви 70 марок золота и 5 драгоценных облачений; не было ни аббата, ни приора, ни клирика, ни мирянина, ни еврея, или торговца, или менялы, ни даже бедняка, играющего на цитре, который бы не дал охотно что-либо из своих запасов. Через несколько дней Отто, бежав, вернулся к брату; это очень не понравилось королю.c

В этом году умерли Гебхард, епископ Шпейерский, и Бурхард 10 Базельский, который долгое время нападал на церковь, но наконец образумился.

1108 г. a Король Генрих, отпраздновав в Майнце Рождество Господне, вернул Роберту, графу Фландрии, свою милость.

В этом время возникла вражда между Коломаном, королем Венгрии, и его братом по имени Альм 1 , поскольку каждый из них считал, что именно он по законам тамошнего народа более достоин королевского звания; лишенный земель и герцогской власти, знаменитый среди венгров и почитавшийся вторым после короля, как и положено королевскому брату, Альм пришел к королю Генриху и перед лицом всей знати оплакал свои несчастья, не иначе как Адгербал 2 позаботился оплакать величие Римской империи с целью вызвать к себе сострадание и обрести защиту. a

bВ это время Ита, жена князя Святополка, родила сына; король Генрих послал за ним и, приняв его из святого источника крещения, назвал своим именем - Генрихом3. Отправив [младенца] обратно, он простил своему куму Святополку его долг, а именно 3 тысячи талантов, и предупредил, чтобы он был готов к походу против Венгрии.b

aИтак, король Генрих, тронутый жалобами Альма, а также из-за того, что Коломан вторгся в пределы его королевства, а именно в приморские земли, вступил с войском в Венгрию. Однако, испытав ряд неудач, особенно из-за перекрытых повсюду речных бродов, после тягостной и безуспешной осады крепости Пресбурга он, не совершив почти ничего достойного, вернулся домой.a

bВ сентябре месяце, в то время, как Святополк вместе с королем находился в Венгрии, Борживой совместно с поляками как враг вторгся в Чехию и прогнал магнатов Вакко и Мутину с их гарнизонами из укрепления, расположенного на границе с Польшей. Ибо Святополк всю заботу о Чехии поручил этим двум людям. Вакко, увидев, что его товарищ Мутина вяло сражается при [обороне] крепости, заключил из этого, что Борживой напал на Чехию по его совету и отправил к Святополку гонца сообщить об этом. Вместе с тем он отправил в лагерь Борживоя другого воина, обученного [искусству] обмана, который заявил, что он бежал из лагеря Святополка, который якобы уже вернулся из Венгрии и намерен завтра сразиться с ними; и подтвердил это под присягой. Устрашенные этим лживым известием, они в ту же ночь вернулись в Польшу. Услышав про это, король Генрих заявил, что отомстит за обиды, причиненные поляками Святополку. Между тем Святополк, охваченный гневом, считал недостаточным наказать одного только Мутину; но под присягой обязался истребить весь род Вршовцев. Итак, он вернулся и, присутствуя на собрании первых людей своего народа, с обвинениями набросился на Мутину; поднялся беспорядочный ропот. Своим согласием [вельможи] еще больше распалили гнев князя. И вот, князь дал знак стоявшему рядом и знавшему его намерения ликтору, а сам вышел за дверь. Ликтор тут же бросился на Мутину и убил его; были также схвачены и убиты его сыновья. Кроме того, в своем имении Либице 27 октября был убит брат Мутины Божей вместе со своим сыном Борухом; их, нагими, словно животных, сбросили в ров, а огромное их богатство разграбили. Мне не удалось узнать, сколько людей из этого рода было предано смерти, ибо их убивали не в один день и не в одном месте. Ведь одних привели на рынок и убили, как тупую скотину, других обезглавили на горе Петрин; одни были убиты в домах, другие -на улице. Остальные из этого рода, те, что остались в живых, спаслись бегством: одни бежали в Польшу, другие - в Венгрию. Случилось так, что когда король Генрих снял осаду и возвращался из Венгрии, Коломан, желая отомстить за нанесенные ему Святополком обиды, вторгся в Моравию и, как враг, ее разорил. Святополк, услышав об этом, соединил оба войска - из Чехии и из Моравии. И вот, когда он мчался во мраке ночи через лес, стремясь тайно подкрасться к врагу и сразиться с ним на следующий день, среди стольких воинов, спешивших вместе с ним, именно князя поразила в зрачок глаза торчавшая [на пути] обломанная ветка, причем так сильно, что ее сучок с трудом вынули вместе с глазом, князя подняли полуживым, а войско в печали вернулось домой 1 ноября.b

