Зои встала за дверью санузла и прислушалась. Голоса, но не близко. Где-то в районе комнаты номер четыре, через несколько дверей отсюда. Кто-то закричал, мужчина, судя по голосу. Кто-то всхлипнул. Шлепки. Женский крик. Торопливые шаги, и в коридоре снова стало тихо. Хлопнула дверь.

Зои потребовались невероятные усилия, чтобы заставить себя покинуть относительно безопасный санузел.

Оказавшись в коридоре, она замотала головой взад-вперед. Дверь на лестницу была в конце коридора, возле камер.

Набрав полные легкие воздуха, она двинулась вперед, не обращая внимания на острую боль. Казалось, что комнаты ползли мимо нее. Несколько дверей были открыты, но за ними было темно. Она хорошо знала эти комнаты, знала расположение каждой, но не заглядывала внутрь. Комната номер шесть, "Темница". "БДСМ". Кнуты и наручники, колодки и дыбы.

В нескольких футах от нее открылась дверь, и трое посетителей высыпали в коридор. Они тащили за собой женщину.

Зои нырнула в комнату номер шесть, воздух резко вырвался у нее из груди. В темноте было невозможно что-то различить.

Свет проникал в открытую дверь, но глаза еще не настроились.

Кто-то застонал. Зои попыталась сглотнуть. Но слюны во рту не было. В горле першило.

Постепенно глаза привыкли к темноте.

В комнате с ней было несколько женщин. Тамара, которая находилась здесь меньше недели, была привязана к дыбе - большой платформе из цельного дерева. Ее искривленные конечности были растянуты на немыслимую длину. Ким висела на стене вниз головой, ее лодыжки были закованы в оковы для рук. Джессика висела на кольцах, закрепленных к потолку.

– Что за хрень...
– пробормотала Зои. Она знала, что те мужчины - больные, но чтобы настолько...

Она поперхнулась, зажав рот ладонью. Слезы затуманили и без того едва видящие глаза.

– Помоги...
– простонала Тамара.

– Зои?
– воскликнула Джессика.
– О, боже...

– Где они?
– спросила Зои.

Ким молчала. И Зои с тревогой подумала, жива ли еще она.

– Помоги мне...
– простонала Тамара, ее голос буквально сквозил болью.

Зои вернулась к двери и прислушалась. В коридоре было тихо.

Сперва Тамара. Зои повернула рычаг, ослабив давление на конечности женщины. Тамара зарыдала, принялась биться головой о деревянное основание.

– Тише, перестань, - прошептала Зои, поглаживая Тамаре пылающую щеку.
– У тебя что-нибудь сломано? Вывихнуто?

– Еще... не... знаю...
– простонала она, опуская подергивающиеся руки.

Затем Зои расстегнула зажимы, освободила Джессику, и та тут же упала на пол.

Ким была без сознания. Ее голова касалась пола, и Зои приподняла ее.

– Ким? Ким, очнись.
– Она проверила пульс. Есть.

Джессика опустилась рядом с ними на колени.

– Как давно она висит здесь?

– Как минимум, час, - ответила Джессика, растирая ей руки, чтобы восстановить кровообращение.
– Ее изнасиловали, а потом повесили.

– Освободи ей ноги. Я подхвачу ее.

Джессика попыталась дотянуться.

– Мои руки, Зои. Они совсем обессилели. Прости.

– Успокойся, Джесс, все в порядке. Расслабься ненадолго.
– Зои приподняла Ким верхнюю часть тела, придерживая ее плечом. Потянулась вверх и расстегнула зажимы, последовательно освободив ноги. Ким рухнула вниз, но Зои удержала ее и осторожно опустила на пол.

Подползла Тамара. Все четверо забились в угол комнаты, прижавшись друг к другу.

Ким была в полубессознательном состоянии. Ее кожа была холодной и влажной на ощупь. Конечности - ледяными, несмотря на то, что в помещении было тепло.

– Что, черт возьми, мы будем сейчас делать?
– спросила Тамара, стуча зубами.

– Они говорили, что планируют? Вы вообще что-нибудь слышали?
– спросила Зои.

– Нет, - ответила Тамара.

– Я слышала, как они говорили, - сказала Джессика.
– Я видела вещи, которые они принесли с собой.

– Вещи?
– волоски на руках Зои встали дыбом.

– Орудия пыток. Как из музея. Или из фильма ужасов. А еще видеооборудование. Они отвезли все это на тележке в комнату номер двенадцать.

Комната номер двенадцать была скудно обставлена, несколько колец свисающих с пололка, и прорезиненный настил на полу. Комната для оргий.

– Они говорили о том, как здорово они развлекутся. Сокрушались, что Джеймс не позволял им делать то, что они хотели. Нам сказали только "до скорой встречи, дамочки", а потом ушли. Но это было уже некоторое время назад.