– Это всё-таки не сон… Это вы, - прошептала она с таким лицом, словно не могла выбрать между улыбкой и слезами.
– Но как?

– Тогда, в Такке, вы оказали мне неоценимую услугу. Я пришёл вернуть вам долг, - непослушный голос отчего-то взял светский тон.
– Я хочу любыми средствами вызволить вас отсюда. Надеюсь, вы позволите?

Мирхаби хотела что-то сказать, но вместо этого разрыдалась и бросилась Дорскому на грудь. Тот осторожно обнял девушку, с трудом борясь с головокружением.

– Нам нужно уходить, - прошептал он, робко прикоснувшись к её волосам.
– Стража может поднять тревогу.

Принцесса кивнула, вытерла глаза рукавом и решительно тряхнула волосами. Лонцо взял её за руку и повёл по коридору. Увидев место битвы, девушка отвернулась и закрыла глаза.

– Зато они больше не удержат вас, - как бы извиняясь, произнёс герцог.

Он отпер решётку и замкнул её с другой стороны. Снова взяв спутницу за руку, он довёл её до лестницы, и они осторожно поднялись на первый этаж. Здесь коридоры были ярко освещены и укрыты коврами.

– Теперь всё зависит от нашей быстроты и смелости. Вы готовы во всем меня слушаться?
– спросил Лонцо.

Девушка скинула узкие твёрдые туфли и кивнула. Её глаза горели готовностью сражаться.

– Тогда бежим.

Всё так же держась за руки, двое беглецов помчались по коридору. Навстречу из-за поворота вывернули два стражника.

– Расступись!
– рявкнул Дорский, и они не посмели ослушаться.

Идя за своим проводником к темницам, Лонцо старательно запоминал дорогу и теперь искал запримеченный тогда узкий коридор, видимо, для слуг, в конце которого виднелся дневной свет. Вскоре нужный поворот обнаружился. Свет падал через окно и распахнутую дверь, у которой скучали трое стражей. При виде беглецов они вскочили и обнажили мечи.

– Стоять смирно! Опустить оружие!
– приказал Лоцно, переводя взгляд с одного на другого.

Миг спустя команда была выполнена. Медленно, словно во сне, воины опустили клинки на пол.

– Расступитесь, - велел Дорский и повёл принцессу на свет.

Но Мирхаби вдруг выдернула свою руку из его ладони и в испуге отступила.

– Я всё объясню. Но не здесь, - как можно мягче проговорил юноша.
– Мне нужно доставить вас в безопасное место. Пожалуйста, верьте мне!
– в его голосе на миг прозвучало такое отчаяние, что её сердце дрогнуло.

– Я верю, - тихо сказала она, возвращая ему руку.

Лонцо осторожно выглянул на улицу. Дверь, через которую он попал в замок, оказалась всего в пятидесяти шагах. У крыльца стоял осёдланный конь.

– Прекрасно, - прошептал герцог.
– В Лагодол бы побольше таких исполнительных слуг.

Тревога во дворе ещё не была поднята, и несколько стражников скучали в разных концах двора.

– Ваше высочество, видите того коня? Нам надо добраться до него раньше, чем придёт в себя стража.

– Я готова, - отозвалась девушка, сверкнув глазами.

Лонцо подумал, что за эти глаза он готов пробраться в любую цитадель.

Беглецы одновременно переступили порог и бросились к лошади. За те несколько мгновений, которые они бежали, стража успела только заметить их и удивиться.

– Спасибо, - Дорский выхватил поводья у оцепеневшего лакея.

Подхватив принцессу за талию, он посадил её в седло. В этот миг опомнились стражники. Они повытаскивали мечи и с криками кинулись к беглецам. Где-то звонко протрубил рог. Лонцо взлетел в седло позади девушки и ударил коня пятками, заставив его круто развернуться. Самые расторопные солдаты были раскиданы конскими копытами. Лонцо помахал странно улыбавшемуся лакею и пустил скакуна с места в галоп. Гнедой, понукаемый криками и ударами пяток, вихрем влетел в тоннель перед воротами, и по булыжникам двора запоздало застучали арбалетные болты. Стреляли, видимо, сверху из окон, и достать скрывшихся в тоннеле всадников уже не могли.

Стража у ворот, конечно, услышала сигнальный рог и успела подготовиться к появлению гостей. Затормозивший у закрытых створок конь вместе со своими седоками оказался под прицелом пяти арбалетов. Мирхаби, увидев такую встречу, обречённо вздохнула и прижалась к Дорскому, спрятав лицо на его груди. Лонцо не позволил себе испугаться. В сравнении с пережитым эта преграда показалась ему ничтожной.

– Открывайте ворота, - повелительно выкрикнул он, и голос его эхом раскатился по тоннелю.

– А больше ничего?
– расхохотался один из арбалетчиков, демонстративно поглаживая тетиву.
– Отпусти девчонку, и мы, может быть, сохраним тебе жизнь.

– Отоприте ворота, и тогда я, может быть, сохраню вам жизнь, - проговорил Лонцо, разворачиваясь так, чтобы видеть хотя бы некоторых солдат.

– А ты не слишком много о себе возомнил?
– один из арбалетчиков прицелился и щелкнул спуском.

Болт пролетел в мизинце от лица герцога. Тот не шелохнулся. Он лишь пристально смотрел в глаза стрелку. Страж выронил арбалет, сделал судорожное движение, словно попытался схватиться за воздух, и завалился на бок. По ряду стражей, будто сквозняк, пробежал шёпот. Во взглядах засквозила неуверенность.