Лаутерс медленно покачал головой и вытянул револьвер.

Лонгтри видел это, но ему не хватало времени достать свой.

Он бросился в сторону, и раздался звук выстрела.

Пуля зацепила бок Лонгтри, прошлась вдоль рёбер; голова маршала взорвалась от боли, а перед глазами заплясали чёрные пятна.

Маршал упал на землю, неспособный убежать, и сжал зубы.

Лаутерс прицелился. Его лицо было измазано кровью, а налитые кровью глаза чуть не выскакивали из глазниц.

– Шериф!
– в дверь вбежал Боус.
– Бросьте оружие!

У Лаутерса был дикий, безумный вид.

Его правый глаз заплыл и уже почти не открывался.

По опухшему, багровому лицу была размазана кровь. Шериф тяжело дышал.

Он перевёл взгляд с Боуса на Лонгтри и что-то пробормотал.

– Во имя бога нашего, Иисуса Христа, шериф!
– крикнул Боус, вытаскивая собственное оружие.
– Бросьте! Бросьте сейчас же! Вы не можете застрелить безоружного маршала... Это убийство!

Лаутерс скривился.

– Я убью этого краснокожего ублюдка!

Боус направил револьвер на Лаутерса.

– Прошу вас, шериф... Билл, ради всего святого, брось оружие! Я не хочу в тебя стрелять!

– Полукровка... Чёртов индейский ублюдок...

– Он заместитель федерального маршала, шериф! Вас повесят!

Лаутерс сплюнул и выругался, опустив револьвер.

– Твою мать, ты посмотри, что он со мной сделал!
– заорал Лаутерс.
– Посмотри, что он сделал!

Лонгтри застонал и сел.

– Я пришёл... задать вопросы... Он напал на меня... Я только защищался...

Боус помог ему встать.

– Ладно, вы оба сейчас отправитесь к доктору. Мне не нужны неприятности.

Лаутерс первым направился к выходу.

– Твоё время придёт, полукровка, - прошипел он, проходя мимо Лонгтри.

Лонгтри выругался.

– Заткнитесь, - прошипел Боус сквозь стиснутые зубы.
– Оба!

– 32-

Чуть позже, в здании тюрьмы, Боус выглядел огорчённым.

– Небезопасно вам обоим оставаться в этом городе, -

произнёс он.
– Сегодня я остановил вашу драку, маршал, но завтра...

Лонгтри затянулся сигаретой.

– Он себя не контролирует, и ты это знаешь.

– Не надо мне рассказывать, что я знаю, а что - нет!

Боус хлопнул ладонью по столу и стиснул зубы.

– Я устал от этого, Лонгтри, понимаешь? Чёрт, у меня и так забот по горло, а приходится ещё и с вами двумя нянчится! Весь этот городок - как огромный котёл дерьма, который вот-вот выкипит. Чёрт, вот увидишь!

Лонгтри вздохнул и легонько прижал ладонь к рёбрам.

Они изрядно болели, но рана не была серьезной.

Пуля Лаутерса прошла по касательной, выхватила кусок плоти, но не нанесла серьёзного вреда.

В Лонгтри и раньше стреляли, и он по опыту знал, что раны, зацепившие лишь мышечную ткань, не менее болезненные, чем огнестрельные в живот.

– Я бы и сам убрался на хрен отсюда, если б мог, - вздохнул Лонгтри, - но это не так-то просто. Не сейчас.

– К чему вы клоните?

– Ты и вправду хочешь знать?

Боус пристально посмотрел на маршала.

– Я бы не спрашивал, если бы не хотел знать.

Лонгтри выпустил облако дыма и опёрся руками и колени.

– Ладно, я тебе расскажу. Лаутерс взбесился, когда я спросил его о похитителях скота и линчевателях...

– И вы вините его в этом? Он и так хлебнул горя с этим, - покачал Боус головой.
– Город тогда просто сошёл с ума, и чем быстрее об этом все забудут, тем лучше.

Лонгтри кивнул.

– Я всё понимаю, помощник. Но почему он сорвался при упоминании угонщиков?

– По той же причине, - как о само собой разумеющемся ответил Боус.
– С этим ему тоже хватило проблем. Он ведь так и не смог остановить Банду Десяти.

– Думаешь, в этом всё дело?

– Да.

Лонгтри ничего не сказал.

Боус был безраздельно предан.

Лонгтри уважал таких людей, даже несмотря на то, что их преданность распространялась на подобных Лаутерсу крыс.

– Эти похитители скота всегда были больным местом шерифа, -

печально признал Боус.
– Он сделал все возможное, чтобы поймать их.

– Ты уверен?

Боус вскинул брови.

– Что вы имеете в виду?

– Чёрт, да прекрасно знаешь, что я имею в виду. Лаутерс - один из них.