1109 г. a Рождество Господне король Генрих праздновал в Майнце. Некоторое время спустя, на проведенном во Франкфурте княжеском сейме, он поручил Вюрцбургскому епископу содержать под стражей пфальцграфа Зигфрида, ибо, как заявил Генрих, некогда герцог Лотарингии, уже вернувший себе милость короля, тот вел речи об убийстве короля и о восстании против его власти. Тогда же был низложен Готфрид 1 , аббат Фульды, а на его место поставлен Вольфгельм 2 , [монах] тамошней конгрегации. a

bВ феврале месяце, когда ударил сильный мороз и все реки замерзли, князь Святополк, уже оправившийся от своей раны в глаз, опять собрал войско и, поспешно двигаясь в течение трех дней и трех ночей, вступил в Венгрию; опустошив всю эту область, он с великой добычей и множеством пленных вернулся домой.

Король Генрих, помня о своем негодовании против Болеслава, князя Польши, в сентябре месяце вступил с войском в Польшу; обложив осадой первый же город Глогау, он опустошил страну по обеим сторонам реки Одер - от названного города до замка Речей3, а затем с великой добычей опять вернулся в лагерь. Решив отпустить на следующий день князя Святополка, он провел с ним весь день до ночи, занимаясь делами королевства. Между тем в лагере находился храбрейший воин, отправленный Иоанном из рода Вршовцев; встав под ветвистым буком, он ожидал возвращения князя. Когда, уже в первых сумерках ночи, он увидел [князя], окруженного большим отрядом сопровождавших [его воинов], то вскочил на коня и, смешавшись на короткое время с толпой, изо всех сил метнул копье между лопатками князя. И не успел князь коснуться земли, как испустил дух. Когда его тело было доставлено в чешский лагерь, среди его людей поднялось смятение и [продолжалось], пока не явился Бурхард, отправленный королем, и не успокоил с трудом волнение народа. Утром пришел король, чтобы оплакать своего кума, и предоставил чехам избрать себе государем того из сыновей князя, кого они сами пожелают. Тогда Вакко, весьма опечаленный, со слезами просил [короля] назначить им князем Отто, брата убитого князя. Однако поскольку это было [сделано] без согласия чехов и епископа Германа, то они обманулись в своих безрассудных [ожиданиях]; в городе Праге посреди собрания была громко зачитана данная некогда присяга. Ведь когда избирали князем Святополка, все чехи торжественно поклялись поставить правителем после его смерти Владислава4, если тот [к тому времени] будет жив.

Итак, Герман, епископ Пражский, и Фабиан, префект города Вышеграда, поскольку превосходили остальных своим достоинством и мудростью, одержали верх в собрании и все усилия приложили к тому, чтобы Владислав получил власть.b

cКороль Генрих, потратив в Польше много сил, взял с этой страны положенную дань, которую [поляки] давно уже не платили.c

dYMep Ротард, архиепископ Майнцский; ему наследовал Адальберт5.

30 мая произошло солнечное затмение.

От молний погибло очень много людей.

В этом году король Генрих обручился с дочерью короля из английской земли6.

Фридрих, архиепископ Кёльнский, Бруно Трирский, канцлер Адальберт, граф Герман7 фон Винценбург и другие, не менее знатные вельможи с шиком отправились в Рим, чтобы установить согласие между господином папой и королем. Господин папа обещал принять [короля] со всей кротостью и отеческой любовью, если тот покажет себя римскому престолу католическим королем, сыном и защитником церкви и любителем справедливости.d