До полуфинала дошли сравнительно легко. Выиграли у объединенной германской команды (5:4), у Аргентины (7:4), у Бразилии — с разницей в шесть мячей. Первый полуфинальный матч нашей команде предстоял со сборной Румынии. Это уже гораздо более серьезный соперник. К тому же и матч — четвертый за семь дней, нагрузка немалая. Но на Олимпиаде все в одинаковом положении.

Начало провели очень скованно. Румыны отошли назад и подолгу держали мяч, даже не делая попыток приблизиться к нашим воротам. План, стало быть, простой — расчет на случай. Цена же победы высокая — выигравший выходит в финальную четверку.

Эта нудная игра в одни, но крепко запертые ворота продолжалась весь первый тайм и лишь в конце его Мшвениерадзе прорвался вперед, мастерски обыграл своего сторожа Бадице и открыл счет. Все. Взрыв в игре произошел, а после перерыва наши ватерполисты продолжали успешно ломать оборону румын и победили. Путь к медалям для них был открыт.

И наконец, встреча с итальянцами. Перед матчем состоялся тренерский совет. Решили, что играть достаточно двумя нападающими вместо трех. И в защиту ввели Агеева.

А следующее предложение старшего тренера показалось многим неожиданным.

— Думаю, нам нужно заменить вратаря, — сказал Ушаков. — Гойхман играл пока хорошо, но я чувствую: это его предел. Он устал, хотя сам, мне кажется, этого пока не осознает. Горит, рвется в бой. Все же было бы разумным заменить его на Гоголадзе.

Но тренерский совет не поверил Ушакову. Решающее слово было при этом за капитаном.

— Вряд ли нужно заменять в хорошо работающей машине важную деталь, — сказал он, — тем более во время гонки. Борис сыграет хорошо, нужно ставить его.

Но на этот раз тренер оказался мудрее капитана.

И вот — игра. Первое впечатление — не о сопернике, а о зрителе. Знали заранее, не раз имели возможность ощущать «эффект трибун» на себе. Но такого безумного, неудержимого, истерического рева двадцати пяти тысяч глоток не ожидали, не были к нему готовы. Не могли предвидеть и метаморфозу, происшедшую с итальянской командой, да скорее всего она и была порождена теми же «тиффози».

Все же перед лицом справедливости грех было бы умолчать о том, что нашей команде противостоял отнюдь не слепой, бессистемный отчаянный порыв без оглядки, когда нечего терять. Нет. В действиях итальянцев воля и азарт сочетались с логикой, четкой конечной установкой, дисциплиной. И ни тени робости, никакого упования (как у румын) на случай. Хотя поначалу хозяева поля заиграли в том же, что и румыны, ключе: чуть отошли назад и подолгу разыгрывали мяч в своей зоне, идя вперед только наверняка.

Судья Боуэне из Бельгии не дал возможности ни Григоровскому, ни Мшвениерадзе добиваться успеха в силовом единоборстве. Правда, этот его судейский почерк был уже хорошо известен, и потому установка на игру предполагала большую маневренность обоих нападающих, а полузащитников особенно. Однако выжидательная тактика итальянцев стала приводить к скученности у их ворот, и маневренная игра у сборной СССР не пошла, а игру на месте судья просто пресекал и каждый раз отдавал мяч итальянцам.

На восьмой минуте знаменитый Эральдо Пиццо, находясь в семи-восьми метрах от наших ворот, несильно бросил. И Гойхман нежданно-негаданно пропустил этот легкий мяч. Стадион даже не сразу взорвался ликованием, настолько происшедшее оказалось неожиданным, нелогичным, даже нелепым. Никто не понял, как это случилось, — даже сам Пиццо.

Наши игроки уже давно оценили, что им противостоит иная, не знакомая ранее команда — хорошо организованная, техничная и, главное, явно нацеленная на победу. И наконец игра у советских ватерполистов, кажется, наладилась. Итальянцы прижаты к воротам. Удары следуют один за другим. Но как хорош сегодня вратарь Росси! Бьют Чикваная, Карташов, Куренной, Мшвениерадзе. Кажется вот-вот встрепенется сетка. Но Росси творит чудеса.

И вот он, извечный закон большой игры: безрезультатно атакующая команда получает гол в свои ворота. Вышло так, что на пути рвавшегося к нашим воротам Д’Альтруи выросли Карташов и Куренной, и тогда итальянец, не мудрствуя лукаво, бросил метров с шести в ближний верхний угол. Тысячи подобных несильных бросков парировал Гойхман в прежние времена, но этот… Итак, 2:0. Смятения в наших порядках нет, но нет уже и времени, чтобы отыграться. Мшвениерадзе в одиночку прорывается к воротам, перед ним никого, кроме Росси. Бомбардир высоко выпрыгивает и с невероятной силой бьет. Нет, Росси и на этот раз непостижимо как, но угадал, где окажется мяч. Тут же удаляется из воды игрок итальянской команды. Но и последний шанс ускользает из рук советских игроков. Второй тайм наша сборная провела много собранней, чем первый, но счастье отвернулось от нее. Если бы с самого начала играли с соперниками как с равными, если бы послушали тренера и заменили подуставшего Гойхмана, если бы, наконец, не «тиффози». Но все это утешение для сновидений. Десятки раз и до и после встречались сборные СССР и Италии, и почти неизменно побеждали советские спортсмены. Теперь же, когда, казалось, были все шансы, основания, возможности завоевать высший в мире спортивный титул, путь к нему преградила именно итальянская команда. Неисповедима спортивная жизнь!

Еще одна сенсация олимпийского турнира ватерполистов: сборная Югославии с преимуществом в один мяч нанесла поражение победителям Мельбурнской олимпиады — венграм.

У нашей сборной оставалась возможность завоевать серебряные олимпийские награды — тоже успех немалый и ранее недостижимый. Но путь к ним — как раз через встречи с венграми и югославами, которые, как и итальянцы, шли пока без поражений и тоже метили на «золото».

2 сентября эти команды встретились между собой. По законам спорта больше шансов на победу имела сборная Югославии. Слишком уж неожиданной была победа итальянцев над нашими ватерполистами. Победители показали игру выше своего истинного класса. Такое даром для триумфатора редко проходит, слишком много затрачено нервных и физических сил. Чаще всего после столь ярких всплесков следует спад. Вспомним хотя бы сверхсенсационную победу сборной Алжира над западногерманскими футболистами на чемпионате мира в Испании. И последствия той победы…

Но итальянская публика бурно восстала против этого закона, скорее всего вовсе не зная его. После победы своих любимцев над советской сборной проиграть югославам она никак не могла позволить. И снова гортанно-трещоточный смерч бурлил над площадкой, снова итальянцы превосходили и самих себя, и соперников. Два мяча забили и один пропустили.

На следующий день советская сборная встречалась с венгерской. Первая половина — осторожная, явного преимущества ни одна из сторон не выявляет. И счет — равный 1:1, затем — 2:2.